Вызываю огонь на себя - Александр Тамоников

– Ну что ж, Боря, ни пуха ни пера!

– Командир! Ты заставляешь меня послать тебя к черту, это нарушение дисциплины.

– Посылай, ничего.

– Ну тогда шел бы ты к черту.

– Злой ты, Боря.

– Я всегда злой на выходе.

– Если бы только на выходе. Ладно, не теряй время, я оповещу всех бойцов о вашем рейде.

Жилин повернулся к Соболю:

– Ты как, Дима?

– А что я? Я как пионер, хоть никогда им не был. Но всегда готов. Тем более с Борей!

– Задача ясна?

– Так точно!

– Вперед!

Смирнов и Соболь направились к снайперам взять «Винторезы» и «ПМ» с глушителями, сбросить лишнюю амуницию, подготовиться. Командир группы поднялся на склон.

– Что? – спросил заместитель.

– Смирнов и Соболь в шесть тридцать выходят на разведку окрестностей поселка Тара.

– Значит, такое решение?

– Да.

Майор по своей станции вызвал всех бойцов группы спецназа и наводчиков:

– Внимание! Четвертый и Седьмой выходят на разведку в сторону водонапорной башни и окраины поселка. Перевести станции на импульсный режим, слушать эфир. Без моего личного приказа никаких действий, что бы ни происходило. Доложить о переключении режима связи.

Прошли доклады.

Позже выступил Опарин:

– Первый! Я – Арфа-02.

– Слушаю, – ответил Жилин.

– Разрешите и мне в разведку.

– Нет, – категорически запретил командир группы.

– Но парни даже переговорить со случайным мирным жителем не смогут.

– Я сказал, нет, это непонятно, Арфа-02?

Поникшим голосом Опарин ответил:

– Все понятно. Конец связи!

– Занимайся своими делами, определенными Бурятом.

Но станция Опарина уже молчала.

Жилин проговорил:

– Обиделся. Нет, ты посмотри на этого лейтенанта. Обижается, когда его не посылают на смертельно опасное задание.

– Так это хорошо, – улыбнулся Туренко.

– Достойный парень этот наводчик.

– Так все достойные.

– Этот особенно. Но как спелся со Смирновым и Соболем? Какие-то несколько дней, а они уже друзья-неразлейвода.

– И это хорошо!

– Что ты заладил хорошо да хорошо. В гробу я видел все эти хорошо, гляди, что творится на этой земле.

– Я не о земле, я о людях.

– Проверь, как парни несут службу, особое внимание наводчикам.

– Так отсюда все прекрасно видно, командир.

– Ну ты еще попререкайся. Подай пример подчиненным.

– Понял. Проверяю группы!

Опарин успел подойти к друзьям перед тем, как они собирались выйти на склон.

– Уходите?

Смирнов кивнул:

– Надо, Леня.

– Почему не настоял, чтобы в разведку включили и меня? Ведь ты же мог?

– А зачем, Лень? Сиди пока спокойно в этой балке. Твое время еще придет. Еще побегаешь по домам и улицам города. И еще не раз будешь чувствовать рядом дыхание смерти. Не торопись. Туда, – старлей указал на небо, – мы всегда успеем.

– Знаешь, Боря, как это все называется?

– Что конкретно и давай выкладывай быстрей, нам идти надо.

– То, что вы не взяли меня.

– Ну и как?

– Подлянка.

– Спасибо тебе, а за подлянку ответишь. Не скучай.

Смирнов бросил Соболю:

– Вперед, за мной!

Прапорщик, глядя на лейтенанта, пожал плечами:

– От меня, Леня, ничего не зависело.

– Удачи.

– Соболь! – воскликнул Смирнов. – Ты приказ слышал?

– Да иду, иду, куда ж я от тебя денусь?

Разведчики вышли из балки, пригнувшись, перебежали в другую балку, ведущую к водонапорной башне.

– Твою мать, – выругался Смирнов, – хоть тропа какая-нибудь была бы!

– Ты радуйся, Боря, нет тропы, все заросло, значит, по балке давно никто не ходит.

– Ножи – продираться придется.

– У меня другое предложение.

Смирнов скосился на Соболя:

– И какое же?

– Идти поверх кустов по склону. Да, неудобно, где-то скользко, придется держать равновесие, но все лучше, чем продираться через колючий кустарник, рискуя оставить на колючках не только форму, но и шкуру. И вообще, след нам не нужен. А на склоне мы не будем видны с равнины. Зато наши нас будут видеть.

– До первого изгиба.

– Хоть так!

Смирнов погладил подбородок, ему тоже не особо хотелось пробивать дорогу ножом, обдираясь о колючки, а больше всего – не хотелось оставлять след. Он согласился:

– Хорошо! Идем по правому склону, он более пологий и прикрытый со стороны крепости. За мной!

На этот раз переход по балке, казавшийся при планировании довольно безобидным, оказался сложным и занял более двух часов. Правда, несколько раз перед очередным изгибом разведчикам приходилось останавливаться, из-за укрытий осматривать дальнейший участок, но все равно два часа для двух с половиной километров – очень много. Впрочем, бойцы никуда не спешили.

В 8.40 они подошли к канаве, от которой начинался подъем. Балка закончилась, впереди – водонапорная башня.

В канаве Смирнов и Соболь залегли. Здесь не было кустов, но была мелкая трава и прохладная земля.

– Устал я, – проговорил Соболь.

– Сам же предложил склон.

– А ты прикидываешь, где бы мы сейчас были, если бы пошли по дну?

– Здесь бы и были.

– Неблагодарный ты, Боря. Рассказал бы что-нибудь, повышающее тонус.

– Обойдешься, я тебе не клоун. Надо доложиться командиру.

– Погоди, я хоть посмотрю, что у водонапорной башни и у зданий.

– Давай!

Соболь поднялся наверх, смотрел минут двадцать.

Смирнов не выдержал:

– Там что, стена женской бани обвалилась?

Прапорщик скатился вниз:

– Если бы. В общем, так, народу не видно, за башней четырехэтажный дом, справа двух-, слева трехэтажный, вглубь частный сектор, но небольшой, по крайней мере то, что я мог видеть.

– Народу, говоришь, нет?

– Нет.

– А боевиков?