Команда. Гвардия президента - Максим Шахов

Стук в дверь был громкий и решительный. Так не стучат ни обслуга, ни друзья, ни случайные посетители. Так стучит ЗАКОН.

Талеев взглянул на часы: 4.21 утра. Задремал он не более двух часов назад. Далеко за полночь затянулись посиделки с Вадимом, которого пришлось выдворять из номера чуть ли не силой. Но и потом никак не удавалось расслабиться – тревожило отсутствие информации о Галине и Анатолии. Связь с ними не работала по вполне естественным природным причинам: огромные массивы льда и гранита, резкие перепады напряженности магнитных полей из-за близости полюса и еще тридцать три досадных препятствия. Гера надеялся, что ребята как-то дадут о себе знать хотя бы после окончания шоу, но и к двум часам ночи никаких известий не поступило. Оставалось лишь утешить себя тем, что события праздничного вечера и ночи развиваются по вполне безобидному сценарию, а его подчиненные надежно их контролируют.

Журналист накинул на плечи длинный спальный халат и неторопливо приоткрыл дверь. На пороге стоял Анатолий. Вокруг него расположились трое мужчин в строгих деловых костюмах и одна женщина лет тридцати пяти в свитере и брюках.

– Шеф, тут такое дело… – начал говорить Толя, но был вынужден замолчать, отодвинутый в сторону решительным жестом высокого светловолосого мужчины. Так же целеустремленно блондин прошествовал мимо отступившего к стене Талеева на середину номера. За ним последовала вся группа. Остановившись у овального стола, мужчина громко произнес неожиданно высоким голосом:

– Я – заместитель главы администрации российского сектора Острова. Это, – он указал рукой в сторону остальных, – представители норвежских властей и переводчица.

«Ну вот и закон», – подумал Гера. Он выглянул в коридор, убедился, что там больше никого нет, и неторопливо прикрыл дверь номера. Потом неспешно подошел к столу и замер, глядя прямо на «заместителя главы».

– Кто здесь Талеев? Или Усольцев? – В высоком голосе мужчины появились визгливые нотки.

Гера слегка склонил голову.

– Так это вы?

Талеев развел руки в стороны.

– Что вы молчите?! – И, не дождавшись ответа, закончил: – Немедленно одевайтесь и следуйте за нами!

Анатолий приоткрыл рот, собираясь вмешаться, но был остановлен красноречивым взглядом журналиста.

– Безусловно, готов исполнить вашу просьбу, если получу хотя бы самые общие объяснения столь неожиданного визита.

– Какие, к черту, объяснения… – в прежнем тоне перебил «представитель», но осекся под ледяным взглядом Талеева и октавой ниже закончил: – У нас произошло ЧП! Террористический акт грандиозного масштаба!! – Его голос вновь устремился к колоратурным высотам. – Мирового значения!!!

В этот момент к его уху наклонилась переводчица и что-то прошептала.

– Да-да, разумеется, – появившееся в голосе блондина раздражение соседствовало с вынужденной вежливостью и сопровождалось извинительно-приглашающим кивком в сторону двух других мужчин, – прошу вас, господа!

Заговорил самый пожилой из визитеров, лет пятидесяти, с густой копной седых вьющихся волос и печатным римским профилем:

– Сегодня ночью группой вооруженных лиц был захвачен стоявший у причала круизный лайнер. Вместе со всеми пассажирами и участниками торжественного банкета. Среди них норвежский глава Шпицбергена и русский бургомистр…

Талеев запомнил лицо этого мужчины, когда они вместе с Гюльчатай совершали свои представительско-репортерские визиты. Видел он и визгливого юношу в свите российского губернатора.

– …Примерно час назад террористы связались с нами первый раз и проинформировали о захвате.

– Простите, вы сказали «первый раз», значит…

– Да-да, минут через двадцать последовал другой контакт, во время которого мы получили озвученные требования террористов…

«Медальный скандинав» на секунду переместил взгляд бледно-голубых глаз на российского представителя, и тот успел раздраженно вставить:

– Нет никакой необходимости знакомить прессу с подробностями! Это – секретные сведения, не подлежащие разглашению!

– Однако, – спокойно возразил Талеев, – вы пришли ко мне в номер в полпятого утра явно не с целью «испить кофею».

– Только потому, – взвизгнул блондин, – что террористы почему-то требуют именно вас!

Пожилой норвежец принял какое-то самостоятельное решение и заговорил:

– Мой русский коллега прав лишь отчасти. Действительно, в требованиях террористов было упоминание вашего имени. И мне представляется допустимым ознакомить вас со всеми подробностями. Ответственность за такое разглашение сведений я полностью беру на себя.

Он легонько дотронулся рукой до плеча русского чиновника:

– Эта информация в скором времени станет известна всему миру. А если российский журналист согласится на наше предложение, то он раньше всех будет знать недоступные даже нам подробности.

Чиновник недовольно хмыкнул, но промолчал.

– Итак, террористы представились членами ИРА. – Наверно, Талеев не сумел скрыть свое удивление и недоверчивость, потому что скандинав, внимательно следивший за лицом и поведением журналиста, тут же пояснил: – Точнее, они назвались «истинными» – Real IRA. Эту организацию создал еще в 1997 году бывший офицер «временной» ИРА Майкл Маккевит, объединивший наиболее экстремистски настроенных членов нескольких террористических групп. Единственный признаваемый ими способ борьбы – это террор. «Истинные» не прекратили свою деятельность и после того, как в Дублине в 2001 году Маккевит был арестован ирландскими спецслужбами при содействии британской контрразведки МИ-5 и в 2003-м приговорен к двадцати годам тюрьмы. Наоборот, акции «Истинной ИРА» участились и ужесточились.

«Какая ИРА? При чем вообще здесь эта военизированная группировка? Да и сама Ирландия, наконец?» Талеев был не просто удивлен, а ошарашен. Куда-то улетучилась его способность мгновенно анализировать обстановку, а мозг перестал воспринимать всякую информацию извне. Голос переводчицы пропал, и всплыла крамольная мысль: «Неужели бывают совпадения?»

Наблюдательный норвежец тут же отреагировал по-своему: