Мифы Ктулху. Хаггопиана и другие рассказы - Брайан Ламли

– Из чего? – вздохнул Тарра. – Из крошащихся костей, или мягкого золота? Собственно, кто тут впустую теряет время? Даже если бы это было возможно, как я сумел бы подняться, если ты можешь своим ножом порезать веревку, меня, или и то и другое вместе? Ты же сам об этом говорил, помнишь? И в любом случае, ты обещал мне спустить лестницу. Или об этом ты тоже забыл?

– Ну-ну, парень, не стоит делать поспешных выводов.

Тарра слышал, как Дизм слегка пошевелился, сверху осыпалась тонкая струйка пыли, и наконец тот сказал:

– Хорошо, предположим, я дам тебе столько веревки, сколько ты просишь. Что дальше?

– Я принесу идола. Потом ты спустишь ту веревку, которая у тебя осталась, и я привяжу к ней свою. Да, и чтобы она точно не оборвалась, мы сложим ее пополам. Затем ты поднимешь идола в ведре наверх. А если тебя беспокоит, что я могу взобраться по веревке – что ж, у тебя есть твой нож, верно? А потом ты сбросишь мне веревочную лестницу. И побыстрее, поскольку я уже сыт этой ямой по горло!

Дизм снова подумал и сказал:

– Будет сделано!

Мгновение спустя на дно ведра начала кольцами падать веревка, и, пока она падала, Тарра жадно смотрел на тяжелую ручку ведра, из которой можно было согнуть отличный крюк! Наконец, Дизм обрезал веревку и сбросил вниз ее конец.

– Держи! – крикнул он. – Десять человеческих ростов.

Отвязав веревку от ручки ведра, Тарра смотал ее и накинул на плечо. Следовало играть свою игру до конца. Естественно, он не мог ни сделать крюк, ни воспользоваться им, пока Дизм все еще наверху. Нужно было заставить его уйти.

– Кстати, – небрежно заметил он, – насчет тех ловушек, про которые я говорил. Твоих напарников убила вовсе не одна из них.

– Что? – послышался сверху удивленный голос. – Что ты имеешь в виду? Ты их нашел?

– Да, то, что от них осталось. Над ними явно поработали твои неизвестные «стражи», Хадж. Но пещеры эти очень обширны, возможно, они тянутся на многие мили под пустыней. Стражи – кем бы они ни являлись – наверняка не здесь. Если бы они тут были… мы оба были бы мертвы в мгновение ока!

– Ты хочешь сказать, ты был бы мертв в мгновение ока, – поправил Дизм.

Но Тарра лишь покачал головой.

– Мы оба, – повторил он. – Я нашел одного из твоих парней на высоком, почти недоступном узком уступе. Он был весь изломан, и на его костях почти не осталось плоти. Второй, в таком же состоянии, лежал в узкой нише, по сути, в трещине в стене, но ужас настиг его и там. Остановит ли их воронка этого колодца? Сомневаюсь.

Дизм молчал.

Тарра двинулся прочь, наклонив голову и мрачно улыбаясь себе под нос, но голос Дизма заставил его остановиться.

– Хроссак, у тебя есть какие-нибудь мысли – что эти стражи представляют собой на самом деле?

– Кто знает? – таинственно ответил Тарра. – Возможно, они ползают, или скользят. А может, и летают! Одно можно сказать точно: они слизывают мясо с костей с той же легкостью, с какой пиявки сосут кровь!

И он ушел.

План хроссака заключался в том, чтобы немного подождать, а потом поднять громкий шум, крича: «Стражи! Стражи!» А затем издавать жуткие хрипы, пока Хадж Дизм окончательно не поверит, что он мертв. Все это, естественно, следовало разыграть так, чтобы тот сверху ничего не видел. Затем должна была наступить мертвая тишина, в которой Тарра надеялся услышать звуки лихорадочного бегства лиса, а потом он вернулся бы, чтобы отломать от ведра ручку, сделать из нее крюк, привязать к нему сложенную вдвое веревку, и таким образом сбежать. А потом выследить злодея и сломать его тощую шею!

Таков был его первоначальный план…

Однако, подумав, Тарра решил иначе. Раз уж ему все равно придется здесь ждать, почему бы не обратить это время себе на пользу? Даже сейчас, если вдруг что-то пошло бы не так, если бы, например, появились настоящие стражи, ему, возможно, пришлось бы рассчитывать на помощь Хаджа Дизма, чтобы тот быстро вытащил его наверх. Он знал, что шансы на это невелики, особенно после того как он нагнал страху на хитрого лиса, но лучше уж хоть какой-то шанс, чем никакого вообще. Так что лучше было сделать вид, что он следует указаниям Хаджа до самого конца. В любом случае мысль о том, чтобы похитить одного из идолов, выглядела весьма заманчиво.

С подобными мыслями он поспешно вернулся назад в пещеру с золотыми спрутами, ждавшими на своих постаментах перед гробницей короля-ящера, и…

В ярком свете пылающего факела хроссак уставился широко раскрытыми глазами на происходившее с идолами превращение, ибо они не просто ждали на своих постаментах! Только теперь Тарра начал осознавать истинную сущность проклятия, связанного с этими подземными гробницами. Монархи давно погибшей расы наверняка были великими чародеями, чьи заклинания пережили темные и ужасные столетия. Но даже самые могущественные заклинания, в конце концов, теряют силу, и это в том числе. То, что изначально представляло собой быструю метаморфозу, превратилось в мучительно медленный процесс, но при этом не менее смертоносный, о чем свидетельствовали два обожженных трупа.

Идолы-спруты двигались медленно, почти незаметно на взгляд, но постепенно, по мере действия заклинания, движения становились все быстрее. Они начали сползать со своих постаментов, цепляясь щупальцами-присосками за их верхушки. Глаза их наполовину открылись, и под золотыми веками зловеще блестели черные шары. Кислотная пленка, которую, казалось, источали их тела, стала заметно толще и слегка дымилась в тех местах, где она соприкасалась с ониксовым постаментом.

Первой мыслью Тарры было бежать, но куда? Вернуться и рассказать Хаджу Дизму? Но тогда злодей наверняка оставит его здесь, пока спруты не превратятся окончательно. Хватит ли ему времени, чтобы сделать крюк и воспользоваться им? Вряд ли…

Ужас навалился на плечи хроссака, словно ледяное покрывало, придавливая к земле своим весом. Неужели это конец, и ему тоже придется стать жертвой смертельного поцелуя спрута, превратившись в мешок с обугленными костями?

Что ж, возможно, но не в одиночку!

Мысли о мести придали Тарре сил. Бросившись вперед, он обвязал двойной петлей брюхо левого спрута и потянул, пока щупальца не соскользнули с края постамента, а затем поволок чудовищную тварь через пещеры, на стенах которых мерцали отблески факела. В тех местах, куда попадала кислота, от веревки поднимался едкий дым, но она выдержала, и, в конце концов, вспотевший хроссак появился у того места, где ждал Хадж Дизм.

– Принес? – нетерпеливо крикнул тот.

– Да, – тяжело дыша, ответил Тарра, – приволок на веревке. Сбрасывай свой конец и готовься вытаскивать.

Он откатил ведро в сторону, будто бы подготавливая его к подъему. Хадж тут же сбросил сверху веревку. Тарра привязал ее к своей, и Хадж выбрал слабину. Затем хроссак подтащил спрута поближе и услышал судорожный вздох хитреца.

– Великолепно! – прохрипел тот, видя лишь золото, но не чудовищное превращение, происходившее все быстрее.