Крутая фишка - Максим Шахов

Если честно, то мне на это было наплевать. Я был благодарен им и за то, что они не развернулись и не смылись обратно.

В какой-то момент в руке Панкратьева тускло блеснул пистолет, он повернулся и что-то сказал водителю. Тот кивнул, очки качнулись на ухе, но не упали. Разделяло нас метров десять, и «копейка» начала тормозить.

Из нее тут же выскочил Панкратьев и, проорав мне: «В сторону!», – четыре раза выстрелил поверх дверцы. С перепугу или как, но стрелял он здорово. «КамАЗ» был метрах, наверное, в тридцати–тридцати пяти, но Панкратьев с этого расстояния умудрился пробить ему правое переднее колесо.

«КамАЗ» понесло на обочину. Пулемет вдруг умолк, и Панкратьев крикнул мне:

– В машину! Быстро!

– Ага! – проорал я, пробегая мимо. – Сейчас!

Было ясно, что они еще не до конца просекли ситуацию, и я крикнул через плечо:

– Стреляй! Поздно будет!

Панкратьев заметно удивился. Они с напарником прикатили на своей «копейке» из совсем другого мира, где не было паек, обязательных витаминов «Ундевит», кабачкового конвейера, концлагерных порядков и братских могил пять на пять. И они думали, что смогут остановить сбрендившего Андрюху несколькими пистолетными выстрелами и укатить на своей «копейке» задним ходом от его «КамАЗа».

Я просто торчал от их детской наивности, но Андрюха очень быстро привел всех в чувство. Справившись с вильнувшим к обочине «КамАЗом», он вырулил на дорогу и притопил педаль газа.

«КамАЗ» хищным зверем рванулся вперед, и почти сразу же ожил пулемет. Выстрелы Панкратьева утонули в его грохоте, и толку от них было ровно столько же. Правда, и Андрюхе прицелиться было трудновато. Накренившийся «КамАЗ» рыскал по дороге, пулемет то и дело съезжал, и палил Андрюха уже даже не в поле, а куда-то в сторону леса.

Через несколько секунд сзади раздался отчаянный вопль Панкратьева, и я оглянулся посмотреть, как у них дела. Подпрыгивая и рыча, покосившийся «КамАЗ» несся на «копейку». Он был уже метрах в пяти, а Панкратьев все никак не мог заменить обойму. Его напарник стрелял поверх своей дверцы, но остановить «КамАЗ» так и не смог.

В последний момент они бросились в стороны, «КамАЗ» врезался в «копейку», отшвырнул ее словно щепку и понесся ко мне. От Панкратьева с напарником я, честно говоря, ожидал большего. А они только и сумели, что угробить казенную машину.