Игра теней - Петр Катериничев

БЛИЖНЕЕ ПОДМОСКОВЬЕ, РОССИЯ

Мужчина сидит перед камином и смотрит на огонь. Окна распахнуты, свежий прохладный воздух наполняет комнату. Язычки пламени осторожно показываются из-под поленьев и снова исчезают…

Мужчина закуривает длинную тонкую сигару… Он чувствует усталость.

Огромную усталость. И еще… Странно» но он очень давно не чувствовал себя по-настоящему счастливым… Или счастье — это дар Божий?.. «Дураку — везет, умного — Бог ведет…» «А я иду, шагаю по Москве, и я пройти еще смогу…»

Я — смогу… А пока… «Счастлив медведь, что стрелка обошел; счастлив стрелок, что медведю не попался…»

Мужчина почувствовал, как слипаются глаза. Трудная выдалась неделька, очень трудная…

…Вереницы машин подъезжали к особняку, окруженному высоким сплошным забором, через строго определенное время. Кортежи сопровождения состояли из семи — десяти автомобилей, но должны они были подчеркнуть лишь «монарший уровень» персоны; машины сворачивали на неприметную дорожку и оказывались на размеченной автостоянке; место каждого было определено заранее согласованным протоколом по «международному стандарту»: встреча равных.

Выделялся только хозяин особняка. Ему принадлежала инициатива; он сумел показать могущество службы, которую имел честь возглавлять; невзирая на прокатившееся по стране судьбоносное времечко, она, как и раньше, оставалась белым пятном даже для профессионалов. Два года назад, получив разрешение работать внутри страны, сотрудники провели несколько блестящих операций… Сила вызывала уважение.

Предварительный контакт в ноябре прошлого года определил понятия, потом прошла подготовительная работа: каждому боссу нужно было доказать своему авторитетному ближнему кругу необходимость встречи…

В ворота проезжал автомобиль, в котором находился только приглашенный с помощником. Класс авто ничего не сказал бы о реальном могуществе персоны, скорее — о привычках… Один любит арбуз, другой — свиной хрящик. Молодые предпочитали «мерседесы», двое были на «линкольнах», еще двое — на представительских советских лимузинах типа «членовоз», один из кавказских гостей приехал в бронированном черном «ЗИСе»… У богатых — свои причуды.

Каждого из гостей сопровождал только один помощник. Никаких мордоворотов или стриженых придурков не было и близко: уровень не тот. Расселись в просторном зале, за овальным ореховым столом старинной русской работы. Перед каждым — пепельница, набор безалкогольных напитков, коричневая кожаная папка.

Мужчина сидел перед камином. Костюм он надевал ненамного чаще, чем генеральскую форму. Но сидел он на нем так же ладно, как мундир.

Встал. Вошла девушка в длинном платье. Внимательно, детально оглядела наряд мужчины: ботинки, брюки, пиджак, галстук, заколку, узел галстука, воротник рубашки… Сложила большой и указательный палец ноликом, кивнула.

Мужчина вышел в зал, где собрались гости. Подошел к своему месту, поприветствовал всех кивком, сел. Пауза продолжалась ровно столько, чтобы собравшиеся поняли, что встреча началась. Все они прекрасно осознавали, что от этого совещания зависит не только будущее каждого из присутствующих, но и что-то неизмеримо большее — то, о чем они хорошо знали с детства, но что вряд ли кто из них смог бы выразить словами…

— Добрый день, господа. Я рад, что вы откликнулись на мое приглашение и нашли время прибыть на нашу встречу… — Мужчина говорил негромко и даже буднично; при этом он цепко хватал взглядом лица. Глаз никто не отводил: мгновенное пересечение взглядов говорило о силе характера каждого; слабых здесь не было.

— С каждым из вас проводились предварительные… консультации… Полагаю, вы обсуждали ситуацию и между собой… Мы понимаем специфичность вашего бизнеса, и тем не менее… Иногда в истории наступает такой момент, когда самые авторитетные люди нации должны собраться вместе и сказать свое слово… От нашего с вами решения зависит будущее тысячелетней страны. Вернее — ее существование. Что бы мы ни думали сами о себе, нас могут вспомнить и так: была тысячелетняя страна, всякое с ней случалось, а вот именно эти ее просрали. «Эти»

— будем мы с вами.

Мужчина говорил спокойно, равномерно, не повышая голоса. Слава Богу, не партактив и не бюро обкома; люди, здесь собравшиеся, хлебнули всякого, сумели выстоять, сумели сохранить и отстоять авторитет. Право решать. Они представляли теневую власть России. На их предприятиях работали миллионы людей, их деньги хранились в десятках стран… Всегда они находились в оппозиции к власти официальной — государству. Когда государственная власть ослабла, их — укрепилась. Но… Как сказал один из авторитетов: мафия будет существовать всегда, она — необходимый буфер между государством и обществом. Этот авторитет ошибался; ошибка стоила ему жизни. Государство и мафия — это способы организации общества, они идентичны; следовательно, на определенном этапе перед мафией встает задача создания государства или — слияния с его структурами. Необходимо договориться об условиях. И здесь все определяет сила. Как выразился другой авторитет в частном разговоре: «Пока мы мочим друг друга — они жируют!»

Мотивировка встречи основательная, но…

Когда-то президент Рузвельт впервые получил президентство в США благодаря поддержке Нью-Йорка, а конкретно — Лакки Лучано и возглавляемого им синдиката.

От выполнения каких-либо обязательств по отношению к Лучано Франклин Делано Рузвельт уклонился… Тем людям, что собрались за овальным столом, нужны были гарантии — романтики в таком бизнесе дольше года не живут…

В российском варианте недоверие к власти определялось простыми словами:

«Меня благодарили, жал руку прокурор, и сразу посадили под усиленный надзор…»

Какое уж тут доверие… Но — сила.

Мужчина вынул длинную тонкую сигару, чиркнул спичкой, окутался легким невесомым дымом:

— Полагаю, каждый из вас ознакомился с письмом группы банкиров и предпринимателей… В ближайшее время оно появится в прессе… Надеюсь, вы сумели сделать выводы… У вас были возможность и время обдумать наши предложения.

— Мы обдумали их. — Один из гостей поднял на мужчину тяжелый взгляд. — Но мы не банкиры. Нам нужны разумные гарантии.

— Гарантии?.. Они просты. Чтобы возродить производство, других денег, кроме ваших, у России — нет.

— А без нас вы не справитесь?.. — хмыкнул один из присутствующих.

Ему было едва за тридцать, но он «держал» три губернских города, жестко и без сантиментов расправляясь с соперниками.