Большая книга ужасов-29 - Ирина Щеглова

Мои ступни погружались в невесомую серую пыль, в ней оставались глубокие следы. Пыль лежала повсюду, поднималась белесыми барханами к сизому небу. Мне во что бы то ни стало надо выбраться отсюда. Малейший ветерок или неосторожное движение могут поднять целые тучи этой пыли, и тогда я задохнусь.

Шла я очень медленно, хотя мне следовало торопиться: я знала, что у меня совсем нет времени.

Сначала среди полусгнивших развалин, засыпанных пылью, потом по полю. Наконец передо мной вырос настоящий бархан, и я совсем было растерялась, но заметила цепочку чьих-то следов по склону. Значит, кто-то прошел здесь до меня и не провалился.

Я осторожно ступила в один из отпечатков. Пыль, видимо, уже слежалась и стала довольно плотной. Поднявшись по бархану, я оказалась на его гребне и увидела внизу обширный двор, запущенный, замусоренный. Но все-таки это уже не зыбучая пустыня, а земля. Там дальше глухой забор, если найти выход, то дальше будет улица. Я почему-то уверена, что за забором – улица. А по ней-то я уж как-нибудь выйду туда, куда надо.

Я спустилась с бархана, пересекла двор и увидела калитку. Наконец-то!

Время, время!

– Мария! – услышала то ли стон, то ли шепот.

Ну вот, начинается…

Они стояли толпой, вдалеке, не шевелясь, только смотрели. Ко мне тянули руки, звали. Я опустила голову и хотела пройти мимо, вот же она – калитка. Но ведь меня ждали. Две женщины: помоложе и постарше, похожие, словно мать и дочь.

– Мария, – робко заговорила та, что помоложе. – Подожди, Мария!

– Извините, мне некогда, – невежливо ответила я.

– Мы не задержим, не задержим, – быстро заговорила старшая. – Скажи, ты придешь к нам? Осталось всего несколько дней, ты ведь придешь?

– Я вас не знаю…

– Мария, не отказывай, – заискивающе попросила та, что помоложе. – Мы умрем через три дня, мы обе, сразу, понимаешь?

– Откуда такая точность? – засомневалась я.

– Здесь не обманывают, – ответила женщина.

– Но я-то при чем?

– Проводи нас, пожалуйста! – та, что помоложе, сложила молитвенно руки, вторая молча смотрела на меня. Они ждали ответа.

Вдруг к нам подбежала тощая старуха – буквально кожа да кости, и зубы желтые, лошадиные. Кривляясь и подпрыгивая, она стала просить:

– И меня, и меня!

Толпа зашевелилась, послышались стоны, вскрики.

«Ну все, мне не уйти!» – испугалась я. На этот раз мертвецов слишком много. Калитка закрыта, мерзкая старуха приплясывала, как черт на веревочке, преграждая путь.

И тогда меня кто-то словно под локоть стукнул. Я подняла руку и перекрестила ее.

Тут старуха резко вильнула в сторону, укрываясь от креста, закачалась, вихляясь, будто резиновая.

– Сгинь, – посоветовала я. Она юркнула в толпу, затаилась.

– Мария! Помоги нам! – снова послышались стонущие голоса.

Они не нападали, даже не приблизились. Просто просили. Я вспомнила женщину в кафе, ее слова: «Ты единственная, кто может им помочь». С трудом преодолев свой страх, спросила:

– Но что я могу сделать?

– Дорога! Покажи нам дорогу! – послышались голоса.

Вот те на!

– Какую дорогу?!

– Мария, мы не можем здесь оставаться, но и уйти не можем. Мы ждали тебя! Ты наш проводник…

Мамочки мои! Да где же я нахожусь? Где это – «здесь»? Что за место такое? Я же сплю, и мне просто снится… Если я сейчас проснусь, то окажусь в своей комнате. А если не проснусь? Или проснусь не дома… А вдруг это не сон?! Может, я уже на том свете?! Господи, помоги! Ведь та женщина из кафе обещала, что будет рядом. Но ее нет, я одна, где – неизвестно!

Надо срочно что-то предпринять. Срочно, срочно, срочно!!! Иначе прямо сейчас сойду с ума!

Бежать! Я должна бежать! Но как же оставить их тут? И как им помочь? Да, я провожала Ваню, но это получилось само собой, я точно знала, что должна делать, куда идти, как защищаться. А теперь? Теперь от меня требуют принять решение. А я ничего не понимаю. Где же помощь?! Мне надо немедленно найти тех, кто объяснит и научит!

– Вот что, – обратилась я к мертвецам. – Вы пока побудьте тут. Я все узнаю и постараюсь помочь. – И добавила виновато: – Я к вам вернусь. Дождитесь.

Толпа качнулась. Некоторые, как мне показалось, вздохнули с облегчением, заговорили хором, но негромко, слов не разобрать. Разбрелись.

Я распахнула калитку и действительно оказалась на улице. Абсолютно безлюдной, широкой и прямой.

Где-то внутри вспыхнул страх. Я знала, что сплю, и мне захотелось немедленно проснуться, но я не могла. Страх перерос в настоящую панику. А что, если я навсегда останусь в этом жутком месте?! Что, если не смогу вырваться?! Я ускорила шаги, потом побежала. Я бежала, почти летела, не разбирая дороги.