Большая книга ужасов – 66 - Ирина Мазаева

– Скоро первая смерть, – буднично сообщил одновременно и детский, и старческий голос; и связь прервалась.

У Лешки тихо зашевелились волосы на голове…

– Женька! Сашка! Анька Журба-а-а-а-а!!! – истерично заорал он, подскакивая на месте и не зная, что делать. – Отзовитесь!!!

Лешка еще раз пробежался по скалам, спрыгнул в расщелину и… никакого входа в пещеру не обнаружил. Скалы были однотонно-серыми, поросшими мхами и лишайниками, без единой трещинки или зазубринки, не говоря уж о каких-либо провалах или входах внутрь. Лешка ощупал каждый сантиметр скалы. Разве что не обнюхал. Вход пропал! И тут же его осенило: это была не та расщелина.

Он снова выбрался наверх, попытался вспомнить хотя бы, с какой стороны они подошли к этим скалам. И понял, что он не может даже внятно сформулировать, к каким «этим». Скалы кругом были одинаковые! Серые, со мхами и лишайниками, все в расщелинах и в провалах. И… в сейдах. Сейды были кругом! Лешка крутил головой, пытаясь понять, они всегда тут были, а он заметил их только сейчас, или… Или что? Кто-то быстро, тайком, пока он сидел в расщелине, построил сейды? Они сами возникли из пустоты? Голова у него пошла кругом.

Лешка обессиленно опустился на какой-то камень и вытер пот со лба. День сменился вечером, но солнце по-прежнему сияло, ветерок вроде бы и обдувал, но все равно было достаточно жарко. Хотелось пить. Лешка порылся в своем рюкзаке, но единственная бутылка с водой, которую удалось выпросить у поварихи Нинели Аркадьевны, была у Сашки. А Сашки не было!

Но не могли же они просто взять и пропасть! Нет здесь пещер, ну нет, и все! Если бы тут были пещеры, Сашка бы сразу сообщил об этом, а Женька бы первая возомнила себя великим спелеологом. Здесь нет пещер, нет пропастей, куда можно сорваться. Но тогда куда они делись? «Неужели же эти страшные противные гномы существуют, и они…» – в ужасе начал было думать Лешка, но усилием воли запретил себе все размышления в этом направлении.

– Никаких смертей не будет! – вслух высказался он, и вдруг его осенило: – О, я понял! Они, типа, решили меня разыграть! Потому и на звонки не отвечают!

Эта мысль его ненадолго успокоила. Ведь тогда осталось только подождать, и они сами выйдут из своего укрытия, когда им надоест прятаться. Главное – не тревожиться и не бегать, а выказывать полное равнодушие. Ведь они же наблюдают за ним, а когда ничего не происходит, то и наблюдать неинтересно. Они выйдут, он им расскажет про странный звонок, и они все месте посмеются…

Все было бы хорошо, только пить хотелось нещадно. Лешка сбросил кроссовки, пошевелил пальцами ног. Ноги, оказывается, ужасно устали и вспотели. Да и сам он тоже не выспался и устал. «Ну и пусть издеваются, ржут там…» – невнятно подумал он, вытаскивая спальник и укладываясь на мох «немножко полежать».

Лешка проснулся от озноба. Он лежал не внутри, а сверху на спальнике, в футболке и шортах, и ему было холодно. А еще у него ужасно ныли бок и рука, которые он отлежал на твердых камнях. Во рту пересохло, язык прилип к небу. Голова была тяжелой.

«Кто я? Где я?..» – Лешка удивленно посмотрел по сторонам, не веря своим глазам. Он был на скалах. Солнце уже совсем склонилось к горизонту, и небо на северо-западе начинало потихоньку розоветь, предвещая закат. Он был один. Медленно возвращались воспоминания.

– Черт! Вашу мышь! – вспомнив все, высказался Лешка, снова хватаясь за мобильный телефон.

Сашка и Аня находились вне зоны доступа. Длинные гудки были только у Женьки. И тут его собственный телефон стремительно разрядился. Лешка сразу вспомнил все наставления Демина, как реанимировать мобильник в лесу. Способ первый – заклеить контакты батареи скотчем, чтобы обмануть датчик. Но скотча у него с собой не было. Способ второй – нагреть батарею на огне. Но спички были у Сашки (или у Женьки?). Способ третий – постучать по батарее камнем. Камней вокруг было полно. Правда, как сказал Демин, совершенный после этого звонок будет последним… Вспомнив об этом, Лешка решил с этим способом повременить.

– Э-ге-гей! – Лешка сунул ноги в кроссовки и вскочил на огромный камень: – Э-ге-гей!!! Э-гей!

Никто не ответил.

Зубы стучали от холода, трясущимися руками он натянул спортивки, «кенгуруху» и куртку. У Лешки было всего два желания: чтобы с друзьями все было хорошо и чтобы он их наконец нашел. «Все хорошо, все чики-поки, – убеждал он сам себя. – Эти психи решили меня напугать, сами заблудились, потеряли меня и пошли в лагерь. В лагере они найдут подмогу и пойдут искать меня. Мы найдем друг друга, и все будет чики-поки». Он запихнул спальник в рюкзак и уверенно направился в ту сторону, в которой, как ему казалось, был их лагерь.

Лешка быстро проскочил открытое место, вошел в полосу более или менее высоких деревьев и начал спускаться. Ужасно хотелось пить, в какой-то момент, он понял, что может думать только о воде: перед глазами маячили стаканы, кружки, чашки с водой – с чистой, прозрачной прохладной водой…

С этими мыслями Лешка дошел до чапыжника – густых зарослей молодых елочек. Но ему так хотелось скорее оказаться в лагере, увидеть друзей и напиться, что, даже не думая о путях обхода, Лешка ломанулся через колючую преграду напрямик. А когда он прошел чапыжник насквозь, то… снова оказался на вершине горы. Он стоял в точке, из которой открывался отличный вид на окрестности, из которой все тропинки вели вниз и в которой он не должен был оказаться ни при каких условиях. И кругом, от горизонта до горизонта, было небо: яркое, кроваво-красное, ненастоящее.

– Ма-ма… – Лешка попятился назад к елкам. – Что за адский ад из ада?!.

В давно уже пересохшем горле пересохло окончательно, и вместо отчетливых слов у него получился только едва различимый хрип. Впереди снова были все те же скалы, валуны, расщелины и сейды. И в голове вспыхнула предательская мысль: «А вдруг и правда кому-то из них суждено умереть здесь, на горе? Вдруг кто-то из его друзей уже…» Думать об этом было не-вы-но-си-мо!

И тут же заклокотала ненависть к гопникам. Ведь кто-то же должен быть во всем виноват! А значит, это все из-за них! Из-за противных Ферзя, Дрына и Яка он таскается тут один, потеряв друзей. Из-за них веселое приключение превратилось в… в… в непонятно что! «Попадись они мне! – кровожадно думал Лешка. – Порву, дам с ноги в бубен, закопаю!»

Небо над головой продолжало наливаться кровью. Надо было куда-то идти. Лешка решительно направился в противоположную от елок сторону. Ненависть снова потихоньку сменялась страхом. «Спокойно, спокойно! Я пришел сюда спасать мир! Я супергерой, и мне нечего бояться!» – успокаивал он сам себя, но успокоиться не получалось. Потому что как-то не так он себе представлял «свой» квест. Кого и от кого он должен был спасать, когда здесь вовсе никого не было?! Здесь однозначно было что-то не так! Происходило что-то, чего не должно было происходить. И ко всему прочему все это предвещало что-то еще более неоднозначное, нереальное и пугающее…

И точно! На одном из камней за кривой черной сосной Лешка вдруг различил маленькую сгорбленную фигурку.