Один день в парке ужасов - Роберт Лоуренс Стайн

Я зажмурилась, всей кожей чувствуя сильный жар, словно при взрыве.

Я горю! Я по-настоящему горю в огне!

В этот миг меня коснулся порыв прохладного воздуха. Я открыла глаза.

Огонь был позади. Мы промчались прямо сквозь него. Только ослабевающие отсветы продолжали вспыхивать, отражаясь в гладких стенах нашего спуска.

– Спецэффект! – воскликнул Люк и захохотал каким-то ненормальным смехом: я такого от него никогда не слышала.

Значит, огонь – это просто финт. Фейерверк или что-нибудь в этом роде?

Я с наслаждением вдыхала прохладный воздух. Такого ужаса я еще в жизни не испытывала! – Когда мы приедем? – крикнул Люк испуганным голосом.

«Никогда, – мелькнула мысль. – Мы так и будем нестись все ниже и ниже в этом мраке».

Но стоило только подумать об этом, как впереди открылся выход, наполненный дневным светом.

Шлеп!

Я со всего маху приземлилась в мягкую траву. Люк вылетел следом.

Мне пришлось долго моргать, пока глаза не привыкли к свету. Потом я медленно поднялась на ноги. Сердце все никак не успокаивалось.

Перед нами стоял большой желто-зеленый щит на деревянном столбе. Я прочитала:

«Добро пожаловать на край гибели. Население: обреченные».

Рядом со столбом сидел Клай. Он вскочил, кинулся к нам со всех ног и закричал, счастливо улыбаясь:

– Ура! Почему вы так долго?

И врезал Люку в плечо. Люк тоже радостно вмазал ему в печень.

– Где ты все это время был? – спросила я.

– Здесь. Я ждал вас. Я понятия не имею, куда идти. Наверное, мы где-нибудь на задах парка.

– Мы поехали второй раз, – объяснил Люк. – На твоем номере, на десятом. Это смертельный. Ух, вот было круто! По-настоящему оторвались!

Всего несколько минут назад Люк орал от самого настоящего ужаса, а теперь делает вид, что ему понравилось и будто бы он даже и не думал бояться.

– Ты самый клевый спуск выбрал! Хорошо, что мы поехали за тобой.

– А мне было немножко страшно, – признался Клай. – Особенно, когда огонь…

– Спецэффект! – со знанием дела ответил Люк. – Да, это парк стоящий.

Мне было смешно слушать, как он выпендривается. Разве Люк может признаться, как он волновался за Клая. Или с ума сходил во время спуска.

А все-таки хорошо, что мой брат опять стал самим собой. Вот уж не хотелось бы мне видеть, как он дрожит и хнычет.

– Какой-то ужасно длинный спуск, – сказал Клай, хмуря брови. – Просто невозможно длинный.

Его белые перистые волосы так и сияли под яркими лучами солнца.

– Пойдем еще прокатимся, – хвастливо предложил Люк.

Я осмотрелась по сторонам. Мы попали в какую-то совсем другую часть парка. Пи одного знакомого предмета.

Неподалеку ребята в плавках прыгали в воду. Надпись у берега гласила: «Водовороты и омуты».

Справа от нас возвышалось квадратное строение из стекла, от которого отражался нестерпимо яркий свет. Казалось, что все стены в огне.

Прищурившись, я с трудом увидела среди этого блеска вывеску: «Зеркальный дворец».

– Во, пошли в зеркальный дворец, – предложил Люк и дернул Клая за руку.

– Эй, стойте! – закричала я. – Надо сначала найти маму с папой.

– Они сейчас совсем в другом месте, – ответил Люк, таща Клая за собой по мощеной дорожке. – Сначала посмотрим, что там, а потом найдем их.

– Они нас, наверное, уже обыскались, – озабоченно сказала я.

– Здесь не так много народу. Найдут, – не соглашался Люк. – Пойдем, Лиззи, смотри, как там клево.

Я колебалась. Как же мама с папой? Но белый блеск стеклянного здания манил к себе.

Внезапно кто-то тронул меня за плечо. Я вздрогнула от неожиданности. Это был монстр в зеленом костюме. Он нагнулся ко мне совсем близко и, глядя своими выпученными глазами, прошептал:

– Бегите отсюда со всех ног.

Быстро оглядевшись, словно боясь, что кто-нибудь увидит, он повторил:

– Умоляю вас, бегите отсюда как можно скорее.