Алое на черном - Татьяна Корсакова

После отбоя, вместо того чтобы улечься спать, они снова взялись за чтение дневника, но особо в этом деле не преуспели. В комнату заглянул Суворов, сказал строго:

– Гасите свет, архаровцы! Завтра подъем и пробежка, если вы вдруг забыли.

Не дожидаясь ответа, командир щелкнул выключателем, и комната погрузилась в темноту.

– Спать, я сказал! – послышалось уже из коридора.

– А и правда спать охота, – зевая, сказал Гальяно. – Ведь этот упырь не шутит, поднимет завтра ни свет ни заря, а Андрюшка этот от нас никуда не денется.

– Конечно, не денется, – хмыкнул Матвей. – Он же мертвый уже давным-давно.

Туча что-то буркнул то ли одобрительное, то ли протестующее, с ним не поймешь.

– Слушайте, а вы Ксанке ключик отдали? – спросил Гальяно, зевая во весь рот.

– Не видели мы ее сегодня больше, – послышался из темноты голос Тучи.

– А что ее видеть-то?! Она же с Васькой в одном доме живет. Ваське можно было отдать, чтобы вернул.

– Сам отдам! – сказал Туча неожиданно резко.

– Ну, сам так сам, – не стал спорить Гальяно. – Просто столько нервотрепки было из-за этого ключика, а вы так и не отдали.

– Завтра отдадим, – положил конец разговорам Дэн. Вроде бы и сказал спокойно, а его сразу все послушались. И как у него так получается?

Раздумывать над этим феноменом Матвей долго не стал, как-то незаметно и плавно погрузился в глубокий сон.

Утро началось так же внезапно и так же гадко, как и в прошлый раз: с громкого рева Суворова «Архаровцы, подъем!». Одевались и умывались на автопилоте, а окончательно проснулись лишь у ворот.

– Снова на пробежку? – усмехнулся охранник, тот самый, который нашел их в лесу.

– Отныне каждый день! – Суворов улыбался так, как будто не было в его жизни большей радости, чем пробежка в семь утра. – За мной, архаровцы!

Бежать по извилистой лесной дорожке было не слишком удобно, но где-то на середине пути Матвей вдруг осознал, что получает удовольствие. Проснувшийся и взбодрившийся организм рвался в бой, жаждал и отжиманий, и приседаний – всего того, что еще вчера казалось каторгой.

– Не отставать! Быстро-быстро! – подбадривал их Суворов. – У меня сегодня изменения в программе.

– Небось пресс качать заставит, – задыхаясь, простонал Гальяно.

Оказалось, он ошибался, изменения в программе были куда интереснее. Командир назвал это азами рукопашного боя.

– Покажу вам кое-что, неразумным. Для самообороны пригодится. Не дай бог, конечно! Но в нашей жизни всякое бывает. Киреев, шаг вперед!

Выбранный в спарринг-партнеры Киреев криво усмехнулся, вышел на середину полянки.

– Нападай! – велел Суворов.

– Как?

– А как хочешь, так и нападай! Ты же вроде как занимался.

– Вроде как. – Дэн кивнул.

– Ну, так покажи, на что способен. И не стесняйся, можешь бить в полную силу. Нападай!

Дэн напал. Если нападение было проведено по всем правилам и в полную силу, то хреновый из него нападающий, потому что уже через мгновение Дэн оказался впечатан в землю.

– Вот примерно так! – Суворов помог ему встать на ноги, улыбнулся снисходительно и покровительственно одновременно. – А теперь то же самое, но в замедленном темпе. Готов?

Дэн молча кивнул и через мгновение снова оказался на земле. Как-то не очень получалось у командира в замедленном темпе, но красиво, ничего не скажешь.

Бросок отрабатывали несколько раз, до тех пор, пока пацанам не стало более или менее понятно.

– Ну, кто следующий? – Суворов весело сощурился.

– Можно я? – Туча робко поднял руку.

– Ты? – Суворов окинул его оценивающим взглядом, а потом сказал: – Ну, давай попробуем!

Завалить Тучу оказалось куда сложнее, чем Дэна. Он стоял насмерть, крепко-накрепко упершись в землю ногами, но Суворову все-таки удалось. Громко ойкнув, Туча рухнул на землю, но разлеживаться не стал, с неожиданным для его комплекции проворством вскочил на ноги, буром попер на противника.

– Ай, молодца! – только и успел сказать тот перед тем, как завалить Тучу во второй раз. – А теперь давай-ка наоборот!

– То есть вы нападаете, а я защищаюсь? – уточнил Туча, отряхивая штаны от травы и иглицы.

– Да, я нападаю. Ты же запомнил движения?

– Кажется.

– Ну, так вперед!

Матвей никогда не видел, как нападает носорог, но слышал, что происходит это быстро и страшно. Туча был похож на носорога, и у него получилось!

– Ох, Тучников, знал бы, что ты такой способный ученик, попросил бы действовать вполсилы, – проворчал Суворов, вставая с земли и потирая ушибленную поясницу. – Силища у тебя богатырская.

– Извините, Максим Дмитриевич! – Туча покраснел от смущения. – Не рассчитал.

– Плохо, что не рассчитал! В этом деле расчет далеко не на последнем месте. Вот если бы ты так об землю хряснул не меня, а Гальянова, перебил бы хребет – сто процентов! Так что осторожнее.

– А что сразу Гальянов? – буркнул Гальяно. – Я, может быть, всем наваляю одной левой!

Комментировать это смелое заявление Матвей не стал, лишь едва заметно улыбнулся.

Время разминки закончилось неожиданно быстро. Испытать на себе опыт и проворство Суворова довелось каждому. В лагерь возвращались в отличном настроении, ежедневные утренние пробежки уже не казались им повинностью.

Завтракали с аппетитом, энергично орудуя ложками. Только Туча жевал медленно, то и дело бросая взгляды в окно. Может быть, высматривал Ксанку. Дэн тоже выглядел сосредоточенным, на болтовню Гальяно не реагировал, думал о чем-то своем. За «вражеским» столиком царила непривычная тишина. Не к добру это…

– Предлагаю продолжить наши литературные чтения! – сказал Гальяно, когда с завтраком было покончено. – Очень, понимаешь ли, интересно, как у них там, у графьев!

Приступить к литературным чтениям у них тем утром так и не получилось. Суворовым было предложено другое, не менее увлекательное занятие.

– Ну что, архаровцы, искупаемся?! – Командир был непривычно добр и весел, и радостный его настрой изрядно нервировал Гальяно.

– Искупаемся! – сразу за всех ответил Матвей.

На речку шли другой дорогой. Оно и неудивительно, принимая во внимание тот факт, что выходили они не через запасную калитку, а через центральные ворота. С ними увязался Василий. Вот кому хорошо: может разгуливать где хочет! Василия тут же подозвал к себе Гальяно. Несколько минут они о чем-то разговаривали вполголоса, а потом мальчишка рванул в начало колонны.

– Нет у его батяни ключей от карцера, – сказал Гальяно шепотом. – Все ключи у Шаповалова. Так что увы-увы! А фонарик я заказал. Скинемся на фонарик?