Мятежный остров - Сергей Зверев

За столько лет работы в разных горячих точках планеты у Батяни развилась необыкновенное интуитивное чутье – он чуть ли не спиной чувствовал слежку. Кроме того, для него, как для профессионала, главное было не просто почувствовать «хвост», а еще определить, кто за ним следит, чтобы быстро придумать средства противоборства. Или неожиданно «в разворот» напасть, отключить, а в крайнем случае и ликвидировать, или, резко прибавив ходу, уйти, или раствориться в толпе. Но для этого сперва надо не спугнуть «хвост».

Батяня трусцой бежал по дорожке, ведущей к пляжу. Приостанавливался, разминал поясницу, спину, шею, делал наклоны, касаясь ладонями земли, при этом боковым зрением фиксировал, что происходило сзади. И он заметил две пары ног, что «торчали» в кустах на обочине дорожки, всегда на определенном расстоянии от него.

«Кто-то меня пасет», – подумал Батяня.

Плавать с утра в его планы не входило, просто он хотел, чтобы морской ветер освежил его тело. Однако теперь майор резко свернул к морю. На пляже по утрам людей немного, и, купаясь в море, плавая под водой и невзначай выныривая, можно понаблюдать, что же меняется на берегу. Легко вычислялось, кто напряженно вглядывается, ищет его глазами, а когда он резко выныривает, напускает на себя безразличный вид. Батяня называл этот прием «перископ подводной лодки». В таком случае «хвост» был в очень неудобном положении: ему надо было выходить на открытый пляж – показывать себя и «шифроваться» под любителя поплавать. Для этого следящий должен быть готов к непредвиденным водным процедурам, а это всегда заметно, готовился человек заранее поплавать или нет. И не только отсутствие плавок и полотенца говорили об этом, а вся психологическая картина его состояния. Ведь человек – наземное существо, и внезапная смена среды – воздушной на водную – всегда отражается на поведении: на походке, мимике, взгляде. Это выдает даже самого натренированного человека. Поэтому «хвост» редко когда идет в воду. Предпочитает оставаться на суше, наблюдая в отдалении. И при этом он наблюдает нервно, потому что не знает, когда его «клиент» снова выйдет на берег. А вдруг, что вполне вероятно, поплывет далеко к буйкам, а там куда-нибудь нырнет и вынырнет за торчащим вдалеке утесом, который скроет его из виду? Или, что еще хуже, «клиента» подберет какое-нибудь плавсредство.

Батяня проделал несколько кульбитов в воде, сквозь брызги, которые сам и поднял, осмотрел пляж и места, откуда можно было вести наблюдение. На дальней скамейке за кустами он заметил две бейсболки, которые «приседали», когда он, фыркая, как морской котик, выныривал из-под океанической волны.

«Вот они, голубчики, – в мыслях проговорил он и стал прикидывать, как же уйти от «хвоста», вернее, двух «хвостов».

Он глубоко нырнул. А когда вынырнул, «бейсболок» уже не было. «Неужто показалось?» – подумал Андрей. Еще пару раз нырнул и вынырнул – на пляже их не было. Все остальные отдыхающие подозрений не вызывали.

«Одно из трех. Или что-то их спугнуло, или получили задание отстать от меня, или я слишком уж перестраховываюсь», – заключил Батяня. Он быстро вышел на берег, не стал дожидаться, пока прибрежный ветер высушит его кожу, напялил шорты и майку и прогулочным, хотя и довольно спешным шагом направился в город. Батяня на автостоянке открыл дверцу такси и отчетливо, по слогам произнес название местности, которое он вчера прочитал в послании.

Таксист с кривой ухмылкой окинул взглядом майора Лаврова. Тот стоял перед ним в шортах и майке, и пухлого портмоне в карманах явно не наблюдалось.

«Не бойся, я платежеспособен», – мысленно проговорил Андрей, а вслух сказал:

– Плачу карточкой.

Движением фокусника Батяня достал из-за спины, а вернее, из заднего кармана шорт, золотую кредитку.