Дневник Домового. Рассказы с чердака - Евгений ЧеширКо

Михаил открыл глаза и не сразу понял, где он находится, так как перед ним была натянута какая-то белая материя, а из-за нее раздавались странные звуки – как будто человек тихо напевал себе под нос какой-то популярный мотивчик. Самым первым желанием было вскочить и посмотреть, что происходит, но тело Михаила не особо спешило его слушаться.

– Где я? – с трудом произнес он.

Человек за ширмой замолчал и, видимо, ненадолго задумался.

– Проснулся, что ли?.. – скорее у себя самого, чем у Михаила, задумчиво спросил голос.

– Где я нахожусь? Что со мной?

– М-да… Совсем плохой анестетик. Бракованный, наверное.

– Да где я, черт возьми?! Вы кто? – собрав все силы, выкрикнул Михаил.

– Не кричите, милейший. Вы в реанимации, все нормально.

– В реанимации? Это, по-вашему, нормально? Что со мной случилось? Я же дома был… Ничего не помню…

– Да успокойтесь, – по голосу было слышно, что человек за ширмой улыбается, – плановая душевная реанимация.

– Вы простите, но у меня эти три слова в голове никак не сопоставляются, – нахмурившись, произнес Михаил, – это, вообще, что значит? Я в больнице?

– Да дома вы, все хорошо. Раз уж вы проснулись, то не мешайте, пожалуйста, мне работать. Вам от этого будет только лучше.

Михаил скосил глаза и действительно увидел знакомые обои на стене и краешек окна, за которым было еще темно. Голос продолжил напевать песенку, как ни в чем не бывало. Напрягая свою память, молодой человек попытался восстановить в ней все события вчерашнего вечера.

«Так… Я помню, что пришел с работы, поужинал… Что дальше-то было? Хотел позвонить своей девушке, но у нее был телефон выключен… А! Она ж потом мне сама перезвонила и сказала, что…»

Все события мигом выстроились в одну цепочку. Он в деталях вспомнил тот родной, слегка виноватый голос в трубке, который, сбиваясь с одного на другое, долго рассказывал о том, что она не видит с ним будущего, что его друг Сашка предложил ей поехать с ним на море, и послезавтра они вдвоем уезжают на побережье. Потом она попросила больше не звонить ему и отключилась. Сначала он подумал, что это какой-то розыгрыш, и принялся названивать Сашке. Тот взял трубку только с третьей попытки и на все вопросы Михаила лишь вздыхал в ответ и говорил, что так получилось.

В груди снова что-то защемило, и та самая, почти ощущаемая физически боль опять разлилась по груди, проникая в каждую клетку тела.

– Ой, опять шов разошелся, – снова послышался голос из-за ширмы, – молодой человек, вы зря сейчас это всё вспоминаете. Этим вы мне очень мешаете.

– Доктор, что со мной случилось? – как-то отрешенно спросил Михаил.

– Доктор… Меня так еще не называли, но мне нравится. Доктор, – голос, видимо, пробовал на вкус новое обращение к нему, – что с вами случилось, вы лучше меня знаете. А я здесь пытаюсь вам помочь. Рана достаточно глубокая, плюс ко всему еще есть несколько патологий, но я думаю, что курс моего лечения должен будет вам помочь.

– Рана? Я что-то вчера с собой сделал?

– Да нет, конечно, вы же разумный человек. Тем более что я не занимаюсь лечением физических повреждений.

– А какими вы занимаетесь?

– Ладно, – голос вздохнул, – раз уж вы не спите, то я вам буду рассказывать, что я делаю. Сейчас я еще раз вскрою вашу душу, потому что из-за ваших несвоевременных воспоминаний швы снова стали чувствить.