Один день в парке ужасов - Роберт Лоуренс Стайн

Эти слова подействовали на меня, как ледяной душ!

Я открыла рот в немом крике, потому что голоса не было, и вскочила на ноги.

Трое из пяти!

Неужели монстр хотел сказать, что двое из нас убиты?

Снова заломило в груди. Задрожали колени. В смертельном страхе я осматривалась вокруг, ища остальных.

Посреди комнаты стояли Люк и Клай. Тесно прижавшись друг к другу, они словно во сне двигались к противоположной стене зала.

– Эй! – хотела я крикнуть, но получился только придушенный шепот.

Где же мама и папа?! Неужели их убили чудовища?

Трое из пяти. Трое из пяти!

– Мама! – наконец заорала я на весь зал так, что эхо отдалось от стен.

– Прошу прощения, – снов раздался гулкий голос. – Произошла небольшая ошибка. На самом деле выжили пятеро из пяти.

– Пятеро из пяти? – воскликнула распорядительница. – Это рекорд. У нас еще ни разу не было полного счета. Надо похлопать им еще раз.

Я стала дышать ровнее, хотя коленки еще немного дрожали.

– Все живы! – ликовала я. – Мама и папа живы!

И тут я увидела их. Они обняли Люка и Клая за плечи и шли ко мне.

– Все живы-здоровы! – крикнула я и бросилась к ним, протягивая руки. – Все хорошо!

Впятером мы остановились посреди зала, обнимая друг друга и плача.

У папы кровоточила рука: на ней была глубокая рана. Горилла все-таки ударила его когтями.

Больше никто из нас не был ранен, хотя все мы дрожали после пережитого ужаса.

– Что же теперь? – срывающимся голосом спросил Люк. – Выпустят они нас или нет?

– Им это даром не пройдет! – гневно сказал папа. – Разве можно подвергать людей таким издевательствам? Я этого так не оставлю, мне наплевать, телевидение это или нет!

– Здесь были настоящие чудовища, – содрогаясь, сказала я. – Это не для показа. Они действительно хотели убить нас.

– Как же мы выйдем? – спросил Люк. – Они могут опять не отпустить нас.

Мы заговорили все вместе дрожащими, испуганными голосами.

Внезапно лампы под потолком вспыхнули, ярко осветив зал, и веселый голос распорядительницы ворвался в нашу взволнованную беседу:

– А сейчас мы поприветствуем победителей бурными аплодисментами!

Мы снова вскрикнули в один голос, потому что пол под ногами начал наклоняться. Я схватилась за папу, и мы заскользили к стене.

Пол наклонился настолько, что под стеной открылся проход, и мы выкатились из белого зала снова на центральную площадь.

Меня все еще мутило, но я быстро поднялась на ноги. Распорядительница Кошмарии спешила к нам. Огромная толпа монстров позади нее одобрительно кричала и аплодировала.

– Так нельзя поступать с нами! – закричала я в небывалой, несвойственной мне ярости. Я была так обижена, что не помнила себя.

Подскочив к женщине-монстру, я вцепилась обеими руками ей в маску и стала срывать ее.

– Так нельзя! Нельзя! – визжала я. – Я хочу видеть ваше лицо! Я хочу знать, кто вы такая!

Я дернула маску изо всех сил. Громкий крик вырвался из глубины моей души, когда мне наконец открылась правда!