Черный король - Евгения Грановская

В ту пору в немецких городах существовали кофейни, в которых люди не только пили и ели, но и играли – в карты и шахматы. Хозяева этих славных заведений нанимали на работу талантливых игроков в качестве «спарринг-партнеров», сев за стол с которыми любой посетитель мог попытать счастья в игре.

Именно таким «спарринг-партнером» был старший брат Эмануила – Бертольд.

Ожидая брата, маленький Эмануил часами просиживал в кафе, наблюдая за игрой в «скат». Постепенно он разобрался в правилах, а заодно понял, что большинство игроков – настоящие кретины.

– Вообще-то это довольно гнусное дело, – говорил Эмануилу старший брат Бертольд. – Но другого способа заработать на жизнь у меня нет.

Однажды Бертольд серьезно заболел. Он вынужден был часами валяться в постели и, от нечего делать, научил Эмануила играть в шахматы. Игра так увлекла юношу, что уже через неделю он сумел обыграть брата, а еще полгода спустя обыграл его пять раз подряд. Так началась шахматная карьера Эмануила Ласкера.

Само собой, в ту наивную пору Эмануил не относился к шахматам серьезно. В мечтах Эмануил видел себя солидным ученым, профессором – никак не меньше. Но образование стоило дорого, и, чтобы оплатить обучение в университете, Эмануил вынужден был подрабатывать, играя в шахматы с посетителями кофеен.

Так шахматы стали для Ласкера азартной игрой, где гибкий ум и железный характер оборачиваются звонкой монетой, а один удачный ход позволяет целую неделю набивать брюхо вкуснейшей едой.

Полтора года назад Эмануил вызвал на поединок чемпиона мира Стейница и вырвал у него победу, а вместе с ней и шахматную корону. И вот Ласкер в Санкт-Петербурге, где ему предстоит доказать, что та победа была не случайной, а заодно – заработать денег на оплату университетского курса.

В собственной победе Ласкер не сомневался. Из всех противников его по-настоящему пугал лишь один – Михаил Чигорин. Было в этом русском что-то такое, что не поддавалось логическому объяснению. Стейница можно было просчитать, Пильсбери – тоже. Но этот русский делал неожиданные, почти нелепые ходы, которые зачастую – вопреки здравому смыслу – приводили его к победе. Он играл не как ученый, он играл как поэт или музыкант, склонный к неожиданным импровизациям.

В душе Ласкер подозревал, что Чигорину просто скучно играть по привычным правилам. И что чудаковатый русский ломал почти выигранную партию ради того лишь, чтобы найти неожиданный финал. Вот эта-то непредсказуемость и пугала Ласкера в русском маэстро. Чудачество, достойное не только уважения, но и преклонения!

Впрочем, преклонение преклонением, а победитель в турнире должен быть один. И пока что русский виртуоз проигрывал партию за партией.

Ласкер усмехнулся своим мыслям.

Да, он докажет, что король в шахматах лишь один, и зовут его – Эмануил Ласкер!

– Однако где же достать денег? – пробормотал Ласкер, спускаясь «с небес на землю» и хмуря брови. – Хорошо бы получить какой-нибудь знак судьбы. Какую-нибудь подсказку свыше.

Как и все гении, Ласкер верил в судьбу и внимательно приглядывался к ее знакам. И, словно кто-то «наверху» услышал его просьбу, в дверь вдруг постучали. «Вот оно!» – подумал Ласкер.

– Входите! – громко сказал он, оживляясь.

Дверь открылась, и на пороге номера появился невысокий, пухлый человек с одутловатым, подобострастным лицом. На вестника судьбы он был не слишком похож, однако вестники, как и почтовые курьеры, бывают разные.

– Господин Ласкер? – вежливо осведомился толстяк.

– Да, это я.

– Разрешите войти-с?

– Извольте!

Жирный человечек вошел в комнату и притворил за собой дверь.

– Господин Ласкер, я к вам по поручению одного высокопоставленного лица, – доложился незнакомец. – Моя фамилия Соколов.

– Очень приятно, – сказал Ласкер. – А как зовут человека, по поручению которого вы ко мне пришли?

– Его зовут князь Дадиани Мегрельский.

– Вот как? Князь! – Ласкер улыбнулся от приятного предчувствия. Иметь в поклонниках князя очень недурственно. С такого знакомства можно получить неплохие дивиденды. – И что же от меня нужно его сиятельству? – осведомился Ласкер.

– Вы позволите присесть?

– Конечно. Вот вам стул! – Ласкер схватил стул за спинку и поставил его перед собой.

– Мне было бы удобнее на диване, – с мягкой улыбкой сказал Соколов.

– Ну так садитесь на диван! – воскликнул Ласкер, делая пригласительный жест рукой.

Гость сел на диван и, сложив на коленях пухлые ручки, посмотрел на шахматиста снизу вверх.

– Господин Ласкер, князь Дадиани Мегрельский – большой любитель шахмат. Он не мог упустить случая познакомиться с вами.

– Почему же он сам не пришел? – спросил Ласкер.

– Его сиятельство приглашает вас к себе в гости, – с вежливым поклоном ответил Соколов.

– Вот как. А где он живет?

– Недалеко. Зимой его сиятельство квартирует в апартаментах мадам Гужо. Если мы выедем сейчас, то через двадцать минут будем на месте.

– Так он ждет меня прямо сейчас? – удивленно воскликнул Ласкер.

– Именно так.

– Гм… Довольно неожиданно.

«Черт возьми, а ведь это невежливо – посылать за мной человека и требовать, чтобы я поехал прямо сейчас! Ведь у меня могут быть свои дела! Впрочем, он, кажется, ничего от меня не требует».

– Значит, князь просит меня приехать к нему прямо сейчас? – еще раз уточнил Ласкер.

– Только если вы не запланировали на сегодняшний вечер других дел, – с учтивым поклоном ответил Соколов. – Князь хотел послать вам письменное приглашение, но посчитал, что для такого великого человека, как вы, это будет сродни оскорблению. А потому прислал меня.

– Вот как, – снова сказал Ласкер, смягчаясь.

– Именно так, – улыбнулся Соколов. – Его сиятельство велел передать, что ежели вы найдете время для посещения, его благодарность не будет иметь границ. Прибавлю от себя лично, что князь Дадиани Мегрельский чрезвычайно щедрый человек.

«Ага, – подумал Ласкер. – Вот это уже ближе к делу».

– В каком смысле щедрый? – уточнил он.

– Его сиятельство любит делать подарки.

«Подарки – это неплохо. И ужином он меня, скорей всего, накормит», – подумал Ласкер, в животе у которого уже урчало от голода.

– Должен вас предупредить, господин Ласкер, – снова заговорил посланник, – что князь обожает играть в шахматы и делает это неплохо. Он был бы чрезвычайно рад, если бы вы согласились сыграть с ним партию-другую.

«Так вот в чем дело, – подумал Ласкер, усмехаясь. – Наш князек честолюбив. Желает сразиться в шахматы с самим чемпионом! Что ж, если он и впрямь так щедр, как говорит этот толстяк, я согласен поставить ему мат на десятом ходу. Но, конечно, не бесплатно».