Большая книга ужасов – 66 - Ирина Мазаева

– А чем же тогда они владеют? – удивилась Женька. – Если не ради глины они сюда возвращаются?

– Огнем они владеют. Огнем.

– Огнем?! – подскочили Сашка с Лешкой. – Прямо-таки огнем?

– А чего вы удивляетесь? Их бог – бог огня. В огне их идолы рождаются. Через огонь к ним сила их бога приходит. Раньше ведь в древние времена огонь для человека – был все. И любили его, и поклонялись ему. Без огня в нашем краю зимой смерть. Не уследили, потеряли – замерзли. Огонь – это тепло, огонь – это еда. На огне ведь только и готовили. Огонь – защита от хищных зверей. Зверь – ведь он огня боится. Только и людей огонь мог убить. Огня и боялись. Летом, бывало, такая сушь начнется, и вспыхнет лес, загорятся торфяники. В дыму и огне тогда ничему живому не выжить: ни растению, ни животному, ни человеку. Вот и пытались люди его приручить как зверя, договориться с ним. И получилось у них.

– Эпи-и-ично, – протянул Лешка.

– Приносят они жертвы, потому и живут. Не хотят в землю уходить навсегда. Хотят жить вечно. Проводят свои ритуалы. Древние люди считали, что когда-то, когда не было людей на Земле, Бог первого человека из глины сделал, обжег его солнечным первым огнем, и так появились люди. А теперь, смотри, как все перевернулось – они своих богов каждый раз заново сотворяют из глины и обжигают. Оживляют кровью жертв. А пока их боги во главе с богом огня живы, так и они живут.

– Так… – Сашка задумался. – Так что же надо сделать? Это мы что, у них должны их бога огня забрать? Или просто не дать им огонь развести? Или идолов разбить и в землю закопать? Я что-то совсем запутался.

– Ой, детишки, стар я стал совсем… Голова моя дырявая… – принялся причитать Василич. – Звал вас – как будто помнил, что сказать должен, а тут… Пусто в голове, ветер гуляет. Огонь у них отобрать надо – это помню, а как – запамятовал.

– Иван Васильевич, вспоминайте! Это важно! Это очень важно!

– Э-эх, голова моя садовая…

– А ты что молчишь, Мелкая? – Пока Сашка тряс бывшего сторожа, пристал Лешка к сестре.

Женька сидела с круглыми глазами, пытаясь переварить всю информацию.

– Это какая-то ошибка… Это не я… – прошептала она одними губами.

– Помню только, дед говорил, что одной избранной не справиться. Помощники ей нужны. Подружка у нее должна быть, – вспомнил Василич.

– Почему подружка? – озадачился Сашка. – А друзья-мальчишки не подойдут?

– Мальчишки – это хорошо, но нужна подружка, – настаивал дед. – И еще какие-то помощники. Тех-то много. Вот и вас должно быть много… Собираться уже пора. Думу думать да дело делать. Эта суббота, двадцатого марта, – день весеннего равноденствия, древний языческий праздник. В субботу надо порешить их. А то как получат они первую жертву, так сила их возрастет немерено, тогда с ними уже не совладать.

– Че, уже прямо в эту субботу? – изумился Лешка. – Не, ну мы, конечно, типа, герои, но нам подготовиться надо. Не, че, правда, уже в субботу?

– В субботу никак нельзя! – воспротивился Сашка. – Надо все обдумать, составить план действий. Вам ведь самому время нужно вспомнить, как конкретно мы должны их победить.

– В субботу, в субботу, – мелко кивал Василич. – В эту субботу, двадцатого марта, в равноденствие. Ох и устал я, ребятишки. Отдохнуть бы мне…

И друзьям пришлось уйти. Вернулись к Сашке.

Женьку трясло. Сердце бешено колотилось в груди, в крови бурлил адреналин, а мысли путались и скакали. Она избранная! Она должна избавить Деревянное от страшных жрецов-упырей! Она должна забрать у них огонь! Огонь! Которого она боялась больше всего на свете. Огонь! Живой. Жаркий. Смертельно опасный. Он пугал ее больше, чем все тени и чудовища, вместе взятые. Ведь огонь всегда хотел кинуться на нее, сжечь ее, убить! Сразу вернулись все детские страхи, все ночные кошмары. Ей хотелось спрятаться где-нибудь под Сашкиной тахтой и тихонько скулить.

– Кто-нибудь что-нибудь понял? Лично я ничего не понял. Как мы у них должны огонь отобрать? Спички выкрасть? Не, а че он ничего не помнит? Наверняка ему дед полные инструкции оставил. Не додумался записать, что ли, склерозматик старый? Это же такое событие! Это же э-ге-гей! А мы тут теперь расхлебывай, – фонтанировал эмоциями Лешка, а потом вцепился в Женьку: – А ты че молчала-то все, а, Мелкая? Ты же избранная. Ты бы пристала к деду, вытрясла бы из него правду! Он ведь тебе должен все рассказать! Че ты вообще как неживая? Да скажи же че-нибудь! Че молчишь-то?

– В семье трудовика и учительницы литературы ребенок каждый раз перед гостями читает новое стихотворение на новой табуретке.

– Издеваешься, да?

– Это ты издеваешься! Забыл? Забыл, что я боюсь огня?! Я. БОЮСЬ. ОГНЯ! – не выдержала Женька. – Ты забыл самый большой кошмар моей жизни?! Я никогда близко к огню не подойду! Это какая-то ошибка! Это не могу быть я!

– Не, ты че, не будешь мир спасать?

– Какой «мир спасать»?! Я как увижу огонь вблизи – так сразу кидаюсь бежать без оглядки. Это какой-то… не знаю!.. животный ужас. Чего ты в меня вцепился? Хочешь мир спасать – вперед и с песней!

– Женя, Женя, успокойся! Тихо, тихо! Подожди паниковать. – Сашка попытался успокоить Женьку, взял ее за руку. – Разве ты никогда не мечтала победить свой страх, справиться с ним? Помнишь, как я боялся воды? Я так мечтал не просто плавать лучше всех, а не бояться! Я мечтал, чтобы… Я представлял себе… что… Ну вот, мысль потерял.

– А я не хочу бороться со своими страхами! Мне проще держаться от огня подальше!

– Да че вы… – попытался встрять Лешка, но на него не обратили внимания.

– Вспомнил! Я мечтал, чтобы вода стала моим другом, союзником, а не врагом. Чтобы она помогала мне. И все получилось! Ты же сама видела, как я теперь плаваю! – воодушевился Сашка. – Я могу и под водой плыть. Я могу задерживать дыхание. Я могу плавать часами!

– Но это все вышло чудом! Ты ничего для этого не сделал! Ты просто загадал желание, и оно сбылось! – упорствовала Женька.

– Так и ты загадай! Захоти этого изо всех сил. И желание сбудется.

– Да я столько раз так делала, но ничего не вышло!

– Но сейчас все по-другому! Сейчас ты особенная, ты – избранная. Сама же говоришь, двери между мирами приоткрылись. Теперь все по-другому!

– Да она просто ис-пу-га-лась! – снова влез Лешка. – Как вы мне надоели! Дрищи! А надо пойти и всех порвать! Я вот огня не боюсь! Я жестко всем с ноги – и в бубен!

Женька ничего не ответила – просто замолчала, отвернувшись к окну. Сашка хотел сказать что-нибудь еще, но у него закончились аргументы. А потом Лешка выдал:

– Я придумал! Я гений! Я звезда! Тебя, Женька, надо тренировать! Сашка, у тебя свечка есть? Зажги ей, и пусть сидит и пялится. А потом печь затопим. Реально, надо чтобы она к огню привыкла. Натренировалась не бояться.