Тайная тюрьма - Михаил Нестеров

Порой Кереку находил чем утешиться: хорошо, что подчиненные Бабангиды не успели добавить огня. В этом случае его джип взлетел бы на воздух. Когда он пригнал свой «Лендровер» в частную мастерскую, ее хозяин долго свистел, качая головой. Потом спросил: «Попал под град?» Кузовные работы влетели в копеечку. «Лендроверу» заменили стекла и дверные панели. Также он лишился чехлов, пропитавшихся кровью. Денег не хватило на переднюю панель, и пулевые отверстия пришлось просто-напросто закрыть наклейками. Их было шесть штук. И они бросались в глаза в первую очередь тем, что вырисовывали ровные очертания дыр. Как будто внутри работал вакуумный насос, втянувший клейкую бумагу.

Джип преодолел больше половины пути. До границы частного парка оставалось не больше восьми километров.

— Где ты попал в засаду? — услышал проводник и не сразу вник в смысл вопроса.

Блинков сидел на месте переднего пассажира. Он сорвал одну наклейку, другую.

— У вас один джип на несколько поселков? Или ты работаешь на американцев? Ты был в машине, когда ее обстреляли? — Джеб, прикасаясь к панели, проводя кончиком пальца по краям пулевого отверстия, словно заглянул в прошлое. Первая автоматная очередь скосила человека, сидевшего на этом кресле. И вот уже десяток стволов изрыгают огонь и срубают остальных спецназовцев. Абрамов валится на пол и, зажатый между двумя сиденьями, жмет на кнопки спутниковой трубки. «Мы попали в засаду! Мои люди убиты!» Только эти несколько слов расслышал адмирал Школьник.

— Я не ошибся? Машину расстреляли американцы?

— Эй! — прикрикнул сзади Кок на водителя. — Отвечай, на хрен, не то я выпишу тебе премию по физиономии. Только в лауреатах ты с разбитой мордой проходишь недолго. Слышь, Джеб, он сейчас скажет, что попал в засаду вон за тем поворотом. Тормози, водила!

Николай расстегнул «молнию» на сумке и вынул автомат. Его действия повторили остальные боевики. Джеб обернулся и принял от Кока свое снаряжение — «Калашников» и рацию.

— Американцы устроили засаду у реки? — спросил он, закрепляя наушник с микрофоном на ухе. Включив рацию и поставив режим интеркома, он повторил вопрос.

— Да, — ответил Кереку. — Они обстреляли машину на окраине деревни. Майор Бабангида со своим отрядом ехал за нами. Он прибыл на место, когда все было кончено...

— Они приехали на грузовике?

— На «Хаммере». Он вмещает восемь человек.

— Какое расстояние до реки?

— Семь... шесть километров.

— Съезжай с дороги, — приказал Джеб водителю. — Выбери сухой участок, чтобы не наследить. Понимаешь меня?

Проводник кивнул: «Да». И сбросил скорость.

Блинков не мог видеть глаз Кереку, а они мстительно сверкнули. Он зеленел от лютой ненависти всякий раз, когда слышал имя майора Бабангиды. И прятал правду, опуская глаза при встрече с ним.

В результате межэтнических столкновений в Конго погибли десятки мирных жителей. Многие оказались на правах беженцев и перемещенных лиц. Они искали спасение в Катване, но нашли там смерть. Местные военные выискивали беженцев по поселкам, убивали их и тех, кто давал им приют.

Кереку скрывал в подвале своего дома семью из четырех человек. Он так и не узнал, кто из соседей донес на него. Но вот в его доме появились головорезы во главе с Бабангидой. Они вспороли животы беженцам и не пощадили жену Кереку. Натал оставил проводника в живых, потому что тот имел работу и исправно платил пошлину, которая оседала в кармане майора.

До сей поры перед глазами Кереку стояла страшная картина: трупы, трупы, трупы. С вывороченными внутренностями — накрытые тканью, лежащие в одной широкой могиле. Он засыпал их землей вперемешку с хлоркой, чтобы дикие животные не выкопали и не сожрали их.

Он не мог тягаться с майором, он просто пережигал и не мог пережечь внутри себя тягучую ненависть. Ничуть не успокаивала несуразная поправка, рожденная в его голове: пока Бабангида жив, он может забыть о мести. Но как поквитаться с ним после его смерти?..

Неужели, думал Кереку, настал этот час?.. Он держался за эту мысль так же крепко, как сжимал руль в руках, и боялся ее отпустить. Он был готов пожертвовать всем, что у него есть. Своей жизнью, не говоря уже о джипе, который кормил его. Подняв глаза, он прошептал короткую молитву.

Дорога была неровной. После проливного дождя она раскисла, и джип частенько нырял в глубокие грязные лужи. Но всякий раз с достоинством выбирался из брода.

«Лендровер» преодолел затяжной подъем, оставив на нем грязь с колес, и свернул между поваленными деревьями в чащу, спугнув вышедших на дорогу рыжеголовых импал и потревожив стаю попугаев, с понизительными криками вспорхнувших в небо. Ловко работая рулем, водитель укрыл машину за кустарником.

Джеб первым оставил салон и прошел к дороге.

Упавшие в десятке метров от нее финиковые пальмы годились для засады. Командир обернулся и не заметил джип, маскировавшийся за густой порослью шиповника. Его взгляд простерся вдоль дороги, откуда с минуты на минуту должна показаться машина с военными.

— Чижик, снимешь водителя так, чтобы он завернул в нашу сторону. Выбирай место.

— Я укроюсь на другой стороне дороги, — сказал Михаил, оглядев местность. — Если будет две машины, то вторую тоже заверну. Она наверняка поедет на расстоянии двадцати — двадцати пяти метров. Пока водитель сообразит, что случилось, окажется в точке моего первого выстрела.

— Работай. Связь в крайнем случае.

— Я уйду метров двадцать вправо. Не накройте меня.

Чижов перекинул винтовку через плечо и, пробежав по дороге, нырнул в кусты.

Блинков передернул затвор автомата и занял место за поваленным деревом. Отсюда был хороший обзор. Правда, из-за подъема машины появятся неожиданно, однако дадут знать о себе натужной работой двигателей.

За другой пальмой заняли позиции Кок и Тимур. Весельчак остался в «Лендровере» в качестве охранника и засадного полка. Он не служил в армии. Хотя и не слыл пацифистом, но старался избегать кровопролитных акций. На его счету была одна человеческая жизнь, и она тяготила его. Кок нашел для него утешительные слова: «К тому времени он уже не был человеком». Надев перчатки, Веселовский взял «калаш» на изготовку.

Чижик перебежал к укрытию. Над ним шелестели на легком верховом ветру купы бамбуков. Жесткие листья кустарника и разросшегося повсюду эстрагона оставались неподвижными. Снайпер обломал ветки дикой розы и, глянув в образовавшееся окно, отметил участок дороги метров в двадцать-тридцать. Чижик быстро представил, как «Хаммер», преодолев подъем, начинает наращивать скорость на пологом участке. Скорость у него будет не больше сорока километров в час. А угол между ним и точкой снайпера визуально уменьшит скорость в два раза.

Наивысшее место дороги неплохо просматривалось через листья и бледно-розовые цветы шиповника. Сейчас Чижик, глядя в «окно», видел точку подъема боковым зрением. Вот воображаемый джип показывается во всей красе, наращивает скорость и попадает в оптику винтовки. Михаил приподнял руки и склонил голову к плечу. Мнимая винтовка медленно движется в сторону, следуя за машиной. Три, четыре секунды... Чиж согнул палец, определяя примерную точку для выстрела.