На войне как на войне - Сергей Самаров

— Ты тоже там будешь?

— Что мне там делать? Мое дело тихое...

— Все?

— Нет. Еще будь осторожен. Тебя со всех сторон обложила ФСБ. Чем-то ты власти не угодил.

— Сам знаю. А ты откуда это знаешь, благодетель?

Я оставил вопрос без ответа и нажал кнопку отбоя.

Колесо закрутилось. Теперь главное — выдержать темп. И еще очень важно, чтобы Таманец сам не поехал на разборку. Моя надежда на это имеет под собой основание. У Таманца достаточно боевиков. Раньше, когда я слегка командовал его людьми, Таманец не встревал ни во что. Осторожный. И не с чего ему сейчас эту осторожность утратить. Он чувствует, что его сильно пасут, как сам признался. Не надо ему присутствовать при мероприятии, за которое могут сразу место в ментовском «обезьяннике» обеспечить. Оттуда его уже не выпустят даже под большой залог. Это он сообразит. Пошлет парней и будет ждать сообщения. Хорошо бы, чтобы ждал его дома. Так скорее всего и будет. Не вижу я для него необходимости оставаться в офисе допоздна. Это даже опасно. Там будет много вооруженных людей. Кто-то может капнуть. Дома Таманец обеспечивает себе алиби. Может быть, даже специально пригласит кого-то в гости. Чайку попить... Остается рассчитывать, что гостей будет не много и они не будут представлять из себя группу захвата. Но и в этом случае у меня есть два пистолета. «ТТ» — машина весьма скорострельная, особенно в умелых руках.

Я еще раз посмотрел на часы. И еще пару минут потопал по полу весьма интенсивно, чтобы привлечь к себе внимание. После этого занялся довольно неприятной процедурой. Снял рубашку, открыл бутылку водки, прополоскал водкой рот, а потом и лицо вымыл ею же. Плеснул пару глотков себе на грудь. Саму водку вылил на пол в прихожей. Чтобы запах и сквозь дверь доносился.

А после этого можно и к предварительной подготовке приступать. Голый по пояс, источая волосатой грудью и небритой физиономией водочные запахи, я спустился этажом ниже и позвонил в дверь к теще Таманца.

Зашлепали по полу неторопливые тапочки.

— Кто там? — спросила старушка.

— Извини, мать, это новый сосед сверху... — я опять моделирую голос. Если будет опознание, то голос вызовет сомнение. Сейчас я хриплю, словно воспитан «зоной». Такое произношение трудно с другим спутать.

Дверь открылась. Но на двери цепочка. Бедная бабушка думает, что цепочка может ее спасти, если кто-то захочет проникнуть в квартиру. Святая наивность. Один удар ногой, и цепочка вырывается из гнилых досок косяка вместе с шурупами. Это проверено.

— Что вы хотели?

А большой нос так и шмыгает, втягивая в себя алкогольные пары с моей груди.

— Слушай, мать, я квартиру над тобой купил... Ремонт делаю. Все инструменты принес, а молоток забыл. Дай до завтра... Завтра свой принесу, тебе верну... Без молотка-то — какой ремонт...

Она смотрела в щель и долго соображала, оценивая ситуацию. Потом все же решилась.

— Сейчас...

И ушла, притворив дверь. Вернулась через минуту. Должно быть, аккуратная бабулька, знает, что и где у нее лежит, хотя я сомневаюсь, что она сможет забить хотя бы один гвоздь.

— Завтра верните, не забудьте, — сказала наставительно и сурово, как учительница школьнику.

— Будь спок, бабуль. За мной не заржавеет... Приняв из ее рук молоток, я поднялся к себе.

И теперь включил музыку. На полную громкость — сколько китайский магнитофончик может вытянуть. Пусть бабушка попляшет. А заодно и другие соседи. К китайской технике последних лет выпуска у меня отношение однозначное. Но надежду, что до нужного момента магнитофон не сломается, я сохранил. Зазвонил сотовик.

— Слушаю.

— Объект сейчас будет дома. Проехал мимо меня. Почему-то без машины сопровождения.

— Я знаю почему. Я так организовал. Спасибо.

— Отправляюсь на угол. Я уже переоделась.

— Действуй. Держи меня в курсе.

Опять взгляд на часы. Нет, волнения я не испытывал, но нетерпение заставило меня топать усерднее. Плясать почему-то не хотелось. На другой, видимо, музыке я воспитывался. Эта, с кассет, которые я купил, годится только для расшатывания нервной системы невозмутимых слонов. Слоны долго не выдержат. Интересно, сколько вытерпит теща Таманца?

Чуть погодя, когда на улице уже начал собираться вечерний сумрак, я принялся стучать молотком по полу. Очень эффектно. Три раза, словно прицениваясь, легко, потом сильно, и снова в том же темпе.

Новый звонок сотовика оторвал меня от этого увлекательного занятия.

— Слушаю.

— Все в порядке. Я уже отправила твоих ребят по адресу. Сама жду на посту. Как ты?

— Жди. Скоро я попытаюсь вызвать их машину. И я снова взялся за молоток. Зря, что ли, бабуська дала мне его. Дала, теперь пусть слушает, как ее инструмент используется. Еще через десять минут я сделал технический перерыв, прошел в ванную, повернул длинный «гусак» из ванны так, чтобы вода текла на пол, и открыл оба крана. И сразу ощутил, что наступил вечер. Прохлада пришла. Под журчание воды стучать по полу стало веселее. Через пять минут — перекрытия в доме старые, гнилые, и здесь я на пять минут опередил график — раздался звонок в дверь. Вторая бутылка водки стояла уже распечатанная. Я опять полил себе грудь, сполоснул лицо и пошел открывать. Бабуська пришла.

— Вы меня совсем затопили...

Я икнул, долго на нее смотрел, с трудом узнавая. Потом солидно так, с протяжкой качнулся.

— Трубу у меня, мать, прорвало. Пробую на место поставить...

— Что же делать? Надо аварийку вызывать!

— Да пошла ты со своей аварийкой...

Пьяный мужик пошатнулся еще раз и захлопнул перед носом бабуськи дверь.

Все правильно. Жалко, на окне нет шторок. Хотелось бы посмотреть, как быстро прибежит Таманец, но без шторок подходить к окну рискованно. И вообще — прибежит ли он? А то получится, что я тут стараюсь-стараюсь, а он ждет не дождется, когда теща утонет... Нет, сам-то он, может быть, и остался бы дома. Но жена у него суровая. Мужа держит крепко. Она пошлет его сюда.

Его или охрану?

Я набрал номер сотовика Тани.

— Как дела?

— Тишина.

— Если в течение пяти минут не будет, выезжай за мной. У меня «ниагара» уже работает на полную мощность.

Она позвонила через две минуты:

— Вышел джип. На скорости. Я передала сообщение.

Воду я выключил. Чтобы не пострадали соседи, живущие под тещей Таманца. Они-то никакого отношения к делу не имеют.

Звонок в дверь раздался через двадцать минут. Долгий, требовательный. За ним еще и еще без остановки. Должно быть, бабуська совсем затерроризировала дочь. И Таманец не дождался своих парней — а дождаться он их и не должен — и пришел выяснять отношения. Для него это, кстати, дополнительное алиби. Стихийное бедствие — какое тут могут предъявить ему обвинение за организацию перестрелки? Не до того было уголовному авторитету.