Нам надо больше всех! - Сергей Зверев

– Что, отшили? – пошутил старшина, увидев вынужденного удалиться коллегу. – У тебя же девушка есть. А ты, я вижу, на чужбине отношения решил закрутить, – продолжал веселиться он.

Владимир махнул рукой и сел за стол, стоявший у окна.

– Я просто хотел помочь, – пресек он дальнейшие попытки друга подколоть его.

– Знаю я твою помощь! – ухмыльнулся Климов.

– Романтику отложим на потом. Давай рассказывай, что у тебя приключилось, – подсел поближе майор.

Локис вкратце обрисовал ситуацию, рассказав о том, почему не смог вылететь вместе с остальными и как он попал в больничный комплекс.

– Хорошо, хоть жилет спасательный поблизости плавал, иначе не знаю, как бы до берега добрался, – покачал головой сержант. – Еще и пеленгатор накрылся медным тазом.

– Черт с ним, – отмахнулся Гвоздев, – главное, что сам живым остался, а остальное – решим.

– Как я и говорил, – продолжил Локис, – противнику известно многое о нас. А значит, у террористов есть человек, который сливает им всю информацию. Знающих об операции не так и много, так что вычислить, я думаю, можно.

– Уродов, к сожалению, всегда хватает, – подал голос Черток, – и у нас в рядах могут быть такие.

– Это позже узнаем, главная наша цель – этот хамасовец. С него и начнем. Теперь мы хоть знаем, как выглядит этот бородач, – сказал Гвоздев, – опознать сможешь?

– Не сомневайтесь, товарищ майор! Я его детально рассмотрел. Это тот же тип, что и на фотографиях, которые вы показывали нам в самолете, – заверил его Локис.

– Плохо то, что мы опоздали и не смогли захватить установку вместе с террористом на месте. Если это действительно те установки, о которых идет речь, то в этом случае осталось еще две. А значит, еще раз ошибиться мы попросту не имеем права. Ребята, – обратился майор к собравшимся, – главаря надо будет брать только живым, иначе правды не узнаем.

При последних словах Черток заметно напрягся и закашлялся.

Тем временем на кухне Кочарян в компании Суламифи готовил обед, разговаривая на разные темы. Фермер осыпал ее комплиментами в лучших кавказских традициях. Суламифь с румянцем на щеках, улыбаясь, выслушивала их, продолжая готовку. Не говоря о политике и о предстоящих событиях, оба смеялись и шутили. Тигран рассказал гостье о своей дочке – что та очень красива и учится в университете на доктора. Гоц узнала, что, приезжая к дочери, Тигран общается с преподавателями, которые очень нахваливают ее, доставляя огромную радость отцу.

– Очень усидчивая, а главное, способная! – говорил армянин, подняв указательный палец. – Хорошим врачом будет.

Завершив работу, Гоц принялась носить приготовленные блюда к столу, за которым расположились десантники. Бойцы тут же повскакивали с мест, наперебой предлагая свою помощь. Они не сводили глаз с Суламифи, которая произвела впечатление на каждого.

– Скажите, Суламифь, а вы не замужем? – поинтересовался Василевский.

– Пока что нет. А у вас есть предложение?

– Да… нет, – стушевался десантник, – я ведь…

– Он ведет разведку боем! – хохотнул Павлов. – Любимый ход!

Суламифь улыбнулась, бросив украдкой взгляд на Локиса, пребывающего в задумчивости и не слышавшего шутки.

На столе появились салаты, картошка, свиные отбивные. При виде «нечистого мяса» Черток скривился, как будто увидел черт знает что. Перед ним поставили блюдо с рыбой, чтобы успокоить гостя. Затем хозяин принес пару бутылок отличного армянского коньяка, торжественно водрузив их в центре стола.

– Не каждый день таких дорогих гостей потчую. Перекусим, а там уж и о делах поговорим! – на правах принимающей стороны заявил Тигран. – На сытый желудок любые дела куда лучше решаются. Прошу!

После радушного пригласительного жеста все уселись за столом.

– А кстати, почему евреи свинину не употребляют? – поинтересовался Локис у Чертока.

– Как видишь, не все, – ответил тот.

Действительно, Суламифь тезис о «всех» явно не подтверждала.

– Ну, хорошо, большинство?

Черток рассказал о религиозных составляющих табу.

– …кроме того, воздержание от употребления в пищу свинины – это проявление заботы о собственном здоровье, – пояснил дальше он, – ты сам посмотри: из всех домашних животных свинья самая алчная и нечистоплотная. Она же жрет все, что лежит на земле. Свинья является рассадником вредных микробов и паразитов, а мясо, употребленное в пищу, может служить источником многих опасных заболеваний.

– Ну, не знаю, – проворчал Павлов, – я лично без свиной отбивной не могу. Придумают же – «заболевания». Да сейчас на любую тему столько мнений, что если ко всему прислушиваться – крыша поедет!

– Во-во, – поддержал товарища Василевский, – ерунда это все.

Скептичный вид Чертока демонстрировал, что по поводу «ерунды» у него совсем иное мнение, но дальше спорить коллеги не стали.

За обедом, весело разговаривая, гости выпили немного коньяку, и старшина принялся рассказывать очередную байку о своих похождениях, развеселив всех присутствующих. Услышав его рассказ, больше походивший на сценарий кинокомедии, Черток от смеха чуть не подавился рыбой, но сидевший рядом Павлов, мощно похлопав его по спине, «спас» израильтянина. Суламифь, наблюдая за Локисом, несколько раз коснулась его локтем. Владимир, однако, не заметил знака внимания, оказанного ему девушкой.

– Спасибо за угощение, – Гвоздев оглядел всех присутствующих, – думаю, пора и за дело приниматься.

Наскоро убрав со стола, спецназовцы собрались обсудить план дальнейших действий. Все притихли, зная, что время шуток прошло – теперь разговор будет серьезным. Бойцы внимательно посмотрели на майора. Вначале он коротко поведал Суламифи и Кочаряну о рассказе Локиса, не слышавших его по причине присутствия на кухне.

Выслушав его, Кочарян поднялся со стула и прошел в другую комнату. Через несколько минут он вынес в руках стопку фотографий. Выкладывая по одной, он в два ряда разместил их на столе перед Локисом и израильтянами.

– Этот, – Владимир ткнул пальцем в фотографию, на которой был изображен бородатый человек в арафатке, – у него шрам через все лицо идет. Да, это он!

Суламифь, просмотрев фотографии, также подтвердила:

– На фото он моложе выглядит, но это, несомненно, он. К хамасовской верхушке отношения не имеет, иначе я бы знала, – добавила она.

Черток дольше всех вглядывался в фото командиров хамасовских группировок. Он щурил глаза, словно сомневаясь, но в конце концов признал:

– Прямо зверь! Ну и взгляд – хищник! Да, это он.

Все согласились – действительно, с фотографии на собравшихся смотрела физиономия человека со взглядом готовящегося к прыжку леопарда. Было видно, что это фото сделали скрытно, когда хамасовец поворачивал голову, сидя на террасе какого-то летнего кафе.