Холостая война - Сергей Зверев

— Ой, даже не знаю. Я как-то о жизни после сорока еще и не думала.

— Ты подумай. Это полезно. — Лида глубоко затянулась, с наслаждением выпустила дым, опустила руку, подхватила бутылку, припрятанную под столом, и разлила вино по стаканам. — Давай выпьем с тобой за то, что мужчины очень слабо нас понимают. А мы делаем с ними все, что хотим.

Маша засомневалась — стоит ли пить за такое, но все же чокнулась и пригубила вино.

Она отставила стакан, оперлась локтями на стол и призналась:

— Я уже совсем запьянела.

Неизвестно, до чего договорились бы Лида с Машей, но в конце аллейки у калитки остановилась белая «Нива». Из нее выбрался улыбающийся старлей Семин. Сегодня он был в штатском. Белая майка, светлые брюки. Покручивая на пальце ключи от машины, он направился к женщинам. Если бы приехал муж, то Лида спрятала бы сигарету. А так она лишь томно затянулась и покосилась на пилота.

Тот, продолжая улыбаться, подошел к столу, поприветствовал дам и спросил:

— Разрешите присоединиться?

— А у нас стаканов только два, — хитро сузив глаза, произнесла Лида.

Она никогда не упускала случая пофлиртовать с мужчинами. Не обязательно для чего-то более серьезного, чем обмен взглядами. Так она самоутверждалась, проверяла, не увяла ли ее сногсшибательная красота.

— Я за рулем не пью, — проговорил старлей.

— И чего это ты, Семин, в здешних краях объявился? — Лида отодвинулась вместе со стулом, повернулась лицом к пилоту и неторопливо забросила ногу на ногу. — Тебя тоже на свадьбу пригласили? Так еще день-два, и все кончится. Самое интересное и вкусное уже миновало.

— Я за тобой, Лида, приехал. Андрей меня прислал. Говорит, неспокойно сейчас, пусть лучше в части поживет.

— Перестраховщик, — с легким отвращением проговорила женщина, но затем в ее голосе все же прорезалась озабоченность: — Неужели все так серьезно? Как он там?

— Жив-здоров. Но дела и вправду обстоят серьезно. Всего рассказывать я тебе не могу. Собирайся, поехали. Я ему обещал тебя привезти.

— Вот так всегда. Только почувствуешь себя свободной женщиной, а муж-ревнивец уже хочет тебя снова под замок посадить. — Лида притворно вздохнула.

— Не ерничай, — сказал Семин. — Он за твою жизнь беспокоится.

— Вы в расположение части едете? — оживилась Маша. — Может, и мне с вами? — Ей хотелось увидеть своего воздыхателя.

Семин пожал плечами:

— Подбросить — дело нехитрое. Но если ты надеешься своего Свиридова повидать, так зря. Он сейчас занят. У нас все по двадцать четыре часа на ногах.

Маша приуныла.

— Что ж, придется собираться. — Лида одним глотком допила вино и поднялась. — Не скучай, — пожелала она Маше. — Не последний день живем на этом белом свете. — Затем Лида повернулась к старлею: — Ты меня у машины подожди, а я с хозяевами распрощаюсь. Тебе им на глаза попадаться не стоит, не отвяжутся, пока за стол не усадят.

— Я это понимаю, — ответил пилот, кивнул Маше и неторопливо двинулся к своей «Ниве».

Вскоре Лида впорхнула в машину, приподняла юбку, чтобы не помять, и опустилась на сиденье.

— Ох, как здесь жарко! Ты что, не догадался машину в тень поставить?

— Не думал, что тебя так долго ждать придется. Поедем — ветерком продует. Извини, кондиционера у меня нет.

— А сейчас что мне делать? — Лида подхватила руками подол своей широкой юбки и несколько раз взмахнула им.

— Ну, ты и даешь, — только и сказал старлей, заводя двигатель.

Семин крутил руль. Стекла с обеих сторон были открыты. Ветер врывался в салон. Поселок быстро остался позади. В зеркальце заднего вида, укрепленном над лобовым стеклом, мелькнули последние дома и пропали.

— Миллион, миллион алых роз… — стала напевать Лида.

— Чего это тебе розы вспомнились?

— Да так, их музыканты на свадьбе играли. Мелодия словно гвоздем в голову засела. Не выбить, не вытащить. Единственный способ избавиться — это заразить ею кого-нибудь другого. К тебе не прицепилась?

— У меня слуха нет и голоса. Так что музыкой меня не проймешь, — произнес Семин, сворачивая в горы.

— Хочешь короткой дорогой? — удивилась Лида. — По мне, лучше асфальтом. Хоть дольше, зато не такая тряска. — Затем в ее глазах мелькнула догадка: — Ой, Семин, что эта весна со мной делает?

— Какая весна? — удивился старлей. — Лето на дворе. Самое пекло.

— Да это же цитата. Не помню уже из кого. Кажется, в календаре прочитала.

Пилот уверенно вел машину по серпантину, особо не спешил, то и дело бросал взгляд на приборную панель. Лида поколебалась и все же решилась — положила ладонь Семину на колено.

Тот скосил глаза и спросил:

— Ты чего?

— Ой, я совсем задумалась и не заметила. — Но руки она не убрала, лишь слегка сжала пальцы.

Семин переключил скорость и тоже положил ей руку на колено. Мужчина и женщина обменялись выразительными взглядами.

— Ты позабавиться не желаешь? Мы же с тобой взрослые люди, можем говорить открыто. Ничего такого, просто развлечемся, и все, без последствий, — напрямую спросила Лида. Вино до сих пор кружило ей голову.

— Да ты же пьяная!

— А это что-нибудь меняет?

— В принципе ничего не меняет. Но я же могу из мужской солидарности и Андрею рассказать.

— Если ничего не произойдет, то, конечно, можешь. Но если мы с тобой… то рассказывать не станешь. Верно я говорю?

— Вернее некуда, — согласился Семин, и взгляд его стал бегающим.

— Тогда тормози. Не будем же мы этим на ходу заниматься. — Лида уже откровенно обмахивалась подолом широкой юбки, бесстыдно оголяя ноги.

— Но и не на дороге же развлекаться. Тут машины, между прочим, изредка ездят. Вдруг кто знакомый застукает? Погорим тогда по полной программе. А мне это не надо. У меня жена есть. Будет трудно объяснить супруге, почему это мне вдруг стало домашнего секса не хватать. Там, чуть дальше, есть одно укромное местечко, — старлей указал рукой в лобовое стекло. — В лес можно заехать. Туда и свернем.

— Ты, наверное, часто по этой дороге ездишь. — Губы у Лиды уже чувственно набухали.

— Если ты насчет позабавиться, то я не совсем по этой части. Иногда случается — тяжело отказаться. Вы, бабы, завести умеете. А мужское сердце не камень.

— Сердце не камень, а кое-что другое? — Лида хитро прищурилась и посильнее сжала пальцы на колене Семина.

— Да погоди ты, не гони, а то заводиться начинаю.

Пилот проехал еще около километра и свернул в лес. Машина замерла между деревьев.

— Жарко в салоне. — Лида тяжело дышала. — У тебя подстилка какая-нибудь есть?