Ученик монстролога. Проклятье вендиго - Рик Янси

Предсказание доктора оказалось правильным. Мы не нашли Джона Чанлера — или того, что когда-то было Джоном Чанлером. Не нашли мы и Мюриэл. Либо она бежала, либо он ее забрал. Мы обыскали весь дом от сырого подвала до пыльного чердака. Пока фон Хельрунг звонил в полицию, мы с Уортропом обследовали территорию вокруг дома, уделив особое внимание маленькому дворику под разбитым окном. Мы не нашли ничего необычного. Получалось так, будто Джон Чанлер улетел на сильном ветре.

Прибытие черно-белых полицейских фургонов почти сразу же привлекло внимание округи. Небольшая толпа снаружи быстро разрасталась до тех пор, пока двух детективов не оторвали от их жутковатой работы и они не позволили людской волне захлестнуть газон перед домом.

Вскоре после этого появился старший инспектор. Для допроса двух монстрологов он оккупировал библиотеку. Фон Хельрунг держался почтительно, даже виновато; зная, как далеко Бернс может зайти, чтобы произвести арест за преступление — о его жестоких методах складывали легенды, — старый монстролог понимал своего дознавателя лучше, чем Уортроп, который был груб и воинственен и больше задавал вопросы, чем на них отвечал.

— Вы нашли Джона Чанлера? — требовательно спросил Уортроп.

— Если бы нашли, то мы бы сейчас с вами не беседовали, — ответил Бернс.

— Вы использовали собак?

— Конечно, доктор.

— Есть ли свидетели? Его облик наверняка привлек бы внимание, даже в Нью-Йорке.

Бернс покачал головой.

— К нам никто не обращался.

— Объявления! — рявкнул доктор. — Расклеить их на каждом углу. И газеты. Как зовут этого охотника до сенсаций с огромным тиражом? Рийс. Якоб Рийс. Он в течение часа может что-нибудь сочинить для вечернего выпуска.

Бернс с загадочной полуулыбкой медленно качал своей массивной головой.

— И поместите Джона Чанлера наверх этого вашего списка, — лихорадочно продолжал Уортроп. — Как вы его называете — разыскиваемые преступники? В течение двадцати четырех часов мы можем сделать его самым знаменитым человеком в Манхэттене. Даже собачки старых леди будут знать, как он выглядит.

— Это все замечательные идеи, доктор Уортроп, но боюсь, что я не могу этого сделать.

Не успел доктор спросить почему, как позади него распахнулась дверь, и в комнату ворвался ответ на его вопрос.

— Где Уортроп? Где этот…

Арчибальд Чанлер рывком поднял руку и прикрыл нос.

— Боже мой, что это за запах? — Он с отвращением посмотрел на грязное пальто доктора.

— Запах жизни, — ответил доктор.

Отец Джона Чанлера нахмурился и обернулся к Бернсу.

— Инспектор, разве на арестованных не принято надевать наручники?

— Доктор Уортроп не арестован.

— Думаю, у мэра будет что сказать по этому поводу.

— Уверен, что так, мистер Чанлер, но пока он не сказал… — Бернс пожал плечами.

— О, он скажет. Уверяю вас, скажет! — Он повернулся к Уортропу. — Это целиком ваша вина. Я сделаю все, что в моей власти, чтобы вы были наказаны по всей строгости закона.

— В чем мое преступление? — спросил монстролог.

— Этот вопрос лучше задать моей невестке.

— Я задам, когда ее найдут.

Чанлер уставился на него, потом вопросительно посмотрел на Бернса.

— Миссис Чанлер пропала, — проинформировал его старший инспектор.

— Джон ее забрал, — высказал свое мнение Уортроп, — но я надеюсь, что он не причинит ей зла. Если бы это входило в его намерения, то он бы это сделал здесь. — Он настоятельно обратился к Бернсу: — Время решает все, инспектор. Мы должны немедленно дать объявление.

— Объявление, как вы его называете, совершенно определенно не будет дано, — резко сказал Чанлер. — Если я увижу хоть одно упоминание фамилии Чанлер хоть в одной самой жалкой газетенке, я отсужу у вас все, что вы имеете. Вам это понятно? Я ни в каком виде не позволю марать и бесчестить фамилию Чанлер!

— Это не фамилия, — ответил мой хозяин. — Это человек. Вы хотите, чтобы ее постигла та же участь, что и тех, кого мы нашли в этом доме?

Чанлер придвинул свое лицо к лицу Уортропа и огрызнулся:

— Меня не волнует ее судьба.

Монстролог взорвался. Он схватил Чанлера, который был крупнее его, за лацканы и с силой толкнул на стеллаж. Со стеллажа упала ваза и осколками разлетелась по полу.

Объект гнева моего хозяина не сопротивлялся. Его щеки горели, глаза злобно сверкали.

— Что вы собираетесь сделать? Убить меня? Ведь это то, что вы, так называемые охотники за чудовищами, и делаете? Убиваете то, чего страшитесь?

— Вы путаете страх с отвращением, — сказал Уортроп Чанлеру.

— Пеллинор, — взмолился фон Хельрунг. — Пожалуйста. Этим ничего не решить.

— Она это заслужила, Уортроп, — прорычал Чанлер. — Что бы с ней ни случилось, она получит по заслугам. Если бы не она, мой сын никогда бы не отправился на эту охоту.

— О чем это вы? — крикнул доктор. Он сильно тряхнул Чанлера. — В чем ее вина?

— Спросите его, — сказал Чанлер, мотнув головой в сторону фон Хельрунга.

— Так, хватит, ребята. Давайте будем вести себя хорошо, — прогремел Бернс. — Я не хочу стрелять ни в кого из вас — не очень хочу. Доктор Уортроп, будьте любезны…

Издав сдавленный стон, Уортроп отпустил захваченного. Он отвернулся и пошел, но через несколько шагов обернулся и вытянул палец в направлении чанлеровского носа: