Нам надо больше всех! - Сергей Зверев

Суламифь и Черток, одетые, как арабы, на ржавом и пошарпанном полугрузовичке-внедорожнике с облупившейся краской подлетели к руинам роддома. Внешний вид этого автомобиля был обманчивым. Снаружи выглядящий далеко не лучшим образом, он был оснащен новеньким мощным мотором. Всю подвеску заменили, и в салоне под фальш-панелью прятались такие необходимые им атрибуты, как спутниковая связь, устройства прослушки, а также фото– и видеотехника. Под обшивкой автомобиля вдоль бортов кузова крепилось несколько автоматов, пистолеты, комплекты боеприпасов, а также парочка гранатометов. В самом же кузове стояли баллоны с газом и питьевой водой – на случай, если остановят и будет проверка. А так снаружи полугрузовичок ничем не отличался от таких же, на которых развозят гуманитарную помощь.

Суламифь, завидев Абуиси и мгновенно сориентировавшись в ситуации, выпрыгнула из машины с автоматом в руках. Держа боевика на прицеле, она приближалась. С другой стороны выскочил Черток и, также целясь в хамасовца, двигался рядом с Суламифью, готовый выстрелить в любой момент.

Но и Омар был тоже не промах – он мгновенно схватил Хамида, прикрываясь им, а к голове ребенка приставил ствол:

– Еще один шаг, одно движение, и я его пристрелю.

Черток прошептал, почти не двигая губами:

– Я его сниму. – Леониду не слишком было жаль мальчика: убьют так убьют…

Он и в прошлый раз бы его шлепнул, если бы не Гоц.

– Не смей, – шепотом ответила Суламифь.

Черток вздохнул – приказы командира не обсуждаются. Абуиси пятился, держа ребенка одной рукой вместо щита.

– Не приближаться! – еще раз грозно заявил он.

Со стороны выглядело так, что двое коммандос как будто замерли на месте. Однако они по-прежнему синхронно продвигались вперед, когда Омар резко оборачивался посмотреть, куда ставить ногу, чтобы не упасть. Подойдя к руинам роддома, он попятился за проход, образованный взрывом, разрушившим здание, и исчез в нем вместе с мальчиком.

Коммандос, бросившись туда, вынуждены были остановиться. Короткая очередь из проема заставила обоих отскочить и упасть на землю. Держа под прицелами автоматов то место, куда скрылся Омар, бойцы «Дувдевана» снова приблизились. Заглянув в провал, Черток определил, что там никого нет. Прикрывая друг дружку, израильтяне медленно, шаг за шагом, проходили через руины, бывшие еще совсем недавно роддомом. Выбежав из них, Суламифь заметила справа резко тронувшийся с места микроавтобус, который, с каждой секундой набирая обороты, исчез за поворотом, оставив после себя лишь запах бензина.

– Преследовать нет смысла. Мы не проедем, с нашей стороны дорогу завалило, – озвучил мысли Черток.

– Возвращаемся, нужно помочь русскому десантнику, – сказала Гоц, скрывшись в щели, из которой они только что вышли.

– Ушел, зараза! – выругался Черток, покосившись на Суламифь. – Если бы ты…

– Он мог ранить ребенка, ты же видел. Опять начинаешь свое гнуть? Что, все арабы террористы? – грозно посмотрев на него, нахмурила брови Гоц.

– А разве нет? И пацана мы этого уже видели, когда захват осуществляли. Откуда ты знаешь, что он был не с террористом? Может, тот специально им прикрывался… А сейчас они сидят в машине и смеются над нами, – раздраженно высказался Черток. – Надо было еще тогда этого сопляка шлепнуть, сейчас бы меньше проблем было.

– Ругаетесь? – хладнокровно поинтересовался Локис при приближении бойцов, заметив, как Черток что-то пытается доказать Суламифи.

Разговора он не понимал, но чувствовал, что израильтянин явно чем-то недоволен. Главаря упустили, но видно было, что дело не только в этом.

– Он говорит, что ребенок с хамасовцем заодно, – сказала Гоц по-русски.

– Думаю, нет! – начал Локис и коротко пересказал то, чему был свидетелем.

– Вот видишь, – нравоучительным тоном сказала Суламифь коллеге, – не обязательно он шахидом или террористом вырастет.

– А где гарантии? Он с хамасовцем уехал, пусть даже и не по своей воле. И абсолютно неясно, что из него через неделю получится, – не сдавался Черток.