Потерянные боги - Джеральд Бром

Со всех сторон неслись крики и вопли; по арене гуляло эхо.

Мимо них пробежали несколько душ. Чет заметил, что один из монстров гонит в их сторону двоих. Чудовище передвигалось, опираясь на костяшки пальцев, как горилла или шимпанзе; пальцы оканчивались острыми саблевидными когтями.

Эдо, Чет и Тренер бросились на другую сторону ямы, так, чтобы пламя заслоняло их от монстра. Тот пронесся мимо и схватил одну из душ за лодыжку, та упала. Он подцепил когтем ее браслет и дернул, оторвав руку. Подняв кольцо над головой, торжествующе заухал, но тут из дыма выплыла огромная тень. Это был Мортем. Одним махом он перескочил через яму, пронесшись сквозь пламя, и приземлился прямо на монстра-обезьяну, сокрушив ее своим весом, и вогнал сопернику топор прямо в затылок.

Толпа взревела.

Мортем схватил кольцо, но обезьяна держалась за кольцо мертвой – буквально – хваткой. Чет не стал ждать, что произойдет дальше. Все трое бросились прочь, скрывшись в густом дыму.

Спрятавшись за одним из стоячих камней, они оглядели поле, пытаясь оценить обстановку. И тут у Чета появилась возможность увидеть Квана, чемпиона Велеса, в действии. Преодолев одним прыжком более тридцати футов, он настиг раба, свалил его точным, аккуратным движением меча, обрубил запястье и забрал кольцо, немедленно устремившись за следующей жертвой – изящным прыжком, точно газель.

Ветер поменял направление; Чет, Эдо, Тренер и еще две души оказались на виду.

– Твою мать, – сказал Чет, заметив Мортема меньше чем в пятидесяти футах от них. Монстр смотрел прямо на них.

Чет рванулся прочь, но Эдо поймал его за руку:

– Нам от него не убежать. Надо встать и стоять. Вместе. Обведем его вокруг пальца.

Буквально все внутри Чета вопило, что надо бежать, но он кивнул. Тренер встал рядом. Лицо у него было мрачное и решительное; в расширившихся зрачках светилась ярость.

– Теки, как вода, – сказал Эдо.

И тут Мортем бросился к ним. Один из рабов ударился в бегство; Мортем нагнал его в три шага и широким взмахом топора перерубил едва ли не пополам, вместе с рукой. Подхватил кольцо. Теперь у него их было пять – не хватало одного. Его взгляд обратился к Чету.

– На позиции! – крикнул Эдо, и они заняли свои места в защитной комбинации, которой он их научил ночью.

Монстр взревел, фыркнул, поднял топор и помчался на них.

– Стоим! – бросил Эдо, принимая стойку, и отвел меч назад, будто теннисную ракетку. Чет и Тренер последовали его примеру, прикинувшись, будто собираются принять атаку в лоб. Чет внутренне подобрался, а Тренер завыл так, будто был зверем сам.

Мортем прыгнул; его топор описал широкую дугу и обрушился на них с неимоверной силой. Чет с Тренером в последний момент одновременно отступили – в разные стороны, в точности, как им показывал Эдо, и на какое-то мгновение монстр заколебался, выбирая, куда направить удар. Эдо сделал ложный выпад, отвлекая внимание на себя, и пригнулся. Лезвие топора просвистело в воздухе, и гигант, потеряв равновесие, пронесся мимо, споткнулся и упал.

На трибунах взревела толпа.

Монстр, перекатившись, сел, мотая башкой, будто пытаясь понять, что с ним только что произошло.

Толпа была уже на ногах, когда Чет, Тренер и Эдо бросились бежать.

Краем глаза Чет увидел, как что-то летит в его направлении. Топор Мортема врезался ему в бок, опрокидывая наземь, сокрушая ребра. Чет, несмотря на боль, попытался встать, чтобы бежать. Но Мортем вдруг оказался рядом и, наступив ему на спину своей огромной ногой, пришпилил к земле. Когда он, как следует упершись, выдернул топор, у Чета вырвался крик. Мортем занес топор над головой.

Пригнувшись, Эдо быстро скользнул ему за спину и со всей силы, с разворота, ударил Мортема мечом, угодив в левую лодыжку. Лезвие глубоко погрузилось в плоть, почти перерубив монстру ногу.

Мортем испустил вой и прыгнул на Эдо. Не успел он сделать и шага, как раненая лодыжка переломилась под его весом, и он рухнул на землю. Он взвыл опять, скорее от ярости, чем от боли, и попытался схватить Эдо, но тот был уже далеко.

С дальней стороны арены донеслись приветственные крики. К центру поля бежала фигура. Это был Кван с шестью кольцами в руке.

– Нет! – взревел Мортем. Он опять попытался подняться на ноги – и упал.

Один из чемпионов, огромный, похожий на медведя зверь, попытался перехватить Квана. Чемпион Велеса прянул в сторону, легко увернувшись, прыгнул к ларцу и с грохотом швырнул туда кольца.

Протрубил рог, и трибуны взорвались восторженными криками; зрители повскакали на ноги, топоча, хлопая в ладоши, скандируя.

Мортем, не мигая, смотрел на все это с недоуменным выражением лица, будто никак не мог взять в толк, что происходит. Потом он испустил сдавленный стон и тяжело осел на землю.

Тренер опустился на колени рядом с Четом, помог ему сесть и снять шлем.

– У нас получилось, Чет. У нас, на хрен, получилось!

Чет, превозмогая боль, ухмыльнулся.

– У нас получилось.

К ним подошел Эдо.

– Эдо! – закричал Тренер. – У нас получилось!

Эдо был мрачен.

– Может быть.

– Может быть?

Эдо смотрел, как Мортем пытается встать, и толпа тоже смотрела – все ждали, замерев, наблюдая за раненым гигантом.

– Они хотят знать, вернется ли он завтра, чтобы отстоять свою честь.

Гигант с трудом поднялся на одно колено.

– Чемпионы должны уходить с арены самостоятельно, – сказал Эдо. – Или они не смогут вернуться.

Мортем встал, опершись на одну ногу, пытаясь удержать равновесие, пытаясь не переносить вес на сломанную лодыжку. Он прыгнул, но потерял баланс, пошатнулся и упал, сильно ударившись о землю.

Улюлюканье, смех.

Мортем встал на четвереньки и застыл, уставившись в землю. Чет подумал уже было, что гигант сдался.

Кто-то с трибун заорал: «Ползи, ползи, как червяк». Еще несколько голосов подхватили этот крик, скандируя хором:

– Пол-зи, чер-вяк, пол-зи!

Губы Мортема сжались, облепив клыки. Он поднял голову, посмотрел на толпу яростным, гордым взглядом и встал. Встал на обе ноги, его лицо исказилось от боли, но он даже не вскрикнул. В этот раз он не стал прыгать. Он шагнул, опираясь на сломанную лодыжку с вывернутой вбок ступней. Смотреть на это было практически невыносимо. Один шаг, другой. Еще один.

Толпа умолкла, наблюдая, как гигант шаг за шагом продвигается все ближе к дверям гротескной, невозможной походкой. Страшно было даже представить себе, какую он испытывает боль, но он шел, и толпа начала кричать в такт его шагам, поддерживая его. И когда, сделав последние несколько шагов, он упал вперед, ухватившись за дверь, толпа взорвалась торжествующими криками.