Смерть в твоих глазах - Александр Тамоников

Простыни и наволочки в ящиках платяного шкафа старой мебельной стенки не оказалось. Воронов вышел в кухню:

– Значит, говоришь, белье в ящиках?

– А где ж ему быть?

– Ты сам его туда клал?

– У меня жены нет.

– Ну, тогда, значит, кто-то без тебя хозяйничает в квартире.

– Что ты имеешь в виду?

– А ты пойди, покажи, где твое белье.

Веселов допил водку, поднялся и, подойдя к шкафу, выдвинул по одному все ящики.

– Что за черт? Я же точно помню, что клал постельное белье сюда. Или не сюда? Где же оно может быть? В самом шкафу смотрел?

– Смотрел. Там только костюм штатский, рубашки, майки, куртка, новая одежда.

– Так! – Веселов осмотрелся и озадаченно проговорил: – Ни хрена не пойму. В прачечной белье постирали, я забрал его, принес домой в сумке… в сумке, – повторил Веселов, глядя на друга. – Слушай, а в прихожей стоит синяя сумка?

– По-моему, что-то стоит за тумбочкой.

– Вот, блин, это надо же, оказывается, я белье из сумки и не доставал. Как же спал тогда? А! Вспомнил, мне уезжать надо было, поэтому и бросил сумку, – сказал Дима, внося белье в комнату. – Ну, вот тебе и простыни, и наволочки. Правда, запах от них не совсем хороший, но нам не привыкать. Окна откроем, и все будет о’кей.

– А где ляжешь ты, если, кроме дивана, ничего приличного для сна у тебя нет?

– На полу устроюсь.

– Ну, нет, давай я на полу.

– Все, Валера, хорош…

Веселов не успел договорить, так как зазвонил сотовый телефон Воронова.

– А это еще кто? – удивился следователь. – Оп-па! Не поверишь, Диман, Бестужева!

– Лариса? В половине второго?

– Значит, что-то случилось. Ой, вещает мое сердце, бессонная ночь нам обеспечена. – Нажав на кнопку, Воронов ответил в трубку:

– Да, Лариса Константиновна?

– Валерий Андреевич, извините, ради бога, но у нас здесь очередное убийство.

– Так, спокойнее, Лариса Константиновна, давайте по порядку, где это у вас?

– У меня в подъезде убили Гену Коростылева.

– А что он делал ночью в вашем подъезде? Прошу прощения за подобный вопрос.

– Вы, наверное, подумали, что Гена был со мной? Нет, мы расстались, как только он довез меня до подъезда. Правда, говорил, что побудет во дворе еще какое-то время. Я…

– Хорошо, Лариса Константиновна, – перебил ее следователь, – подробности расскажете при встрече.

– Мне вызвать полицию?

– Да! А где-то через полчаса-час подъедем мы с Веселовым.

– С Димой? Замечательно!

– И ничего на месте преступления не трогайте. Да, одной оставаться небезопасно, поэтому поднимите соседей.

– Со мной уже есть сосед. У него…

– Все при встрече, Лариса Константиновна.

Воронов отключил телефон:

– Ну вот, Диман, сердце не обманывает. Ты поедешь со мной или останешься дома?

– Что за вопрос, Валера? Конечно, поеду.

– Тогда вызывай такси. До Зеленодольской, 29.

– А на хрена такси? У тебя же тачка внизу.

– Я, Дима, даже если полстакана пива выпью, за руль в течение шести часов не сажусь.

– Правильный, да? Да кто тебя, следака, оста-новит?

– Не в этом дело. Перед законом все равны.

– Ты это нашим чиновникам скажи и своему начальству. Они объяснят тебе, кто ровнее при общем равенстве.

– Вызывай такси, у нас мало времени.

– Да вызываю!

Желтый «Рено» остановился на въезде во двор дома Бестужевой в 2.25. Дальше таксист проехать не мог. Стоянка была забита, а у подъезда каким-то чудом втерлись «Скорая помощь» и полицейский «УАЗ». Воронов расплатился с водителем, и дальше офицеры пошли пешком. Мимо проехала «Скорая помощь».

– Так, труп увезли! – проговорил Воронов. – Жаль, надо было тебе взглянуть на него.

– Что я, трупы, что ли, не видел?

– В смысле сравнил бы, так ли были изуродованы тела солдат, или нет! Но ладно.

Друзья подошли к офицеру полиции, стоявшему у «УАЗа». Тот поднял руку:

– Стоп, мужики, кто такие? Что делаете здесь в это время?

– Живем мы тут, – ответил Веселов.

– А вот врать нехорошо, я местный участковый и всех жильцов на вверенном мне участке знаю. Так что попрошу документы.

Воронов показал офицеру удостоверение лич-ности:

– Капитан юстиции Воронов, Следственное уп-равление, этот гражданин со мной.

– Участковый, старший лейтенант Казарец Денис Васильевич.

– Следственно-оперативная группа на месте?

– Да, дежурная группа прибыла двадцать минут назад.

– «УАЗ» группы?

– Да.

– Мы пройдем в подъезд, Денис Васильевич!

– Конечно! Пожалуйста. Место преступления сразу за дверьми.

Воронов и Веселов прошли через тамбур на площадку. Их встретил мужчина в штатском, оперативник группы. Представившись, Воронов спросил:

– Кто здесь старший?

– Капитан Глотов.

– Илья?

– Да, Илья Борисович. Вы знакомы?

– Знакомы. Где он?

– Беседует с дамой и мужчиной, что обнаружили труп.

– В квартире дамы?

– Наверное!

– Где нашли труп?

– В подвале. Молодой человек. Убили его здесь, – указал оперативник на лужу крови, – а затем труп перенесли в подвал. Зрелище, скажу вам, жуткое. У нас либо объявился маньяк, либо погибший так досадил убийце, что последний не просто прирезал его, а кишки наружу выпустил.

– Следы?

– Эксперт работал, у него спросите, он тоже наверху.

– А что кинолог с собакой?

– Да ничего, в машине сидит, – пожал плечами оперативник. – Собака след не взяла. Точнее, металась по подъезду, двору, слишком много, видно, здесь следов. Не справилась.

– Понятно. А вы чем занимаетесь?

– Извините, капитан, но я вам не подчиняюсь и докладывать не обязан.

– Соседей-то хоть опросили?

– Мы не хуже вашего знаем свою работу.

Веселов хотел сказать пару ласковых этому внешне безразличному офицеру полиции, но Воронов удержал его: