Конец таежной банды - Евгений Сухов

– Ничего, – ответил Алексей и почувствовал, как стены избы качнулись. Он словно проваливался в какой-то черный колодец. Лицо шамана отдалялось.

«Опоил своей мухоморовкой, – успел подумать Алексей, – интересно, как подействует это дерьмо в сочетании с таблетками?»

Шаман заметил изменения в лице раненого и повеселел. Он полез в мешочек на поясе, достал что-то, сунул в рот, пожевал и откинулся на стуле с закрытыми глазами.

«Отлично, если выживу, то стану морфинистом», – вяло подумал Алексей. Своего тела он совсем не чувствовал. Вся его сущность сосредоточилась в маленькой сфере где-то между глаз. Он плавно парил и наблюдал за стариком. Внезапно старик открыл побелевшие безумные глаза и дико заорал. На губах его выступила пена. Вскочив, старик бросил горсть порошка из мешочка на поясе в огонь, и огонь, словно обрадовавшись, жаркой волной выплеснулся из очага. Схватив бубен, старик долго плясал вокруг него, колотя в музыкальный инструмент колотушкой. Потом склонился над ним, стал монотонно бормотать что-то. Сначала слова были непонятными, но вскоре Алексей смог разобрать отдельные фразы. Стало ясно, что старик старается его загипнотизировать.

– Ты будешь исполнять все, что я тебе говорю… Скажу убей – убьешь, скажу прыгни со скалы – прыгнешь… Ты в полной моей власти… – шептал старик с жутким оскалом.

Глядя на его старания, Алексей едва не рассмеялся. Бедняга шаман так пыжился и не знал, что в данный момент ему было глубоко наплевать на все призывы и внушения. Пантопон здорово поднимал настроение. Даже ведьминская настойка не могла его перебить.

– Ты будешь выполнять все мои приказы, – повторил старик, колотя в бубен.

– Да, я буду выполнять все твои приказы, – вяло повторил Алексей, имитируя манеру разговора человека, погруженного в транс.

Шаман был доволен. Камлания прекратились, после чего Алексей уснул практически мгновенно.

* * *

– Ты одна тут справишься? – поинтересовалась Анисья, обернувшись на пороге к сестре.

– Да, не впервой, – заверила Евдокия. Она наложила на лицо грим и скрыла царапины и синяки. Люди не должны были заметить подмены.

– Ну, тогда я пошла, – вздохнула Анисья.

– Удачи, – кивнула Евдокия, отступив от двери, чтобы ее не увидел находившийся снаружи Коля Рыжий. Анисья вышла, захлопнула дверь, сбежала по ступенькам крыльца к запряженной лошади, лихо запрыгнула в седло и ударила ногами в бока:

– Но, пошла!

– Может, все ж скажешь, что за дело у тебя ко мне, – заискивающе поинтересовался Рыжий, нагоняя ее.

Они поехали рядом. Анисья ухмыльнулась:

– Узнаешь в свое время. Экий нетерпеливый.

Выехав из крепости, они углубились в лес.

– Давай здесь проедем, через балку, тут дорога лучше, – предложил Рыжий.

– Давай, – согласилась Анисья, не усмотрев в этом ничего предосудительного.

В балке их ждали – пять человек на лошадях, вооруженные до зубов. Анисья вздрогнула от неожиданности, когда они выехали к ним навстречу. Она знала всех. Отъявленные головорезы из команды Серого.

– Че так долго? – рявкнул высокий бородатый каторжник со шрамом от плети через все лицо.

– Остынь, Гриня, – осадил его Рыжий, – тут дело появилось…

– Что за дело? – заинтересовались остальные.

– А что вы вообще тут делаете? – спросила Анисья, вспоминая клички бандитов. Одного звали Глазом, потому что только один глаз у него был широко открыт. Веко на втором было постоянно прикрыто – вероятно, повреждено в драке. Второго называли Сусликом за то, что он вел себя так, как этот самый зверек, более того, даже внешне чем-то был похож на него. Еще одного, мордатого, в черной в крапинку рубашке звали Хмурым, потому что вечно ходил с недовольным лицом. Последний – Змей. На змею он был не похож, рослый, плечистый, с лысой головой. Он просто много курил, за что кореша постоянно сравнивали его со сказочным Змеем Горынычем.

– А мы вот покумекали с корешами и решили соскочить, – пояснил за всех Рыжий, – ловить в крепости больше нечего. Скоро красные прижмут. Ждать их – страсть как неохота, ведь каждому из нас вышка корячится.

– Вот, значит, как, – кивнула Анисья, – струхнули?

– Не гони, хозяйка, – оскалился Рыжий, – просто здесь дорожки наши расходятся.

– Понятно, – буркнула она, размышляя, что ей делать. Не вести же всю эту орду к золоту. С другой стороны, ничего другого в голову не приходило. Больше всего на свете она хотела наказать убийцу крестного и спасти девчонку из скита.

– Итак, куда путь держим? – улыбнулся ей Рыжий.

– Прямо, – отчеканила Анисья.