Группа особого назначения - Михаил Нестеров

Оказалось, что у Окладниковой есть партнер по бизнесу, некто Юрий Радеев. Одна из продавщиц сообщила, что сейчас он на месте происшествия.

— Пойдемте, — предложила она Лындину, — я покажу его вам.

Радеев стоял чуть в стороне от основной массы народа, глубоко затягиваясь сигаретой. На вид ему было около сорока, несмотря на мороз, без шапки, стрижка короткая, под глазами густая сеть морщин, от носа протянулись две глубокие складки.

Лындин представился.

— Как давно вы не видели Елену Окладникову?

— Три недели уже, — ответил Радеев. В толпе прошел слух, что в сгоревшей квартире обнаружили тело хозяйки. Но подтверждений пока не было.

— И не обеспокоились, что пропал ваш партнер? — осведомился Лындин.

— Она предупредила меня. Уезжаю, говорит, может быть, на месяц. Сказала, что у нее проблемы. — И пояснил: — У нас, как и у каждого в бизнесе, есть друзья, способные разрешить любые вопросы. Я напомнил ей об этом. Она ответила, что у нее проблемы личного характера. Добавила, что все будет хорошо, вернется — все расскажет. И положила трубку.

— Так вы разговаривали по телефону?

— Да.

— И вы ей больше не звонили?

— Зачем? Она же сказала, что уезжает.

Лындин нутром опера почуял, что Радеев что-то недоговаривает.

— Значит, вы не звонили ей?

— Ну звонил, — довольно резко отозвался коммерсант. — И что из этого?

— И что она вам сказала?

— Ничего, — Радеев покачал головой. — Я слышал ее голос, записанный на пленку автоответчика. Оставил ей сообщение: мол, беспокоюсь за нее. Просил еще раз подумать о помощи.

— С Окладниковой у вас были только деловые отношения?

— На этот вопрос я могу и не отвечать, — недовольно проговорил Радеев. — Нет, иных отношений у нас не было. У меня жена, двое детей, один уже достаточно взрослый.

— У нее был кто-то близкий?

— Естественно. Его фамилию я не знаю, но зовут Виктор, я видел их вместе несколько раз.

— Оставьте мне свои координаты. Позже я возьму с вас официальные показания. Вот здесь телефон следователя. Если вспомните что-то существенное, звоните.

* * *

Юрий Радеев позвонил следователю Бочарову в половине восьмого вечера, после выхода ежедневной программы местного ТВ. В сводке о происшествиях, которые так или иначе интересовали партнера Окладниковой, прошел короткий репортаж с места пожара. Радеев видел, как из подъезда выносили тело Елены, накрытое тканью. Он, конечно, не знал, что к этому часу судебные медики уже дали заключение: смерть наступила в результате нанесенных травм в области шеи. Орудием убийства могла быть кухонная разделочная доска, высокая спинка стула и так далее.

Сам следователь не очень-то обрадовался этому заключению; еще раньше он нахмурился от предварительного рапорта начальника пожарного отряда: умышленный поджог.

Уже тогда пахло убийством, а не несчастным случаем. И вот судебные медэксперты поставили точку.

Следствие только началось, разрабатывались несколько версий, первым делом пытались найти друга Окладниковой, Виктора. И вот неожиданно помог партнер погибшей.

Вначале следователь не понял, о чем ему толкует коммерсант Радеев, но постепенно лицо его стало проясняться. Репортаж о происшествиях заканчивался телеобращением к гражданам Новоградской области: опознать по фотографии мужчину. С большим трудом, но несколько сомневаясь, Радеев узнал в нем человека, в компании которого несколько раз видел Елену. В этой ситуации он сделал все, что смог, ему помогла хорошая видеотехника японского производства. На пульте дистанционного управления он выбрал опцию capture still — захват изображения, нажал на кнопку и тут же получил распечатку на принтере. Фотографию мужчины показывали достаточно долго, пока шло само сообщение; этого времени Радееву вполне хватило, чтобы сориентироваться. И он в течение нескольких минут разглядывал мертвое лицо. Да, несомненно, это тот самый Виктор, знакомый Елены Окладниковой.

Нина Радеева не могла одобрить его выбора — нашел что «захватывать», она все еще была под впечатлением смерти девушки, однако муж снял трубку телефона и, сверившись с номером следователя, позвонил.