Проклятие Джека-фонаря - Коллин Хоук

Эмбер попыталась рассмотреть свое тело. Девушка оказалась пристегнута к практически вертикальной кровати. Из ее руки торчала игла, соединенная с длинной трубкой. По этой трубке кровь медленно переливалась в колбу. Она огляделась и заметила Финни, Грейдона, Джека и Дэва. Те тоже были крепко пристегнуты ремнями. Все они, кроме Финни, начали постепенно приходить в сознание. Тыква парила в воздухе рядом с рыжеволосым юношей. На ее оранжевом лице застыло обеспокоенное выражение.

– Что вы с нами сделали? – спросила Эмбер.

– Скорее, что я делаю прямо сейчас, – весело поправил девушку доктор. – Пока что я еще ничего не сделал.

Эмбер смотрела, как синие от чернил пальцы бегло проводят по странице с формулами и тянутся за новой колбой.

– Зачем вам наша кровь? Для заклинания?

Доктор усмехнулся:

– Заклинания? Мое изобретение гораздо важнее ваших глупых заклинаний.

Еще одна игла поднялась в воздух. Невидимая рука воткнула острие в сгиб локтя спящего Финни.

– Егор? – спросила Эмбер.

– Да, он тоже здесь, – ответил доктор за своего помощника. – Не причини мальчишке вреда, Егор. Я все еще хочу взять его в ученики.

– Да, доктор, – ответил человек-невидимка.

– Джек? Дэв? – крикнула Эмбер.

Они вяло повернули головы в ее сторону. Волосы Дэва были почти такими же длинными, как и раньше. Тело вампира выглядело целым и здоровым.

– Они не смогут помочь тебе, дорогая, – сказал доктор. – Даже они не могут так быстро побороть действие моего транквилизатора – особенно учитывая, что я разработал его специально для них.

– Я не понимаю. Что вам от нас нужно?

– Егор, будь добр, дерни за рычаг.

Ручка рычага на ближайшей стене опустилась вниз. Из идущей по потолку трубы вырвался густой поток пара. Эмбер услышала громкий скрежет. Стена за спиной доктора отъехала назад, как панель. Перед взором предстали два огромных цилиндра.

– Что это такое? – спросила она.

Доктор надел свои очки и взял в руки инструмент. Из устройства вырывался голубой огонь. Фаррагут приварил поверх наполненного кровью резервуара металлический пласт.

– Владыка Иного мира называет их машинами Судного дня. Он собирался запустить машины в определенном месте и навсегда разделить Иной мир с миром смертных.

– Зачем ему это нужно? – спросила Эмбер.

Доктор отвлекся от своего занятия и посмотрел на ведьму.

– Понятия не имею. Это лишило бы его всех ресурсов, за счет которых функционирует Иной мир. Я не мог этого допустить. – Доктор прервался и перевел мечтательный взгляд на что-то, чего Эмбер не видела. – В мире смертных у меня есть замечательный маленький остров, не отмеченный ни на одной карте. Я очень привязан к этому месту. Поэтому я украл у Влыдыки машины Судного дня.

– Использовав для этого меня, – сказал Грейдон, прожигая доктора серыми глазами.

На его руках начала пробиваться шерсть, а ногти удлинились и заострились. Но все быстро вернулось в обычное состояние.

– Да. Тебя и Делию. Даже не пытайся принять форму зверя, – предупредил доктор. – Снадобье сдерживает твои силы.

Фаррагут подошел к большому оружию и нежно похлопал по нему рукой.

– Теперь оружие оказалось у меня в руках. Я переделал его под свои собственные нужды.

Лаборатория вздрогнула, пол наклонился. Доктор вцепился в стол, успев подхватить падающую колбу.

– Где мы? – спросил Дэв.

– На моем личном воздушном корабле. Призрачный шторм десятилетиями держал меня на этом острове, но теперь я снова свободен – благодаря Эмбер.

– Вы стали заложником шторма? Я думал, вы наоборот скрываетесь за ним от любопытных глаз.

– О, так и было, мой мальчик. Но эти надоедливые привидения обитали на острове не просто так. Видишь ли, они появились здесь из-за меня.

Эмбер тяжело сглотнула.

– Из-за вас? Вы хотите сказать, что убили их?

– О да. Я думал, это очевидно.

К доктору подлетела колба с кровью. Фаррагут взял ее в руки.

– Спасибо, Егор. Настала очередь волка.

– Что вы делаете с нашей кровью? – спросил Грейдон. – Я могу понять, почему вам нужна кровь ведьмы. Но в крови оборотня нет ничего особенного, а в крови смертного и того меньше.

Доктор вздохнул:

– Как же тяжело быть гением: постоянно приходится все разъяснять. Я перенастроил машины Судного дня так, что во время взрыва они не разделят два мира. Вместо этого машины отделят души смертных от их тел. Сосуды с кровью служат ориентировочной меткой, чтобы взрыв не затронул ваши виды. Вы продолжите жить, как жили до этого. Думаю, вы должны сказать мне спасибо.

– За ваше желание уничтожить целую расу?

– Технически они не будут уничтожены. Их души соберутся в огромный шторм здесь, в Ином мире, так, как они всегда материализуются над водой. Возможно, они знатно отравят жизнь местным морякам и пиратам. Признаю, это будет пиррова победа – по крайней мере для Иного мира.

Зато мир смертных будет полностью очищен. Я легко смогу управлять телами, оставшимися от смертных – особенно с моими технологиями. Там меня не будут преследовать беспокойные призраки, а под рукой всегда будет моя личная ведьма.

– Мир, полный роботов-автоматов, которые склоняются перед тобой, как перед королем, – с отвращением подытожил Джек.

– Вы считаете Фрэнка роботом? – спросил доктор, указывая на стоявшего в углу зеленокожего великана. – Вы же его видели. У него есть сердце и разум.

– Его разум подчиняется вам, – вмешался Грейдон. – Но вы не смогли провернуть этот трюк с Делией.

Доктор с раздражением отложил свой инструмент.

– Это никак не связанно с ее исключительностью или силой, поверьте мне. Делия не отделена от своей души, в отличие от фонарей. Я просто вернул душу в ее тело.

– Вы можете заново объединить душу и тело? Значит, процесс создания фонарей работает в обратную сторону? – спросила Эмбер.

– Да, конечно. Если душу можно забрать – значит, можно и вернуть.

– Это значит, вы могли бы вернуть душу в тело Джека, – сказала Эмбер.

Доктор посмотрел на тыкву, а затем перевел взгляд на Джека и пожал плечами.

– Это возможно. Душа фонаря привязана к его угольку. Он держит ее на месте, не давая ускользнуть. Но в случае Джека это не важно. Ведь я не собираюсь возвращать ему душу. Для успешного результата мне нужна кровь фонаря. Объединение души и тела снова сделает его человеком. – Фаррагут взглянул на Эмбер. – Кроме того, его судьба не должна тебя волновать, моя дорогая. По крайней мере, после взрыва устройства.