Мятежный остров - Сергей Зверев

– Черт, что происходит?! – Батяня увидел, как заключенные в оранжевых робах начали разбегаться во все стороны. Некоторые в панике полезли на вышки, где еще недавно находились вертухаи.

– Массово сдурели, что ли? – предположил Ростислав.

– Цунами! – закричал Цай Чжицзян, он показывал на блестевшую за деревьями полоску океана.

– Что он там заметил? – не врубаясь в ситуацию, проговорил капитан Прошкин.

– Нечто непонятное… Короче, надо сваливать… – предложил прапорщик Сазонов.

– Кажется, волна идет. – Батяня пригляделся. – Мужики, двигаем туда. – Лавров показал на очищенный от джунглей холм, где кружился один из локаторов ПВО.

Китайские партизаны уже бежали по протоптанной караулом тропинке, ведущей к тому же холму. Цай Чжицзян и Чжао Саолунь заметили, что туда же без оглядки, побросав автоматы, чтобы было легче, узкой колонной со всех ног бежит с десяток филиппинских солдат. Бойцы марксистско-ленинской армии Мао на ходу вскинули автоматы и хладнокровно в спину короткими очередями начали расстреливать войсковых. Те как подкошенные падали с продырявленными легкими, затылками, не успев даже оглянуться. Китайцы доставали и тех, кто попытался дернуть в джунгли.

«Вот черт, не дали людям спастись», – в мыслях осудил жестокость Батяня. Но, с другой стороны, майор Лавров, будучи профессиональным военным, понимал, что неизвестно, как бы эти солдаты повели себя, находясь плечом к плечу с российскими десантниками и китайскими партизанами на одной возвышенности. Завязалась бы драка. А численное превосходство было бы у филиппинцев. Да и места на возвышенности могло хватить не всем. Других холмов и гор поблизости не наблюдалось.

Сзади послышался скрежет. Ближайшая к берегу наблюдательная вышка накренилась, начала падать. С нее с криком в набегающую волну срывались заключенные.

Раздался звук глухого удара. Стена воды разбила стену тюрьмы… Батяня обернулся. На гребне водяного вала полубоком на мгновение завис теплоход – тот, на котором Харлампиев намеревался бежать с острова. Поднятое над причалом судно с огромной скоростью летело на сушу. Его многотонный корпус соскользнул с гигантской волны, острым носом разнес тюремные ворота и протаранил барак. Хлипкое строение разделилось на две части, и через секунду вода смыла его до основания. Те из заключенных, кто успел взобраться на его крышу, погрузились в клокочущую пучину.

Цунами разметало мангровый лес, ворвалось в джунгли. Бурлящая река начала стремительно заливать тропинку, по которой бежали китайские партизаны и российские десантники.

Локатор впереди вдруг застыл – перестало подаваться электричество. Из капонира, что находился под холмом, выскочили двое дежурных пэвэошников. Они были все мокрые, вода ручьями лилась с рукавов, со штанин. Цунами добралось к ним по подземным коммуникациям. Начало затапливать помещения. Следящие за небом пэвэошники, бросив все, едва успели выбраться на поверхность. К несчастью, перед ними оказались беспощадные бойцы марксистско-ленинской армии Мао. И этих филиппинских военных настигла та же участь, что и убегающих от водной стихии солдат. Двое китайцев, не раздумывая, направили на них стволы автоматов. Пэвэошники упали с застывшим удивлением на лицах, сползли по склону возвышенности, а китайские партизаны на бегу продолжали стрелять. Весь холм кишел животными: копошились серые крысы, между ними верещали дикие свиньи, судорожно подскакивали мышиные олени. На каменное подножие локатора взобрался бинтуронг – медвежий кот. Божьи твари раньше, чем люди, почувствовали приближение цунами и бросились спасаться.

Китайцы стреляли в основном в крыс, которые, извиваясь, страшно визжали, но досталось и другим представителем местной фауны.

– Стой. Перестаньте стрелять! – не выдержал Батяня. – Со зверями мы договоримся.

Цай Чжицзян и Чжао Саолунь первыми достигли холма – российские десантники, несмотря на то что могли бежать намного быстрее китайских партизан, опасались обгонять их. Бойцы марксистско-ленинской армии Мао неумолкаемыми выстрелами расчищали себе дорогу. Цай Чжицзян и Чжао Саолунь, давя сапогами подстреленных ими же крыс, тяжело дыша, зашагали по склону возвышенности, а затем взобрались по скобам железной лестницы под самые «лопухи» локатора.

Сразу же за ними полез Ростислав.

– Андрей, подсоби! – крикнул Прошкин. Он бежал последним, и пенящийся поток догнал его у подножия холма, сбил и потащил назад.

– Илюха, держись! – Батяня сбросил с себя автомат, нагнулся вперед, закинул ремень, как петлю, на шею капитану Прошкину, тем самым не дал воде утащить его.

Поток закружился в мощный бурун, Лавров оступился, его потянуло за Ильей. Еще мгновение – и два российских десантника оказались бы в бурлящей грязной реке. В то же мгновение Ростислав успел схватить одной рукой за ворот Батяню, а второй крепко зацепился за скобу лестницы.

– Давай-ка не будем принимать водные процедуры! – сквозь зубы процедил прапорщик Сазонов. – Сегодня они нам противопоказаны. – Он с силой подтянул к себе Батяню, тот в свою очередь капитана Прошкина.

Совместными усилиями российские десантники вырвались из объятий стихии и оказались в недоступном для беснующейся воды месте. Вслед за китайцами Сазонов, Лавров и Прошкин поднялись и повисли на скобах железной лестницы. Некоторые железки с визгом шатались, и возникало опасение, что в любую минуту они могут сорваться. Однако выбирать не приходилось.