Презент от нашего ствола - Сергей Зверев

– Но почему? Мы другое дело. Мы в любом случае будем сражаться, сколько хватит сил. Судя по всему, им нужен только ты. И нужен живой.

– Вот именно. И пока я с вами здесь, вы тоже будете живы. Но если мы сдадимся, я не дам за вашу жизнь и одного пенни.

– Наш человек! – вновь похвалил секонд-лейтенанта Колодеев.

– Думаю, ты прав, Томас, – согласился Локис. – Они, конечно, что-то придумают, но пока есть возможность, можно потянуть время.

Володя подозвал парламентария:

– Эй ты, подойди поближе.

Таджик с аккуратно подстриженной бородкой с готовностью приблизился к темному зеву пещеры и присел на корточки.

– В общем, так, – сказал ему Локис. – Пробуйте. Сдаваться мы не будем.

Гулом щелкнул языком и сокрушенно покачал головой. Пришло время использовать аргумент, который приготовил Насрулло.

– Вы знаете, лично я не сторонник средневековых методов, – издалека начал переговорщик. – Но мой командир – это совсем другое дело. Он страшный человек.

– Это его проблемы, – ответил ему десантник. – Не надо нас пугать. Пугай свою бабушку чем-нибудь, чего она еще не видела.

Гулома задели слова Локиса, и он стал говорить без обиняков:

– С вами в машине была девушка с мальчиком из кишлака Бахоршох. Они у нас в руках. Мы заведем их на козырек пещеры, и вам будет хорошо слышно. С мальчишки тонкими полосками будут срывать кожу и посыпать раны солью. Это будет продолжаться до тех пор, пока у него на теле не останется кожи или пока он не умрет от боли. То же самое будет и с девушкой, но сначала она подарит немножко радости нашим людям, которые соскучились по своим женам. Это не будет грехом, ведь она вероотступница, связавшаяся с кяфирами. Это такое наказание. Желающих найдется более чем достаточно. А потом с нее тоже будут рвать кожу тонкими полосками. Вы все услышите.

– Звери! – выкрикнул секонд-лейтенант. – Вы просто животные!

– А вы чем лучше? – спросил Гулом. – Кто вас звал на эту землю? С вашими бомбами, ракетами, огнеметами? Через пятнадцать минут вам придется заткнуть ваши уши. Или выйти наружу. Я все сказал.

Локис понял, что на этот раз молодой таджик действительно сказал все, но переговорщик медлил, не уходил, видимо, желая услышать ответ.

И услышал.

– Значит, так, – категорически сказал Володя. – У нас нет никаких оснований верить вам. Поэтому через пятнадцать минут мы должны увидеть девушку и парнишку живыми и здоровыми. Если вы их нам покажете, то мы выйдем из пещеры. Все. Иди к своему главному шакалу и докладывай.

Гулом слегка изменился в лице, словно опасаясь, что кто-то еще услышал эти кощунственные слова, но ничего не ответил, встал на ноги и торопливо зашагал прочь.

– Ты что задумал? – тревожно спросил Колодеев.

– А что тут задумаешь? – печально произнес Локис. – Вариантов немного. С пацаном и Хумайрой они сделают то, что решили сделать, в любом случае. Сдадимся мы в плен или не сдадимся – это ничего не изменит. Если сдадимся, то нас с тобой, Колодей, ждет то же самое.

– Это понятно. Но ты что-то придумал? – настаивал Колодеев. Не моргая, он смотрел на товарища, словно надеясь, что Володька и впрямь смог придумать что-то такое, что разрешит все их проблемы.

– Ничего, кроме того, что в моих силах. Лучше умереть от пули, чем под пытками.

– Ты убьешь их? – возмущенно воскликнул секонд-лейтенант.

– Я обещал Хумайре, если не будет выхода, избавить ее от позорной смерти. Выхода нет.

– Даже если я сдамся? – спросил англичанин и сильно покраснел.

– Ты же все прекрасно понимаешь, Томас, – устало вздохнул Локис. – Ты еще можешь выбрать между жизнью и смертью, но для нас, – он кивнул на Игоря, – и для девушки с мальчишкой выбора нет.

– Господи! Зачем я согласился ехать сюда! – воскликнул Уэльс.

– Ровно через два месяца у меня должен быть день рождения, – почему-то вспомнил Локис.

Сзади в угасавшем пламени, которое уже лениво лизало черные остовы грузовиков, что-то треснуло и зашипело...