Потерянные боги - Джеральд Бром

– О, – сказал Велес. – Я позабыл. «Зеленые» не склоняются перед богами. Верно? Потому что им нет нужды в богах. Что ж, зеленый человек, если душам нет нужды в богах, то и богам они тоже не нужны. А теперь прочь, пока у тебя есть на то мое соизволение.

– Велес, – начал было Карлос напряженным тоном, чуть не срываясь на рычание. – Я здесь главнокомандующий. У меня есть полномочия…

– Полномочия? – прервал его Велес. Голос у него был низкий, полный угрозы. – Да как ты смеешь заявлять о своих полномочиях… перед богом?! Ты, ничтожное насекомое, беги, пока твое ба еще при тебе.

Карлос стиснул челюсти; стойко выдержал взгляд божества.

– Нет. Я не уйду отсюда без преступников.

Повисла тишина. Никто не издал ни звука, никто даже не двинулся.

Две фигуры – огромный олень и человек – глядели друг на друга, не отводя глаз и, к изумлению Чета, Велес моргнул первым, и выражение его глаз смягчилось.

– Так ты играешь в игру? Люблю игры. Эти двое, – тут он повел рукой в сторону Аны и Чета, – у меня в долгу. И посему я, Велес, заявляю на них свои права. Теперь они – мои рабы, и понесут такое наказание, какое я сочту нужным. А теперь, Карлос, что сделаешь ты? Заберешь ли ты их? Посмеешь ли украсть у бога? – Велес улыбнулся. – Твой ход, безбожный человек.

Все посмотрели на Карлоса, которому явно было не до игр. Стиснув зубы, он сделал глубокий вдох.

– Мы не уйдем отсюда без преступников.

Защитники быстро обменялись нервными взглядами.

Велес поднял руку; его губы зашевелились, затанцевали в воздухе изящные пальцы, будто он играл на каком-то музыкальном инструменте. Золотой нимб над его головой вдруг вспыхнул, раздался треск разрядов. Воздух ощутимо потеплел. Несколько Защитников сделали шаг назад; двое из них повернулись и побежали.

– Не отступать! – приказал Карлос. – Вы – свободные люди.

Велес дунул на них сквозь кончики пальцев. Чет заметил, что от двоих «зеленых» повалил дым, потом от третьего, от четвертого… Один из них вскрикнул: его волосы вдруг вспыхнули синим пламенем. И тогда все они повернулись и побежали. Все, кроме Карлоса, который стоял один и со злостью смотрел на божественного противника.

Велес улыбнулся.

– Эти люди явно не торопятся расстаться со своим ба ради тебя, Карлос. У безбожных душ нет убеждений, в этом их слабость. Истинная верность приходит только вместе верой.

– Наступает новая эра, – проворчал Карлос. – Попомни мои слова, бог. Скоро, очень скоро мы перестанем быть твоими игрушками.

Резко повернувшись, он зашагал прочь. Велес смотрел, как он уходит; и уже не выглядел благодушным.

Раздался топот сапог; появился человек-гоблин во главе отряда душ в малиновых туниках; в руках они сжимали копья и мечи. Увидев, что происходит, они, разинув рты, резко остановились.

– Разрешите, мы пустимся в погоню, мой господин? – спросил один из стражников.

Велес не отвечал. Он смотрел на лошадь, и глаза у него были полны горечи.

Стражники, переминаясь с ноги на ногу, обменялись взглядами.

– Мой господин?

Велес испустил долгий, глубокий, печальный вздох.

– И почему все, что я люблю, неизбежно находит свой конец? – Его тяжелый взор обратился на Чета, и тот вдруг поймал себя на том, что жалеет, что не ушел с Карлосом.

– Ты можешь назвать мне хоть одну причину, по которой я не должен раздавить тебе череп?

Чет открыл рот, пытаясь придумать, что бы такое сказать – что угодно.

– Потому что он принадлежит мне, – раздался тоненький, слабый голосок. Из свертка смятой материи выскользнули бледные, тощие, как у паука, руки. Ивабог приподнялась на дрожащих руках; напряжение и боль явственно отразились у нее на лице. – Они служат мне.

На лице Велеса отразилось недоумение, затем – неудовольствие.

– Темные предзнаменования повсюду. Я страшусь того, что готовит нам путь.

Он ступил вперед, возвышаясь над нею, как башня. На секунду Чет был уверен, что он сейчас растопчет ее своими копытами, как докучливое насекомое. Вместо этого он наклонился и поднял ее за загривок. Она безжизненно, без всякого сопротивления болталась в его руке.

Велес повернулся было, чтобы идти, но внезапно остановился.

– Рабы. Они твои, Сит, – сказал он, обращаясь к человеку-гоблину. – Поступай с ними, как тебе заблагорассудится. Только… – Тут он опять взглянул на свою лошадь. – …Не убивай их. Мне они нужны для Игр.

И он пошел дальше, с Ивабог, болтающейся у него в руке, как мокрая тряпка.

Чет встретился взглядом с маленькими, темными глазками Сита.

Тот растянул губы в улыбке, обнажив множество крошечных острых зубов.

Часть третья
Игры

Глава 27

Чьи-то руки вцепились в Чета и вытащили его из-под лошади. Нож вывалился у него из-за пояса и шлепнулся в грязь. Чет потянулся было, чтобы его схватить, но тут что-то твердое врезалось ему в висок. Его отшвырнуло на спину; перед глазами все поплыло.

Взгляд Чета медленно сфокусировался; над ним стоял Сит, глядя на него своими бездушными глазками. В руке у него была плеть, рукоять которой представляла из себя небольшую дубинку.

– Добро пожаловать в ад, – сказал Сит. Понимать его было непросто; говорил он с явным трудом, комкая и глотая слова.

Стражники подхватили Чета под мышки и вздернули на ноги, скрутив руки за спиной.

Сит, наклонившись, поднял нож и, кинув на него любопытный взгляд, сунул себе за пояс. Затем, безо всякого предупреждения, он ударил Чета опять. Дубинка угодила Чету в висок. В ушах зазвенело. Сит поднял плеть.

– Это – Агония, – сказал гоблин, всаживая тупой конец плети Чету под ребра, так, что того согнуло пополам. – Агония – твой новый, самый лучший друг.

Он ударил Чета опять, потом еще и еще.

– Отведите их в караван, – рявкнул на стражников Сит. – Припрягите к Присцилле. Пусть попробуют, каков Ад на вкус.

Стражники поволокли Чета прочь.

– Уж не знаю, как тебе это удалось, – сказал один из стражников. – Но тебе удалось наступить на хвост практически всем, кого злить никак нельзя. Чтоб мне провалиться.

Они вели Чета и Ану вдоль выстроившихся друг за другом фургонов и повозок, по большей части – хлипких на вид сооружений из кости и разрозненных кусков ткани. Но несколько экипажей бросались в глаза прихотливой отделкой и яркими, праздничными цветами – они будто перенеслись сюда прямиком из карнавальной процессии.