Когда драконы проснулись - Дарья Крупкина

– Это ты убила Джану?

Переход был резким и. видимо, призванным наконец-то порвать самообладание Яфы. Но она ничуть не смутилась.

– Джана упала с дракона. Такое случается.

Внезапно Равен развернулся, больно дернув Яфу за руку, и не успела она оглянуться, как он уже приставил к ее шее кинжал. Девушка ощутила, как заволновалась ее драконица, но мысленно постаралась ее успокоить.

Она и сама оставалась спокойной. В полумраке она хорошо видела лицо Равена. Он ничуть не изменился, только волосы немного отросли, да тени под глазами стали глубже – но возможно, последнее только казалось в неверном свете сумерек.

– Так вот что теперь, – негромко сказала Яфа. – Когда-то мы были единственными друг для друга. Единственными в целом мире. А теперь ты готов перерезать мне горло.

Рука Равена дрогнула, но кинжал он не опустил.

– Я хочу знать.

– Да. Я позволила Джане упасть. И сделала бы это снова. Пусть эта дурнушка покоится в горах и освободит тебя своей смертью.

– Она была моей женой. Матерью моего ребенка.

– И посмотри, где ты теперь!

Равен опустил кинжал также быстро, как вытащил его. Яфа даже не успела понять, в которых именно складках одежды брата он исчез. Но тот снова взял ее под руку, как будто ничего не случилось и вновь зашагал по аллее.

– Я там, где и должен быть, – сказал Равен.

– Правда? И где же? В темных подворотнях Таркора. Ты мог вернуться домой.

Яфе так хотелось услышать, что Равен не вернулся только потому, что заботился о ней. Но вместо этого он сказал:

– Мне показалось, что безопаснее скрываться от всех.

– Ты же знаешь, я бы тебя никогда не выдала.

– Но ты полетела за Джаной. По приказу королевы.

– Я сама сочла это разумным.

– Еще хуже.

Яфе захотелось выдернуть руку, бросить в лицо Равену все обвинения и упреки, которые вертелись у нее на языке. Но с ужасом она поняла, что это совершенно бессмысленно. Брат давно стал для нее чужим человеком. И пока она думала, как устроить свою жизнь здесь и сейчас, он продолжал стремиться за мечтой, которую в нем разбудил Астадор Тэль Шалир. Уже успевший умереть за свои фантазии.

– Зачем тебе это, Равен, – почти умоляюще сказала Яфа. – Ты мог бы поехать послом. Провел там несколько лет, а потом испросил разрешения вернуться в Шестой дом.

– Королева не позволила бы. А Дэйн будет во всем ее слушать. Я бы никогда не вернулся в Шестой дом.

– Но что теперь? Все твои замыслы идут прахом. Ты можешь только умереть.

– И что с того? Я ведь могу и победить.

– Победить? – Яфа задохнулась от одного предположения. – Одумайся! У тебя один дракон, а у них десяток.

– На одного меньше, если ты не последуешь за ними.

– И что, последую за тобой? Все равно перевес на их стороне. Да и даже… даже если ты займешь трон, ты не сможешь его удержать. Никто из аристократов тебя не поддержит. А если кто поддержит, все выльется в гражданскую войну.

Равен рассмеялся:

– И что с того? Это королевство отбирало у меня все, что можно. Могу и я отщипнуть кусочек.

Он и не надеется победить, поняла Яфа. Это просто агония человека, которого загнали в угол, а он не хочет сдаваться. Возможно, он тоже решил не покоряться судьбе… но вместо подъема тянет себя в бездну. И хочет утянуть за собой Яфу.

Она высвободила руку и отступила на шаг от брата.

– Уходи, Равен. Я не буду поддерживать самоубийственный план. И призываю тебя тоже отступить. Сдайся, пока не поздно. Не надо больше никого губить. У них твоя дочь!

– У них всего лишь младенец.

– Уходи, Равен.

Он несколько мгновений стоял, смотря на Яфу. А потом развернулся и скрылся во мраке, сгустившемся за деревьями. Подобрав юбки, Яфа поспешила обратно к Мехаре. Сначала она хотела написать письмо, но потом решила, что с помощью драконов будет надежнее и быстрее.

– Мехара, ты можешь передать сообщение во дворец?