Царица проклятых - Энн Райс

Но что вы нам даете?

Неужели ваше безмолвие

Стало лучшим даром, чем истина?

А потом Дэниелу приснился сон. И на этот раз близнецысобирались приступить к пиршеству. Они должны будут поделить то, что лежит наглиняных блюдах. Одной достанется мозг, другой – сердце.

Он проснулся с ощущением тревоги и страха. Что-то должнопроизойти, всех нас ждет нечто ужасное… Именно тогда он впервые подумал, чтоэто как-то связано с Лестатом. И хотел было немедленно броситься к телефону. ВМайами тогда было четыре утра. Черт побери, ну почему он не позвонил?! Арманнаверняка сидел в тот момент на террасе виллы, наблюдая за неустанным движениембелых яхт, курсирующих между берегом и островом Ночи.

«Алло, Дэниел? – О, этот завораживающе чувственныйголос. – Успокойся, Дэниел, и скажи мне, где ты сейчас находишься».

Но Дэниел не позвонил. Вот уже шесть месяцев, как он покинулостров Ночи, и на этот раз, полагал он, навеки. Он раз и навсегда отрекся отмира ковров, лимузинов и частных самолетов, от погребков с редчайшими винами,от гардеробов с роскошной, сшитой по последней моде одеждой, от неслышного и вто же время подавляющего присутствия своего бессмертного любовника, которыйдарил ему все, что только можно пожелать.

Но сейчас очень холодно, а у него нет ни комнаты, ни денег,и ему страшно.

«Ты же знаешь, где я, ты, демон! Ты знаешь, что сделал Лестат!И знаешь, что я хочу вернуться домой».

И каков в этом случае мог быть ответ Армана?

«Но я не знаю, Дэниел. Я слушаю. Я стараюсь узнать. Ведь яне Господь Бог, Дэниел».

Не имеет значения – ты просто приди, Арман. Приди. В Чикаготемно и холодно. А завтра вечером в Сан-Франциско Вампир Лестат будет исполнятьна сцене свои песни. И произойдет что-то плохое. Этот смертный знает, чтоговорит.

Не замедляя шага, Дэниел сунул руку за воротник своегомешковатого свитера и коснулся тяжелого золотого медальона, с которым никогдане расставался. Арман называл его амулетом – ему всегда была свойственнанепреодолимая тяга к театральности, хотя сам он отказывался это признать.Внутри медальона находился крошечный флакончик с кровью Армана.

Интересно, а если бы он никогда не пил из этой чаши, явилсябы ему этот сон, это видение, это предзнаменование гибели?

На него стали оборачиваться прохожие – наверное, он опятьразговаривает сам с собой. Порыв ветра заставил его громко вздохнуть. Впервыеза все эти годы у него возникло искушение вскрыть медальон и флакон и ощутитьна языке обжигающий вкус крови.

«Приди ко мне, Арман!»

Сон, пришедший к нему сегодня в полдень, оказался самымтревожным из всех.

Он сидел на скамейке в небольшом парке возле Уотертауэр.Раскрыв оставленную кем-то газету, он увидел объявление: «ЗАВТРА ВЕЧЕРОМ ВСАН-ФРАНЦИСКО СОСТОИТСЯ КОНЦЕРТ ВАМПИРА ЛЕСТАТА». Кабельные телеканалы будуттранслировать концерт в десять часов по чикагскому времени. Как хорошо тем, ктоживет в доме, может платить за квартиру и электричество. Как же ему хочетсяпобывать на этом концерте, получить истинное наслаждение при виде того, какЛестат всех удивит! Ему стало вдруг очень холодно, и он затрясся в сильнейшемознобе.

А что, если Арману ничего не известно? Но в витринахмузыкальных магазинов на острове Ночи наверняка выставлены пластинки ВампираЛестата. Его пленительные, гипнотические песни непременно звучат во всехэлегантных салонах и фойе.

В какой-то момент Дэниелу даже пришло в голову отправиться вКалифорнию самостоятельно. Конечно, он сможет каким-нибудь чудом забрать изотеля свой паспорт и пойти с ним в банк. Богатый, ах какой же он богатый, этотбедный смертный мальчик…

Но о столь решительном поступке и думать нечего. Теплые лучисолнца согрели его лицо и плечи, и он поудобнее устроился на скамейке, подложивпод голову свернутую газету.

И вновь пришел сон, поджидавший его все это время…

Полдень в стране близнецов: солнечный свет заливает поляну.В царящей вокруг тишине слышится только пение птиц.

Близнецы неподвижно стоят в пыли, на коленях. Женщины оченьбледны, у них зеленые глаза и длинные, вьющиеся медно-рыжие волосы. На нихкрасивые одежды: белые полотняные платья прибыли из далекой Ниневии, где жителидеревни купили их на рынке, чтобы умилостивить могущественных ведьм, которымподчиняются даже духи.

Погребальное пиршество готово. С печи сняты и отложены всторону глиняные кирпичи, и горячее, дымящееся тело, из-под потрескавшейся кожикоторого сочится желтая жидкость, покоится на каменной плите. Почерневшееобнаженное существо, прикрытое только спекшимися листьями. Зрелище привелоДэниела в ужас.

Но никого из присутствующих оно не ужасало – ни самихблизнецов, ни жителей деревни, опустившихся на колени в ожидании началапиршества.

Это пиршество было и правом и обязанностью близнецов.Обугленное тело на каменной плите принадлежало их матери. Человеческое должноостаться с людьми. Возможно, трапеза продлится целые сутки, но все будутнаблюдать за ней до самого конца.

И вот по окружившей поляну толпе пробегает волнавозбуждения. Одна из сестер поднимает блюдо, на котором лежат мозг и глаза, адругая кивает головой и берет блюдо с сердцем.

Итак, раздел состоялся. Раздается барабанная дробь, однакосамого барабанщика Дэниел не видит.

Медленный, очень четкий и жесткий ритм.

«И да начнется пир!..»

Но вдруг раздается крик – Дэниел ожидал, что именно так ислучится. «Остановите солдат!» Но он не в силах что-либо сделать. Именно таквсе это где-то произошло – теперь он в этом совершенно уверен. Это не сон, этовидение. И он там не присутствует. Солдаты выскакивают на поляну, деревенскиежители бросаются врассыпную, близнецы ставят блюда и пытаются прикрыть своимителами дымящееся угощение. Это походит на всеобщее сумасшествие.

Солдаты с удивительной легкостью отрывают их от камня иподнимают плиту – тело падает, рассыпаясь на части, – а сердце и мозгшвыряют в пыль. Близнецы пронзительно кричат, их вопль повторяется снова иснова…

Отовсюду доносятся крики крестьян, солдаты убивают их прямона бегу. Горные тропы усеяны мертвыми и умирающими. Упавшие с блюда глазаматери вместе с мозгом и сердцем втоптаны в грязь.

Одна из сестер, с заломленными за спину руками, взывает кдухам о мщении. И они откликаются, они действительно приходят. Поднимаетсявихрь. Но этого недостаточно.

Только бы все это наконец закончилось. Но Дэниел не можетпроснуться.