Нечто - Александр Варго

– Угу. А ты все тунеядствуешь, значит?

– Э… Никак нет, просто прописки нет…

– Ой, ты мне только не заливай… Документы?

– Дык, командир, ну какие у нашего брата документы? Сами знаете. Виктор Агафонов я, вы ж меня проверяли.

– Что, фраерок, наложил в штаны? – свистящим шепотом спросил Жгут. Рост чувствовал его дыхание, тяжелое и отвратительное даже в этом коллекторе.

– Ну, с тобой отдельный разговор, а это что за самурай? – продолжал милиционер. – Да еще в нашей форме. Как будто только что из Второй мировой появился, шпион, только кимоно и меча не хватает.

– Где погон-то оторвали, товарищ лейтенант? Или к тебе обращаться «товарищ шаулинь второго ранга»? – Это произнес второй милиционер, голос был низким, с хрипотцой.

– Он мой друг, у него документы украли, – попытался вступиться за Джеки Чана Витек, но первый мент его перебил:

– Конечно, документы и деньги украли, и дом у него в Китае сгорел, а сюда он приехал на операцию. В милицию устраиваться. Только сапоги казенные где-то проебал, вот в резиновых и ходит. Слышали.

– Моя не Китай. Моя бурят, – раздался гордый голос Джеки Чана.

– Один хер, – сказал второй мент – ему были явно неинтересны корни Джеки Чана.

– Моя честный, – добавил уже менее уверенно Джеки Чан, и первый мент рассмеялся:

– Что же ты, такой честный, сидишь на этой говенной свалке? Да еще в ментовской форме? Слышь, может, ему фуражку подарить? Или каску у спецназовцев одолжить? – продолжал издеваться патрульный.

– Документы – красть. Моя, однако, уехать нельзя, – гнул свою линию Джеки Чан.

– Ладно я, матерый хлопец, а у тебя почему очко трясется при виде мусоров, а? – не отставал Жгут, но Рост лишь плотнее сжал губы. Не хватало еще здесь устроить разборку.

Не дождавшись ответа, Жгут хмыкнул, вложив в этот звук все свое «ТЬФУ» к Росту, и потихоньку стал пробираться дальше.

– Тише ты, запалимся, – прошипел Рост, но зэк уже куда-то исчез. Какое-то время слышалось шуршание, затем все стихло. Зато через мгновение он услышал новые хлюпающие звуки. Они становились ближе. Бомж полз к нему. Хрустнул осколок стекла. Теперь к хлюпанью примешивалось болезненное сопение. Вонь стояла такая, что у Роста закололо в глазах, он зажал нос.

– Все, я понял. Ну что, грузить? – спрашивал тем временем милиционер с низким голосом у своего напарника.

– Погоди, я, кажись, еще третьего видел.

Рост замер, стараясь не дышать. Сердце так колотилось, словно готово было выбраться на волю через уши и глотку. Он не знал, чего больше бояться – подползшего к нему вплотную живого трупа или ментов. Пожалуй, наверное, все-таки ментов.

– Нету никакого третьего, – угрюмо проговорил Витек. – Одни мы.

Рост решил, что как только все закончится, он расцелует Витька.

– Как это «нет»? – не поверил милиционер. – Зенки-то у меня пока на башке, а не на жопе, я все видел.

– Двое нас, – уперся Витек, и Рост подумал, что купит ему квартиру.

Между тем гниющий обрубок был уже на расстоянии вытянутой руки. Вытянув дрожащую клешню, он стал судорожно перебирать пальцами мусор, приближаясь к лицу Роста.

– А это что за дыра? Вы там живете? – спросил милиционер с низким голосом.

– Не, – ответил Витек. – Командир, отпустил бы ты нас, а? Мы трезвые, ты меня уже знаешь, этот бурятский хлопец порядочный бомж, никакого криминала за ним нет, я отвечаю. У меня самого… того… папаня тоже в ментовке когда-то работал.

Патрульные засмеялись.

– У-у-ы-ыыыыыы!.. – завыл бомж. Он приподнялся, и Рост увидел вблизи его лицо, которое до конца дней будет преследовать его во снах – кошмарную маску с болтающимися клочьями кожи.

Наверху что-то зашуршало, и стало совсем темно. Рост постарался слиться с полом, накрыв голову прокисшей картонной коробкой. Тут же он услышал шорох. Раздался звук, которого он боялся больше всего – глухой стук ботинок по лестнице. Значит, они решили спуститься вниз.

– Бля, а это что за явление? Фу, ну и вонь…

Раздался звук плевка, милиционер стал поспешно вылезать наружу.

– А говорите, третьего нет. Нехорошо врать сотрудникам милиции, товарищи бомжи.

– Да мы это… Боялись, заберете его, – послышался оправдывающийся голос Витька.

– Ага. Щас возьму его под мышку и понесу в отделение, отмывать.

– Г-гаааааа! – захрипело существо. По всей видимости, оно поползло в обратную сторону. – Аааа-ааааа-аа!!!

– Что с ним? – потребовал объяснений мент с низким голосом.

– По ходу, собаки грызли, – осторожно сказал Витек.

– Однако, мищин папа, – ввернул свою версию Джеки Чан.

– Чего?!

– Мышин, то есть папа мыши. Это он крысу имеет в виду, та-рищ сержант. Просто «крыса» ему трудно выговаривать, – охотно объяснил Витек. И вслед за этим завел старую пластинку:

– Товарищи милиционеры, ну отпустите… Христом-богом вас прошу.

В течение какого-то времени было тихо, вероятно, решалась судьба Витька и Джеки Чана.

– Лавандос есть?

Витек натужно засопел, будто у него был запор.

– Ну… типа есть немного.

Снова пауза, очевидно, Витька обыскивали.

– А ты что стоишь как пень, командир навозных куч?.. Погон-то пришей, а то коллеги засмеют.

Снова смех, ментов откровенно забавлял внешний вид Джеки Чана.

– Не, пусть на это место автомат повесит, тогда и погон пришивать не нужно. Прическа-то у тебя не по уставу… Как зовут?

– Джеки Чан, – последовал невозмутимый ответ, причем «Чан» было произнесено как «Цян». Взрыв хохота.

– Это у тебя так в паспорте раньше было написано, да? – покатывались менты. – А почему не Брюс Ли?

Немного успокоившись, они продолжили обыск.

– Выворачивай карманы, что ли… Во, а говоришь, немного. Ладно, хер с вами, идите, но чтоб в городе я вас не видел. От вас, блядь, потом замучаешься отмываться, успевай блох ловить. Если в городе увижу – суну к пидорам, запаритесь слюнями очко друг другу смазывать.

– Все поняли, – покорно ответил Витек.

Потом все стихло.

Рост скинул с себя картонную коробку и поднялся на ноги. Кружок света наверху снова стал темным, и внутрь просунулась голова Витька.

– Геныч, Жгут, вылазьте. Они ушли.

Стараясь не наступить на валяющееся под ногами существо, Рост стал подниматься наружу. Он сгорал от стыда и злости к самому себе. Он, который воевал в Грозном, получивший орден Мужества, прячется, как таракан, в канализации рядом с умирающим бродягой!