Большая книга ужасов 76 - Елена Усачева

Утром в школе Вовку огорошили неожиданным известием, что его переводят в параллельный класс.

— С какой это радости? — возмущался за приятеля Серега Минаев.

— А ты вообще помолчи, — погрозила ему пальцем Генриетта Карповна. — Сам двоечник, да еще и приятеля за собой тянешь. До того как с тобой связаться, Марков учился хорошо. А теперь что? Одни двойки.

— Маркин, — вздохнул Вовка.

— Что? — не поняла учительница.

— Моя фамилия — Маркин.

— Да какая разница! — Генриетта Карповна спешила на урок, и ей было некогда разбираться со своими подопечными. — Ты меня послушай. Это эксперимент. В каждой параллели собирают класс способных учеников. С вами начнут усиленно заниматься, вы будете ездить на интересные экскурсии…

— А мы? — встрял Минаев. — Я тоже на экскурсии хочу.

— О тебе сейчас никто не говорит! — вспыхнула учительница и, решив, что уговоры закончились, за руку повела Вовку в новый класс. — Не переживай, скоро ты со всеми познакомишься. Да ты уже всех знаешь наверняка…

Маркин не разделял радужного настроя учительницы. Он забрался на последнюю парту и решил вести себя как можно незаметнее.

Долго изображать из себя невидимку у него не получилось. На середине урока в класс заглянула медсестра.

— Марков, — бодро прощебетала она.

— Маркин, — привычно поправил Вовка, поднимаясь.

— Да? — Медсестра зашелестела листочками. — Мар… — прочитала она по слогам, — ага… кин, говоришь? Ну иди в кабинет, на прививку.

— Один? — напрягся Вовка. Его перестало устраивать, что все несчастья валятся персонально на него и не собираются встречаться с кем-нибудь еще.

— Свита не предусмотрена, — улыбнулась медсестра и выпорхнула из класса.

Географ — а был урок именно географии — напротив Вовкиной фамилии поставил жирную точку, собираясь спросить его сразу же, как только тот вернется.

Маркин спустился на второй этаж и, к своему большому облегчению, у кабинета врача увидел еще несколько человек.

«Хоть где-то не один», — обрадовался он. Но радость его была недолгой. Скоро выяснилось, что делают прививку в место, больше предусмотренное для сидения, чем для уколов.

Из кабинета Вовка вышел на ватных ногах.

— Ну что, Мар…кин, — хихикнула медсестра, закрывая за ним дверь, — все в порядке? Голова кружится? До свадьбы заживет.

Вовка кое-как добрался до класса, но на место сесть не успел. Географ широко улыбнулся Вовке, словно ждал его появления, как в Новый год малыши Деда Мороза.

— Не уходи далеко, — остановил он Маркина. — Раз уж ты у доски, расскажи нам о реках Южной Америки.

Вовка тоскливо посмотрел на учителя, и в глазах у него потемнело.

Первым, что он увидел, открыв глаза, было удивленное лицо медсестры.

— Что же ты не сказал, что тебе нельзя колоть это лекарство? — с ходу начала она отчитывать Вовку. — И в карте у тебя не отмечено никаких противопоказаний. Я специально смотрела. Вот.

Перед Вовкиным носом махнули какой-то картонкой.

— Так я записываю, да? — Медсестра схватила ручку.

Маркин с трудом сел.

— На, держи карточку, — медсестра уже совала картонку Вовке в руки, — пускай мама распишется, вот здесь, что вы отказываетесь в дальнейшем делать прививки в школе и берете ответственность на себя. Вернуть не забудь. Это документ! Понял? — Она потрогала его лоб. — Да ты не пугайся. Уже ничего страшного нет. Простая аллергическая реакции. В следующий раз предупреждай. Ну, иди. Там тебя учитель ждет. Что вы сейчас проходите? Южную Африку?

— Южную Америку, — хрипло ответил Маркин и попытался встать. Карточка выпала из его рук. Вовка с трудом наклонился. Буквы на картонке весело запрыгали, и в глазах у него снова потемнело.

Он отлично помнил, что зовут его Владимир Эдуардович Маркин, что родился он 13 января, что ему сейчас двенадцать лет и учится он в шестом «А» классе. Вернее, учился, теперь его перевели в «Б».

Но он был уже не очень в этом уверен. Что-то ему подсказывало, что он — это не он, а другой человек. Вот и на карточке было написано, что никакой он не Маркин, а Марков, Владимир Эдуардович, что родился он 13 января (кажется, мама говорила, что это была пятница), что ему верные одиннадцать лет и всю жизнь свою он провел в классе «В». Сейчас у этой буквы была цифра «пять».

5-й «В»!