Пираты государственной безопасности - Сергей Зверев

Но не тут-то было! Белые акулы всегда держатся небольшими стаями – это аксиома, которая известна любому мало-мальски подготовленному дайверу. Мы не успеваем преодолеть и половины расстояния до бирюзовой поверхности океана, как с разных сторон появляется несколько взрослых особей.

Плохой знак. А учитывая нашу безоружность – очень плохой.

Продолжая размеренное движение вверх, мы с напарником вертим головами в ожидании худшего, ведь теплые воды, вкупе с коралловым раем, частенько привлекают хищных акул. Парочку особей мы уже заметили визуально, но пока они держатся на расстоянии…

Наиболее опасны стаи акул, только что поднявшиеся с больших глубин. Обычно они подолгу кружат около выбранной жертвы, принюхиваясь, приглядываясь и наблюдая за ее поведением. Исчезая и появляясь вновь, хищницы провоцируют панику. Ну а паника – это приглашение жертвы попробовать себя на вкус, и если дегустация проходит успешно – роскошный ужин большим белым охотникам обеспечен.

Увы, это тоже аксиома.

До цели остается не более пятидесяти метров. Поверхность уже не такая светлая, какой была в момент погружения, – значит, там, наверху, вечереет.

С одной стороны – «полтинник», плевая дистанция, а с другой… Акулы наворачивают вокруг нас эллипсы, с каждым разом подходя все ближе и ближе, и оставшийся отрезок пути вовсе не представляется нам безопасной прогулкой, потому что за время его прохождения можно раз пять распрощаться с жизнью.

Сегодняшняя встреча ничего хорошего не предвещает – судя по отметкам на экране сканирующего гидролокатора, мы имеем дело с десятком голодных акул, и обстановка с каждой минутой накаляется. Самая огромная из хищниц достигает пяти с половиной метров и наверняка весит в районе двух тонн, размеры остальных поскромнее, однако данный факт оптимизма не добавляет. Будь здесь помельче – мы с Михаилом как-нибудь проскочили бы. Но не все так просто – «Капитан Федосеев» лежит на приличной глубине, и эти проклятые сто восемьдесят метров за пять минут не одолеешь. Мы слишком далеко от катера и еще дальше от спасительного штормтрапа, болтающегося вдоль борта «Фурии».

– Что будем делать? – с тоской в голосе интересуется Михаил.

Молчим – нет нужды докладывать Устюжанину об ухудшении обстановки. Что в том проку? Чем он поможет? Да и Баталов может по неопытности наделать глупостей. Не дай бог, прикажет второй паре идти к нам на помощь. Вдвоем у нас имеется небольшой шанс прорваться, вчетвером сделать это будет сложнее.

– А у нас есть варианты? – тащу из ножен клинок. – Попробуем отбиться…

Конечно, устраивать кровавую бойню, не имея возможности быстро смыться из воды, – самоубийство. Тем более в этот раз у нас нет специального огнестрельного оружия. Почему? Все довольно просто.

Во-первых, болевой порог у кровожадных тварей чрезвычайно высок – простым ножом (пусть и довольно острым) их замучаешься калечить и тем более убивать.

Во-вторых, они невероятно живучи. Случалось, что рыбаки распарывали пойманной акуле брюхо, вырезали внутренности для наживки, саму же выбрасывали за борт. А спустя несколько минут она попадалась снова, заглотив собственные кишки.

В-третьих, стоит им почуять кровь, как из относительно осторожных разведчиц они превращаются в свирепых убийц.

Сволочи, конечно. Но они не виноваты. Это инстинкт.

Идем прямо к катеру и постоянно оглядываемся по сторонам.

На экране панели уже виден и катер, и корпус «Фурии». Панель – вещица крайне полезная. Правда, не в таких аховых ситуациях. Сейчас я и без ее помощи отлично вижу скользящие вокруг бело-серые тела…

До катера метров двадцать. Похоже, голодные твари не хуже нас понимают спасительную роль небольшого суденышка. Если мы успеем до него добраться – плакал их роскошный ужин. И поэтому чем ближе мы подходим к поверхности, тем плотнее становится кольцо, в которое они нас зажимают. Самые наглые уже барражируют в нескольких метрах. Нутром чувствую: очень скоро их любопытство перейдет в агрессию.

Наши головы крутятся с бешеной скоростью, клинки рыщут из стороны в сторону.

– Скат, я – Ротонда. Что у вас происходит? – вмешивается Георгий, услышав наш короткий диалог.

– Стая собак пожаловала с Уайт Шарк Кафе, – ворчу, используя «фрегатовскую» терминологию.

Уайт Шарк Кафе – область посередине Тихого океана, где-то на полпути от Гавайев до Нижней Калифорнии. Именно в том местечке зимой и весной собирается большое число белых акул, в другое время года отирающихся у побережья. Для чего они там собираются и по какому поводу – ученой братии неизвестно. Может, спариваются или делятся опытом с подрастающим поколением. А может, репетируют налет на очередной пляж или устраивают шабаш…

– Скат, помощь нужна?

– Ротонда, на катере есть глазастый парень со стволом?

– Да, один имеется.

– Пусть босс попросит его последить за поверхностью и сделать несколько выстрелов по плавникам.

– Вас не заденет?

– Мы находимся под брюхом катера и поднимаемся строго вертикально. Пусть бьет подальше от катера.

– Понял, Скат, сейчас организуем…

До катера остается около десятка метров. Акулы увеличивают скорость, и некоторые из них подплывают близко к поверхности. В это время стрелок, находящийся на борту катера, открывает огонь короткими очередями.

Выстрелов мы почти не слышим, зато отлично наблюдаем входящие в воду пули. Они появляются из воздушной среды и тонкой молнией преодолевают несколько метров вблизи вытянутого тела хищницы. Часть пуль проходит мимо, но большинство попадает точно в цель. И тогда подраненная особь стремительно изворачивается и, оставляя бледно-розовый след, уносится прочь.

Остальные акулы увеличивают скорость и наконец ослабляют смертельные «объятия».

– Пошло дело, – вдохновленно замечаю я, когда до днища катера остается несколько метров.

– Да, на этот раз пронесло, – с облегчением вторит Мишка.

А еще меня посещает не слишком приятная мысль, озвучивать которую я не стал: «Неплохих стрелков набрал в штат своей банды Баталов – на дворе сумерки, а парень лупит почти без промаха…»

Уставшие и разбитые от нервного напряжения, мы падаем на лавку спасательного катера.

– Молоток! – шлепаю по ладони крепкого кавказца с автоматической винтовкой на плече. – Где научился так хорошо стрелять?

Тот расплывается в широченной улыбке, обнажая ровный ряд зубов, и гордо отвечает:

– На Кавказе. В отряде Абу аль-Валида.

Я криво усмехаюсь и расслабляю мышцы, пока есть возможность отдышаться. Катер бойко режет форштевнем волну, приближаясь к «Фортуне»…

Баталов, по традиции, встречает у трапа.

– Рассказывай! Вы вошли в твиндек? – помогает он преодолеть последнюю ступеньку и принимает мой ребризер.