Дорожные работы - Стивен Кинг

Он вошел в «Хэнди-Энди» в половину двенадцатого, иметрдотель провел его к столику рядом со стилизованными крыльями летучей мыши,за которыми открывался вход в соседний зал. Столик был не самый лучший, но, таккак наступало время ленча, свободных мест в ресторане почти не было. Ресторан«Хэнди-Энди» специализировался на стейках, отбивных, а также на блюде подназванием эндибургер, которое представляло собой рулет с кунжутными семенами иначинкой из салата, проткнутый зубочисткой, чтобы не дать этому экстравагантномусооружению рассыпаться. Как и все большие городские рестораны, куда частозаходили обедать более или менее важные чиновники и служащие, «Хэнди-Энди» имелсвою иерархическую систему допусков. Еще два месяца назад он с полным правоммог прийти сюда в полдень и выбрать себе столик. Пожалуй, еще месяца три онсможет пользоваться этой привилегией. Для него система подобных привилегийвсегда была одной из маленьких загадок нашей жизни, наподобие случаев,описанных в книгах Чарльза Форта, или инстинкта, который год за годом заставлялласточек возвращаться в Капистрано.

Усаживаясь за столик, он быстро огляделся вокруг, опасаясьувидеть Винни Мэйсона, Стива Орднера или еще кого-нибудь из знакомых, но ниодного знакомого лица не попалось ему на глаза. Слева от него молодой человекпытался убедить девушку, что они вполне могут себе позволить провести три дня вСолнечной Долине в этом феврале. Остальные разговоры посетителей тонули вмягком, успокаивающем гуле.

– Хотите что-нибудь выпить, сэр? – спросил у негостремительно возникший официант.

– Виски со льдом, пожалуйста.

– Одну минуточку.

С первым стаканом он продержался до двенадцати, к половинепервого было выпито еще два, а потом, из чистого упрямства он заказал двойнуюпорцию. Допивая последние капли, он увидел, как Мэри вошла в зал и остановиласьна пороге, отыскивая его глазами. Несколько человек внимательно посмотрели в еесторону, и он подумал:

Мэри, ты должна сказать мне спасибо. Ты снова сталакрасивой.

Потом он поднял руку и помахал ей.

Она помахала ему в ответ и двинулась к его столику. На нейбыло шерстяное платье по колено с мягким узором в серых тонах. Волосы ее былистянуты лентой на затылке и спадали вниз густым хвостом до лопаток – он не могприпомнить, чтобы она хоть раз носила такую прическу (может быть, именно поэтой причине она и выбрала ее для этой встречи). Это делало ее моложе, ивиноватой вспышкой перед ним возникло видение Оливии, распростертой под ним накровати, которую они так часто делили вместе с Мэри.

– Привет, Барт, – сказала она.

– Привет. Ты выглядишь чертовски здорово.

– Спасибо.

– Хочешь чего-нибудь выпить?

– Нет… Я бы съела один эндибургер. Ты давно уже здесьсидишь?

– Нет, не очень.

Время ленча подходило к концу, и волна посетителей схлынула.Официант немедленно подскочил к их столику. – Хотите сделать заказ, сэр?

– Да. Два эндибургера. Молоко для дамы. Еще одну двойнуюпорцию для меня. – Он мельком посмотрел на Мэри, но ее лицо было абсолютнобесстрастным. Это был плохой признак. Если бы она сказала что-нибудь, он быотменил свой двойной виски. Оставалось надеется, что ему не потребуется вближайшем будущем в туалет, потому что он был не вполне уверен, что сохраниттвердость походки. Великолепную сплетню принесет она старичкам домой, если оноступится. Отнеси меня обратно в старую добрую Вирджиниюуууу! Он чуть не рассмеялся.

– Что ж, ты не пьян, но ты на правильном пути, – сказала онаи, развернув салфетку, положила ее на колени.

– Неплохо звучит, – сказал он. – Скажи, ты репетироваладома?