Закрытая школа. Начало - Екатерина Неволина

Андрей кивнул на одну из дверей и быстро заскочил в чью-то комнату. Точно так же поступил Максим.

Морозов тихо закрыл дверь и только тут обнаружил, что, оказывается, попал в комнату уборщицы. Причем сама Маша была тут и сейчас смотрела на него — не испуганно, скорее удивленно.

— Тс-с-с! — сказал ей Макс и приложил к губам палец.

Конечно, у нее не было никаких оснований его не выдавать. Напротив, Максим мог припомнить множество случаев, когда был груб с Машей. Даже не потому, что она его как-то особенно раздражала, — скорее по привычке, на ее фоне было легче поддерживать свое реноме крутого парня, который легко бросается язвительными шуточками или выливает на передник новенькой раззявы-уборщицы стакан томатного сока. В общем, недоразумения между ними случались, и не единожды, но похоже, уборщица с чего-то взялась его опекать и при всяком удобном или неудобном случае норовила залезть в душу.

В дверь постучали.

— Маша, у вас все в порядке? — послышался голос директора. — Я слышал какой-то шум…

Вот сейчас все и решится. Морозов снова приложил палец к губам и умоляюще посмотрел на уборщицу.

— Это я стул уронила. Все в порядке, Виктор Николаевич.

— Маша… я хотел… — Поляков вдруг в нерешительности замолчал.

— Что? Это срочно?

Очевидно, прежде всего он хотел, чтобы Маша ему открыла — разговаривать через дверь было достаточно неудобно.

— Да нет, потом. Извините за беспокойство и хорошей ночи.

Прислушиваясь к затихающим шагам Виктора, Макс с облегчением перевел дух: ну наконец-то!

— Что случилось? Ты что-то натворил? — Маша приблизилась к нему с видом строгой мамаши, готовой призвать к порядку собственного отпрыска.

Ха! Нашлась тут учительница! Здесь их и без Вершининой хватает! А если нравится воспитывать, пусть своих отпрысков заводит — будет ей немереный простор для деятельности. Вот, хотя бы от Байрона, он, похоже, не против.

— Ничего. Ерунда, — удостоил ответом Макс, уже направляясь к двери.

— Из-за ерунды не прячутся от директора! Тем более посреди ночи! — настаивала Маша. Похоже, она собиралась приняться за него всерьез.

— Не могу сказать. Это не мой секрет, понимаешь? — Морозов повернулся к ней, удостаивая высочайшей милости — хотя бы такого объяснения. — И что теперь? Заложишь меня?

Это ее сломило. Она опустила голову:

— Нет.

Сразу бы так!..

— Спасибо! — искренне поблагодарил Морозов и вышел из комнаты.

* * *

Даша сама едва видела то, что снимала на камеру мобильного телефона из-за застилавших глаза слез. Если бы только можно было убежать отсюда прямо сейчас и забыть все, словно страшный сон… Еще лучше — чтобы все это и оказалось сном, и можно было проснуться в своей кровати и улыбнуться миляге Паттисону, снятому на плакате в виде вампира Эдварда… Но, увы, реальность оказалась страшнее самых жутких кошмаров. И ради Савельича, ради этих погибших детдомовцев Даша должна пересилить себя и еще получить доказательства.

— Даш, пошли отсюда, ты уже все сняла, — потянул ее Рома.

— Подожди! — она снимала и снимала, словно боясь упустить какую-то важную деталь.

— Даш, мне тоже их очень жалко… — всхлипнула рядом Вика. — Но мы ничего не можем сделать. Надо уходить…

И тут из-за решетки донесся легкий шум, яркой звездой вспыхнул свет фонаря.

Ребята вздрогнули и отшатнулись.

Неужели чудовище? Неужели это за ними?!

— Ребят, это я, Олег Птицын, — послышался знакомый голос.

Птицын стоял перед ними с фонарем, освещая заросшую паутиной седую решетку. Вторая рука его была убрана за спину.

— Как хорошо, что вы здесь! — выдохнула с облегчением Вика. — Тем, открой решетку!

Артем взглянул на нее большими карими глазами и поспешно распахнул решетку.

— Там трупы сирот! И Савельич, — обратился он к журналисту.

Птицын, кажется, не удивился. У него было странное лицо. Отстраненное. Как у человека, готового на все. И рука… Зачем он держит руку за спиной, словно прячет что-то?..

— А вы как здесь оказались? Что вы здесь делаете? — спросила Даша с внезапно проснувшимся подозрением.

Журналист криво, совсем уже нехорошо улыбнулся. И в этот момент за его спиной возникло страшилище! Ребята уже видели его в коридоре. Вблизи чудовище оказалось еще страшнее: действительно огромное, с непропорционально большой головой. На плоском лице двойной перекошенный нос, низкий лоб, маленькие глазки…

Птицын наконец вытащил из-за спины руку, развернулся и щелкнул курком пистолета, стреляя в чудовище. Так вот что было у него за спиной! Пистолет!..

Журналист выстрелил и попал в ногу чудовищу. Однако это монстра не остановило. Птицын снова нажал на спуск, но чудовище оказалось быстрее. Отклонив руку с пистолетом — так, что пуля ушла в сторону, — оно схватило Птицына за шею и резко крутануло голову.

Раздался тихий, но от того еще более ужасающий треск. Безжизненное тело журналиста упало на бетонный пол, а чудовище вдруг истошно завыло.

* * *

Секретная дверь, оказывается, все это время находилась на виду. Стоило нажать на выделенное на рисунке украшение, задняя стенка камина поползла в сторону, открывая проход в подземелье.

— Даша! Вы там?! — позвал Максим в темноту, и в это время на лестнице послышался топот.

Даша, Вика, Ромка и Артем выскочили на ребят с такими лицами, словно им черти пятки поджаривали.

— Что случилось?..

— Потом, потом… — выбежавший последним Темка нажал на деталь панели, и стенка камина вернулась на место.

Как раз вовремя, потому что спустя всего лишь мгновение позади ребят послышался возмущенный голос Войтевича:

— Что это вы здесь делаете посреди ночи?.. Ну, я жду объяснений!

— Мы… — Вика опустила глаза, не зная, чем бы отговориться.

— Еще не придумали, — биолог усмехнулся. — Ну что же, у вас целая ночь впереди. А сейчас — живо марш по спальням!

Им удалось поговорить только за завтраком.

— До сих пор не могу поверить, что это все было на самом деле, — сказала Вика, когда рассказ об их вчерашнем приключении подошел к концу.

Ребята сидели над полными тарелками, и никто пока не притронулся к еде.

— Теперь у нас есть доказательства, — Даша выложила на стол свой телефон. — Надо бы это прекратить! Представляете, бедные сироты пролежали там, в подземелье, столько лет…

— А что мы можем сделать?! — Вика покрутила в руках вилку и снова положила ее на стол. — Савельич убит, Птицын убит… Меня тоже чуть не убили…