На одном вдохе - Сергей Зверев

Республика Филиппины; в девяти морских милях к северо-востоку от острова Катандуанес. Настоящее время.

Минут через двадцать от начала погружения я отчетливо услышал работу дизеля. По правде говоря, я слышал его и раньше — едва спустился под воду, но теперь стучащий звук силовой установки катера стал угрожающе громок. Это заставило прекратить только начавшийся осмотр дна и задрать голову для изучения поверхности. Вскоре я разглядел темневший корпус подходившего к нашей яхте катера.

«Какого черта им нужно?» — подумал я, зависнув в пятнадцати метрах от дна.

Сбавив ход, катер притерся бортом к яхте; дизель смолк. Ситуация складывалась мутноватой. Над головой — в каких-то шестидесяти метрах — происходили не запланированные нами события. В них участвовали Глеб и все те, кто находился на борту катера. И только я не имел понятия об их сути.

Пока меня терзали размышления по поводу дальнейших действий, прошло несколько минут. Внезапно рука, в которой был зажат моток фала, ощутила рывки — короткие, нервные и настойчивые. Один, второй, третий…

Перед началом работы обучать Глеба языку общения командира погружения с ушедшим на глубину пловцом я не стал. Слишком мудреная эта наука для новичка, и одного занятия для ее постижения недостаточно. Поэтому мы просто условились о следующем: в случае экстренной необходимости Глеб несколько раз дергает за фал. Несколько, дабы не вышло случайных накладок.

Итак, Глеб или кто-то иной приказывал прекратить погружение и немедленно подниматься на поверхность.

«Какого черта?! — мысленно ругал я неопытного напарника. — Не успел приступить к осмотру, а он уже зовет наверх! Ох и намучаюсь я с ним!»

Делать нечего. Он исполняет обязанности командира спуска, и я обязан подчиниться. Вздохнув, я в последний раз осматриваю дно в радиусе видимости… Погибшей яхты здесь нет, и следующее погружение нужно произвести метрах в шестидесяти.

Бросаю моток оставшегося фала с небольшим якорем на конце, засекаю время окончания работы и приступаю к «восхождению»…

Подъем с глубины к «Астероиду» занимает в два раза больше времени, чем погружение. Метров за семь до поверхности дизель катера внезапно оживает, оглушая противным стуком. Гребной винт вспенивает и закручивает воду в плотные жгуты. Машинально шарахаюсь в сторону, дабы поток не затащил в «мясорубку», но не успеваю отплыть и на пару метров — корпус катера энергично отваливает от яхты и, набирая скорость, уходит в направлении острова.

«Ну слава богу. — Я возобновляю подъем. — Нежданые гости всегда хуже ожидаемых несчастий».

На поверхности появляюсь рядом с опущенной купальной платформой. Глеб спокойно сидит на диванчике и докуривает сигарету.

— Что тут происходит? — Сдвинув маску на лоб, я полощу рот соленой водичкой.

— Рыбачки подходили, которых мы заметили рано утром.

— Чего хотели?

Швырнув окурок за борт, он поднимается, выходит на платформу и подает руку:

— Что-то я проголодался. Пойдем пообедаем. За столом и расскажу…

Спустя минут двадцать мы сидели в салоне, не спеша поглощая приготовленный на скорую руку обед из замороженных полуфабрикатов.

— Куда же делись рыбаки и что им было нужно? — спросил я, сгорая от любопытства.

— Да не рыбаки они вовсе, — с нехорошей улыбочкой ответил Глеб.

Моя вилка повисла в воздухе.

— А кто же?

— Давний знакомый — Анджело Маркос.

Имя не сказало мне ровным счетом ничего. Я внимательно глядел на визави, ожидая дальнейших объяснений.

— Несколько лет назад, когда в этом районе произошла трагедия, — начал он, — Анджело Маркос возглавлял Совет национальной обороны Республики Филиппины и лично принес мне извинения за угодившую в яхту ракету, за гибель супруги, за причиненный ущерб.