Четыре сезона - Стивен Кинг

В 1960 году река в том месте достигала сотню ярдов в ширину,а может, даже больше. Не так давно я вновь посетил эти места и обнаружил, чтоКасл-ривер стала намного уже. А как же иначе – столько заводов, фабрик, плотинпонастроили вокруг за это время. Тогда же на всю длину реки – а она протекаетчерез весь Нью-Гемпшир и добрую половину Мэна – было всего лишь три плотины, ираз в три года Касл-ривер выходила весной из берегов, заливая шоссе 136 врайоне Харлоу или Дэнверса, а иногда и там, и там. Сейчас, на исходе самогожаркого лета со времен Великой депрессии, река, как ни странно, ничуть необмелела. Ее противоположный берег, поросший густым лесом, резко отличался отнашего. Высоченные сосны и ели казались голубоватыми в предвечерней дымке.Рельсы нависали над поверхностью воды на высоте примерно футов в пятьдесят,поддерживаемые толстенными деревянными сваями с деревянными же перекладинами.Вода была такой прозрачной, что, перегнувшись через перила, можно было запростоувидеть железобетонные плиты, установленные на глубине десять футов на дне рекии служившие фундаментом длинного и узкого моста. Впрочем, перегибаться черезперила не было необходимости: вода виднелась сквозь зазоры шириной в четыредюйма между перекладинами-шпалами. Расстояние между рельсами и краем моста непревышало восемнадцати дюймов: достаточно, быть может, чтобы увернуться отвнезапно появившегося поезда, однако, если бы такое случилось, поток воздухавполне мог сбросить зазевавшегося путника в воду или же на острые прибрежныекамни, перила тут вряд ли помогли бы.

Стоя на берегу и разглядывая это ненадежное сооружение, всемы ощутили, как к горлу подкатывается страх, смешанный с неким задором – ведьодного такого путешествия через мост хватило бы, чтобы потом о нем рассказыватьна протяжении нескольких недель… при условии, конечно, что путешествие окончитсяблагополучно. В глазах Тедди я вновь заметил возбужденный блеск: держу пари,что на мост как таковой, ему сейчас было абсолютно наплевать. Наверняка онвидел другой берег, там, в далекой Нормандии, куда ревущий прибой выбрасывалдесятки тысяч «Джи-ай». Они бежали по песку в своих высоких армейских ботинках,прыгая через мотки колючей проволоки, стреляя на ходу, швыряя гранаты впулеметные гнезда, падая и снова поднимаясь в неукротимом порыве…

Мы подошли к месту, где насыпь заканчивалась и начиналсясобственно мост. Густой колючий кустарник покрывал откос, спускавшийся к самойводе, где меж огромных серых валунов каким-то образом пристроились несколькорахитичных елочек с торчащими наружу корнями.

Как я уже отмечал, вода в этом месте была еще совсем чистой:цепочка ткацких фабрик – основной источник загрязнения – начиналась вКасл-Роке, ниже по течению. Дно реки просматривалось великолепно, и тем неменее, рыбой здесь и не пахло. Тот, кто хотел поймать хоть что-то в Касл-ривер,должен был подняться миль на десять вверх, в сторону Нью-Гемпшира. И даже вэтом месте, кое-где у прибрежных камней можно было заметить хлопья пены цветастарой слоновой кости. Аромат от реки шел довольно специфический: вода пахладавно замоченным, но еще не выстиранным бельем. Тучи стрекоз откладывали здесьяйца безо всякой опаски – тут не водились даже пескари, не то что форель.

– М-да… – хмыкнул Крис.

– Идем же, – нетерпеливо сказал Тедди. – Ну, что вы встали?

Он первый быстрым шагом двинулся по шпалам меж сверкающих насолнце рельсов.