Холостая война - Сергей Зверев

На Востоке всякое семейное событие собирает множество ближних и дальних родственников. Празднества длятся по несколько дней, столы обычно накрывают на открытом воздухе, благо климат позволяет. В Таджикистане никто не поймет, если сказать, что на свадьбе было пятьдесят гостей, а на похороны собралось двадцать человек. Тут измеряют сотнями.

Появление на свадьбе мальчика, прибежавшего с известием о том, что бандиты убили его деда, а самому ему чудом удалось спастись, не то чтобы забылось, но гости старались о нем не заговаривать — зачем портить праздник? Ведь есть такая примета: если во время свадьбы случилось что-то плохое, то и будущая жизнь у молодых не заладится.

Это у славян и других европейцев принято, что мужчины и женщины наравне сидят за одним столом. А вот в Таджикистане по-другому, особенно в провинции. Мужчины праздновали отдельно, а женщины готовили, накрывали на стол, уносили грязную посуду и выкраивали себе немного времени, чтобы отметить свадьбу в своей компании.

Лида Гришанова среди гостей была на особом положении — русская, жена офицера. Ей было позволено то, что не могли себе разрешить местные женщины. Кроме жены капитана на свадьбу была приглашена и еще одна русская — молодая школьная учительница, оставшаяся работать в поселке по распределению. Землячки поневоле сошлись на свадьбе поближе. Хозяйка даже выделила им отдельный пластиковый столик и два кресла, которые поставили в беседке, увитой виноградом. В готовке на кухне они участвовали только по своему желанию. Никто их к этому не принуждал.

Ряды гостей понемногу редели, но забот все еще хватало. Пылали все конфорки на газовой плите. Дымила дровами тандырная печь, где пекли лепешки. Между столами, накрытыми на школьном стадионе, и домом сновали женщины с блюдами.

Лида и ее новая знакомая Маша уже порядком устали. Сколько было сил, они помогли местным женщинам, а потому теперь считали себя вправе посидеть в беседке и немного расслабиться. Посередине столика разместилось блюдо с бараньим шашлыком и горкой плова. Рядом с ним глубокая миска, заполненная салатом из свежих овощей. Бутылку с тягучим и сладким, словно ликер, местным вином женщины на стол все же не ставили в знак уважения к местным традициям. Наливали украдкой. Мало ли что они там пьют из высоких стаканов?

Спиртное и жара развязали языки женщин, и без того болтливых. У Лиды слегка кружилась голова.

— Как думаешь, Маша, прилично мне будет здесь закурить?

— А что здесь такого? Никто на нас специально не смотрит, а если и увидит, то рассказывать не станет.

Лида вытащила из сумочки длинную тонкую сигарету, щелкнула зажигалкой. Дым медленно поплыл сквозь причудливые сплетения виноградной лозы. В воздухе ароматно запахло ментолом.

— Ну так как ты думаешь? Стоит мне выходить за него замуж? — спросила Маша.

— Он же тебе еще предложения не сделал. Только в любви объяснился, — засмеялась Лида.

Маша поджала губы:

— Мужчины — существа примитивные. У них все на лице написано. Если бы я захотела, то еще вчера вытянула бы из него это самое предложение.

— А вот тут, дорогая ты моя, спешить не надо, чтоб потом не говорил, будто ты его за язык тянула. Пусть сам до этого дозреет. Это же не сложно. Где-то бедрами покрутила. Где-то глазами выстрелила. Блузку с глубоким вырезом надень да наклонись вперед как бы случайно. Способов море.

— Дело в том, что я еще сама для себя не решила — соглашаться или нет. Вот ты, Лида, женщина с определенным опытом. Подскажи, — попросила Маша и пригубила вино.

Терпкое, сладкое, оно приятно растеклось во рту.

Вот уже битый час женщины обсуждали кандидатуру лейтенанта Свиридова, который, как утверждала Маша, по уши в нее втюхался и каждую свободную минутку приезжал к ней в поселок с охапкой цветов. Лида слегка знала этого молодого офицера, приехавшего сюда после окончания училища. Как жена капитана Гришанова, уже достаточно прослужившего в армии, она имела право давать дельные советы.

— Главное, Маша, определись, чего ты хочешь в жизни. Вот тогда и поймешь — стоит ли тебе соглашаться.

— Я хочу хорошей семьи, — ответила молодая учительница.

— Что значит хорошая семья? Это очень расплывчато, — уточнила несколько стервозная Лида.

— Ну как же? Это полная конкретика. Чтобы муж сильно не пил. Чтобы были дети, квартира, достаток, — Маша перечисляла, загибая пальцы. — Вот у тебя все это есть?

— Не сказала бы.

— Ты удовлетворена своей жизнью?

— В одних аспектах удовлетворена. А в других — нет. Но я знаю, к чему стремлюсь. Понимаешь, Маша, я сама была на твоем месте. Андрей сделал мне предложение. Я его любила и согласилась. Точно так же, как и ты, мечтала о хорошей семье. Но реальность оказалась немного иной. Замуж я выходила за молодого перспективного лейтенанта, отличника учебы. А потом оказалось, что я жена капитана, у которого практически нет шансов построить карьеру. Я вынуждена жить на краю света, в этой гребаной части. Как ты думаешь — я счастлива?

— По твоему виду не скажешь, что ты страдаешь, — честно призналась Маша.

— Это потому, что есть обратная сторона медали. Все в этом мире имеет две стороны. Теперь будем считать плюсы. Андрей меня безумно любит. Это плюс. Я твердо знаю, что он мне не изменяет. Ему здесь просто не с кем мне изменить. Славянских женщин можно по пальцам пересчитать. Да и те все замужем. Единственная свободная — дочка полковника. Она гуляет со всеми напропалую, даже с рядовыми. Но так он не дурак, чтобы с ней связываться. Это гарантированные служебные неприятности. А вот я зато почти свободная женщина, многое могу себе позволить. Иногда хочется поразвлечься. Так, ничего серьезного. Я же не дура, не буду семью разрушать. А Андрей мне все прощает. Я себе цель поставила — у военных пенсия рано наступает. Андрей здесь много зарабатывает, всяких надбавок хватает. Когда из армии уйдет, пенсия у него будет, как у какого-нибудь профессора, даже академика. Квартиру в крупном городе построим. Бывшего спецназовца в любую банковскую структуру в службу безопасности с руками оторвут. Голодать не придется. Я себе цель поставила, чтобы после сорока, когда красота уже увянет, иметь рядом любящего мужа и достаток. Вот и выбирай сама. Ведь твой лейтенант Свиридов — не генеральский сынок. Его через пять лет в штаб не заберут.