Мне душу рвет чужая боль - Владимир Колычев

– А такие, чтобы глаза тебе не выцарапали, когда ты весы предлагать будешь… Я так думаю, нам сначала с Толстовой нужно поговорить, а потом ехать к Неверову.

– И где нам ее найти?

– Ну, если Неверов отпустил Шведова, то и Кристину мог отпустить. Если так, то, возможно, она сейчас у родителей. Не совсем логично, но, тем не менее, адресок надо бы провентилировать…

Оперативное чутье Степана не подвело. Вместе с Комовым он съездил к родителям Кристины, но сколько ни давил на клавишу звонка, дверь оставалась запертой. Они собирались уже уезжать, когда на этаже остановился лифт, из которого вышла молодая женщина.

Она была настолько красива, что ее не портила разбитая губа и нездоровая синева под глазами. Волосы растрепаны, косметики ноль, одежда дорогая, но мятая… И все равно она была очень хороша.

Увидев незнакомых людей на площадке, она испуганно попятилась, вернулась в кабину лифта. Но Степан и Федот шагнули за ней.

– Что вам нужно? – истерично спросила она.

– Криминальная милиция, – представился Комов.

И предъявил удостоверение. Женщину это успокоило ровно настолько, что она сообразила выйти из лифта. Степан и Федот шагнули за ней.

– Зачем вы меня преследуете?

– Мы преследуем не вас. Мы преследуем гражданку Толстую, – с ударением на первую гласную в последнем слове сказал Комов.

– Я не Толстая, я Толстова… То есть Неверова… Или уже нет, – заканючила она, но, спохватившись, резко спросила: – А почему вы меня преследуете?

– Разве я сказал, что мы вас преследуем? Если так, то извините. Я хотел сказать, что вас преследует ваш муж, Неверов Константин Владиславович… Да, кстати, вы совсем не толстая. У вас такая фигура, мисс, что я волнуюсь, как вьюноша на первом свидании. А какие у вас глаза… Вот я уже чувствую себя малышом…

– У вас в милиции все такие? – женщина с интересом посмотрела на Комова.

– А какой у вас голос… Ну вот, я уже совсем младенец… Э-э, вы меня не слушайте. И грудь не предлагайте.

– Да я, в общем-то, не собиралась, – возмущенно и вместе с тем с восторгом сказала Кристина.

– А вот кофе можете предложить, не откажусь…

– Ну, проходите, раз уж пришли…

Женщина покопалась в сумочке, достала пару ключей, открыла дверь.

– Это все, что у меня осталось, – сказала она, небрежно швырнув ключи на телефонный столик в прихожей.

– Я слышал, вы квартиру в Битове недавно купили, – сказал Федот.

– Была квартира, да сплыла… Все было, да уплыло…

– Большой корабль сбросил шлюпку и уплыл…

– Во-первых, я не шлюпка. А во-вторых, откуда вы знаете про мои отношения с мужем?

– А мы не просто милиция. Мы – начальство. Прошу любить и жаловать, подполковник Круча, начальник ОВД «Битово». Если хотите, можете любить и меня, его заместителя и начальника криминальной милиции по совместительству…

– Майор Комов, если я правильно запомнила, – с едва уловимым кокетством во взгляде улыбнулась женщина.

– Для меня счастье, что вы вообще меня запомнили.

Федот иронизировал в привычной своей манере, но Степан чувствовал, что здесь нечисто: похоже, Кристина понравилась ему не на шутку. Да и она посматривала на него с любопытством.

– Тем более в таком состоянии духа, – сказал он, многозначительно глянув на подчиненного.

Не увлекайся, дескать, майор.

– В каком таком? – с опаской посмотрела на него Кристина.

Если Комова она воспринимала как большого и сильного, но кота, то Степан, похоже, воспринимался ею как притаившийся волк.

– Насколько я понял, вас бросил муж. И вы очень сильно переживаете.

– Да, переживаю, – не могла не согласиться Кристина.

– Это он так с вами? – спросил Комов, пальцем показав на собственную губу.

– Костя немного погорячился.

– Бывает… Разбил губу и забрал ключи от квартиры…

– Надеюсь, он одумается, – удрученно вздохнула Кристина.

– А если нет?.. У него много любовниц, и кто-нибудь из них может стать его женой…

– Откуда вы это знаете? – вскинулась женщина.

– Я же говорю, мы не просто милиция. Мы начальство. Высоко сидим, далеко глядим… Шведов пострадал за то, что спал с вами. А Лоскутов за то, что спал с кем-то из любовниц вашего мужа…

От изумления она приоткрыла рот.

– Кто вам такое сказал?

– Шведов… Он, конечно, повел себя как джентльмен, но наш информатор сообщил, что Лоскутов спал с вами, – Комов пристально и с беспощадной улыбкой смотрел на женщину.

Кристина ему нравилась, но служба есть служба.

– Какой информатор? – большими глазами посмотрела на него женщина.

– Из окружения вашего мужа, – сочувствующе усмехнулся Комов.

– Есть люди, которые входят в историю. А есть – которые в историю вляпываются, – взял слово Степан. – Вы, Кристина, вляпались… Нас интересует Лоскутов Михаил Федорович.

– Его… Его нет, – испуганно мотнула головой женщина.

– Мы знаем, что его нет. Его убил Валентин Шведов. Хотите знать, при каких обстоятельствах? – Степан в упор смотрел на нее.

– Я… Я здесь ни при чем… Я всего лишь на Валентина показала… Костя сказал, кого ты выбираешь, я сказала, что Валентина. Он мне дороже…

– А как же Лоскутов? – насмешливо, с подковыркой спросил Комов.

– Плевать я хотела на этого козла! – озлобленно выдала Кристина.

– Упс!.. За что же такая немилость?

– Да потому что козел… А что вам Валентин про него рассказывал? – спохватилась она.

– Все рассказал, – отчеканил Степан. – Все, что знал.

– А что он знал?

– То же, что и вы, милая Кристина, – расплылся в улыбке Комов. – Он много чего нам рассказал. Теперь хотим узнать это от вас. Хотя бы потому, что у вас очень приятный голос, как раз для моего трепетного слуха. И смотреть на вас – одно удовольствие…

– Смотреть на меня вы можете сколько угодно. Но в присутствии адвоката… – язвительно улыбнулась ему молодая женщина. – Я, кажется, обещала вам кофе. Сейчас угощу, и, пожалуйста, оставьте меня в покое…

– За что же такая немилость, Кристиночка! Мы вас от бед и невзгод пришли оградить, а вы нас гоните.

– Со своим мужем я разберусь как-нибудь без вас.

– Ну зачем же без нас? Он у вас жестокий и злой. Если он Лоскутова убил, то ему ничего не стоит убить вас… Или он уже взял с вас расписку, что вы не имеете имущественных претензий?

– Вы и это знаете? – встрепенулась она.