Приказано совершить подвиг - Александр Тамоников

– Молодцы. А вот мелкие группы у МВД шарахаются неспроста. Сто против одного, очередную атаку на позиции Соколенко готовят.

– Не исключено. Пока, по крайней мере, там относительно спокойно. Долго ли продлится это спокойствие? А что с танкистами?

– Все по плану, если его не сорвет Тупорин – у него жесткие рамки, жесткий график проделывания проходов. Так что саперы работают, танкисты готовятся…

Его перебил прогремевший недалеко от КНП взрыв.

– Есть первый проход. Наши рвут заборы, – взглянул в окно Кувшинин.

Голубятников посмотрел на часы – 10.55. А ровно через 5 минут прогремел второй взрыв.

– Могут же, когда захотят! – улыбнулся комбат.

Тут раздался сигнал вызова, и Выдрин поднял трубку.

– Вас просит ответить командир саперной роты, – взглянул он на комбата.

Тупорин доложил о проделанных проходах и работе по их расчистке.

– Так, Сергей, – обратился Голубятников к начальнику штаба, – я пойду, проверю, что там сделали наши саперы, затем к танкистам и в расположение 9-й роты, оттуда хорошо будет виден обстрел.

– Может, не стоит идти в роту? Там Холодов, он и доложит о первых результатах.

– Нет, Сергей, я сам должен посмотреть. Не исключено, придется менять позицию.

– Но у нас нет запасной…

– Найдем! Петух жареный клюнет, быстро найдем! Я ушел. Будь постоянно на связи!

В 11.00 комбат со связистом и неизменными бойцами охранения подошел ко второму проходу, решил провести проверку от дальнего к ближнему, чтобы сразу после осмотра выйти на пути, где стояли танки. Дальний проход был расчищен, подготовлен к проходу танков, у первого, ближнего, забора еще копошились саперы, убирая камни после взрыва.

– Быстрее! Чтобы через пять минут вас здесь не было, – приказал Голубятников.

– Сделаем, товарищ подполковник, – заверил его Тупорин.

– Надо, Тупорин, надо. Через пять минут через проход пойдут танки.

– Я все понял.

– Закончишь, проверишь бойцов – и в расположение.

– Есть!

Голубятников прошел на пути, к танкам. Пять «красавцев» стояли в колонну. Впереди – «Т-72», затем трофейная «восьмидесятка», далее машины приданного взвода. Танкисты сидели на броне и о чем-то беспечно переговаривались. Увидев командира батальона, дружно поднялись и доложили, что танки готовы к обстрелу здания Департамента государственной безопасности, пункт боепитания развернут, снаряды для пополнения боезапаса готовы. Голубятников приказал танкистам построиться, и те быстро встали в шеренгу. Комбат обошел строй, пожал каждому офицеру и солдату руку и объявил лейтенанта Авдеева, командира «Т-72», старшим группы, назначив его же заместителем майора Корсарова. После чего подозвал Авдеева к себе.

– Ну что, Первый, с Богом, вперед!

Экипаж бросился к танку. Взревел двигатель, и «Семьдесят двойка» начала движение по маршруту. Комбат прошел в 4-й дом захваченного квартала, где его встретил командир 9-й роты. Они вместе наблюдали, как «семьдесят двойка» спокойно прошла по маршруту, преодолела препятствия и встала на позицию. Уже через минуту раздался первый выстрел и прогремел взрыв. Танк стрелял прямой наводкой. Голубятников перешел на пятый этаж, откуда мог видеть результаты обстрела. Первый выпущенный «Т-72» осколочно-фугасный снаряд разорвался на третьем этаже южного ближнего крыла, образовав в стене приличную дыру. Второй разорвался внутри здания, пройдя через проем окна; третий выстрел снес часть угла торца. Обстрел, видимо, оказался для защитников Департамента полной неожиданностью. Об этом можно было судить по тому, что в первые десять минут они не проявили никакой активности. Но исходя из дальнейших событий, командир группировки, засевшей в ДГБ, запросил срочной поддержки, одновременно проведя перегруппировку сил внутри здания. В 11.17 Голубятникова вызвал командир 7-й роты.

– Я – Охотник! В «зеленке», квадрат… вижу скопление боевиков, общей численностью примерно штыков двадцать.

– Что делают духи?

– Похоже, собираются провести атаку на поликлинику.

– Что значит «похоже», Охотник?

– Боевики медленно выдвигаются в направлении позиций 8-й роты.

– Разворачивают линию?

– Никак нет! Идут кучно, но и местность не позволяет принять боевой порядок, на улице будет возможность развернуться.

– Ясно! Открыть огонь по противнику в «зеленке». Твоя главная задача – не допустить выхода этой группы за пределы границы частного сектора.

– Понял! Выполняю!

Тут же о появившихся боевиках доложил и командир 8-й роты.

– Я – Страж. Наблюдаю выход к улице крупной группы духов. Готов к отражению атаки.

– Тебя поддержит седьмая рота, – сказал Голубятников. – Ей поставлена задача воспрепятствовать выходу духов из «зеленки». Вы должны остановить их в частном секторе. – Он подозвал к себе корректировщика. – Духи в «зеленке», квадрат… Выходят для проведения атаки на поликлинику. 7-я и 8-я роты постараются удержать крупную группу боевиков в пределах «зеленки». Втягиваться с бой с неизвестными силами нам нежелательно, поэтому необходимо отработать квадрат «Нюрками», с перенесением огня на запад. Не факт, что духи вывели к окраине «зеленки» все свои силы.

– Я все понял!

Командир батальона приказал связисту Выдрину связаться с командиром артбатареи.

– Байкал на связи!

– Я – Аркан, задача корректировщику поставлена, связывайся с ним и отрабатывай задачу. По квадрату… расход снарядов – 4, затем перенос огня на квадрат… там расход тот же!

– Есть!

Боевики, появившиеся в «зеленке», вышли на окраину частного сектора и начали рассредоточение для подготовки атаки, но вынужденно залегли под огнем, открытым по ним десантниками Соколенко и Кошерева. А вскоре по рубежу, где находилась группа боевиков, ударили самоходные орудия «Ноны». Корректировщик точно навел артиллерию на боевиков, а расчеты артбатареи ювелирно положили мины на рубеж готовящейся противником атаки. Четыре практически одновременных разрыва не оставили боевикам шансов; а если кому-то и посчастливилось избежать гибели и отойти на запад – другого пути отхода у дудаевцев просто не было – они попали под второй залп артиллерийской батареи. Проблема «зеленки» была быстро снята. Но после пятого выстрела танка появилась новая проблема. Наблюдатели 9-й роты доложили, что в окнах на разных этажах южного крыла Департамента объявились гранатометчики. Через триплекс, снятый с боевой машины десанта, комбат и сам это хорошо видел. Видел и прекрасно понимал, насколько серьезна угроза. Стоит боевикам поджечь танк, и операция по разрушению здания потерпит крах. Оставшиеся танки, не имея подготовленных позиций, не смогут вести огонь прямой наводкой, и, вместо того чтобы бить по ДГБ, придется заниматься эвакуацией подбитого танка.