Большая книга ужасов 76 - Елена Усачева

А потом мы ехали туда, куда показали добрые люди из маленькой деревушки. До асфальта, налево, до трассы — и там по указателям.

Пятьдесят километров. Всего пятьдесят километров. Если пешком — за десять часов дойти можно. А то и быстрее.

Я листал книгу. Было там про ущелье, которое герои перепрыгнули на Трусливом Льве, про быструю речку, в которой застрял Страшила, про маковое поле, где герои уснули.

Уснули. Я поежился. Ладно, сон — это нормальное состояние, забудем. Мало ли почему мы уснули. Перенервничали. Мама моя так и говорит: «Что-то я перенервничала. Пойду полежу». Мы же сколько вокруг этого дома носились? С Марой поорали хорошо.

Я старательно гнал от себя дурные мысли. Устали — и точка. Уставший человек где только не уснет. Может, потому, что воды выпили. Или газов надышались. Вчера кто-то предупреждал про болота, что они газы выделяют. Не помню кто.

Мы ехали. Неспешно, потому что дорога стала особенно ухабистой. Можно сказать, ползли.

— А мы какой уже день в пути? — спросила Мара.

— Завтра будет третий, — ответил Сумерник.

— Вот завтра все и закончится, — успокоила нас Мара.

— Почему завтра?! — возмутился Чернов. — Сегодня. Хватит ездить!

— Потому что в сказках всегда все заканчивается на третий день, — не унималась упырица. — Можешь вон у Димки спросить.

Хорошо, что Чернов не стал у меня ничего спрашивать, а то бы я в него книжкой запустил. Как раз уже прочитал про маковое поле, про королеву мышей и добрался до Изумрудного города. Наверное, это был третий день у компании монстров, я не считал. На третий день у них все и закончилось. Или нет? В книжке еще много страниц. Вряд ли столько занимает описание финального пира.

— Мы сегодня приедем в Суздаль? — спросил я.

— Мы сегодня уже куда-нибудь приедем, — буркнул Сумерник.

Мы ползли. Асфальт не появлялся.

— А поехали домой? — предложил я.

— В смысле? — спросил Сумерник, выбивая ручку передач на нейтралку. Машина остановилась.

— Обратно. — От этой идеи мне даже радостно стало. — Твой друг нас вчера ждал. И сегодня уже полдня прошло. Он не ждет. А домой… мы же помним дорогу. До озера, вокруг, на асфальт — и по прямой. Мы нигде не сворачивали.

— А чего? Поехали! — прыгнул к моему подголовнику Чернов.

Сумерник уставился в лобовое стекло:

— Что вообще происходит?

Чернов еще раз рассказал легенду про черный навигатор. Что он специально появился, чтобы нас завести в гиблое место.

Сумерник молчал.

Вступила Мара, поведала о мертвых сестрах и о том, как мы боролись с ведьмой, как она нас выпустила. Что навигатор — это фигня, а вот ведьма — силища. Но мы ее победили. При помощи магических вещей, крепкой дружбы и немножко птички с мышкой.

Сумерник фыркнул.

— А на самом деле? — посмотрел он на меня.

— На самом деле это он во всем виноват! Его ведьма выбрала, — знакомо заверещало сзади.

Я не удержался и врезал Маре книгой по голове. Звонко получилось. Мара откинулась.

— Достала! — Заодно и книгу туда бросил, чтобы не выпрыгивала.

— Так куда едем-то? — тихо спросил Сумерник.

— Все равно куда, — вздохнул я и рассказал свою версию. Про ведьму. Про то, что она нас не выпустит. Вернее, выпустит, но не всех. Меня вот согласна, но при условии. Что навигатор — это мелочи: глюканул — в болото завел. А вот дальше пошла суровая правда про умирающую колдунью, которой нужно кому-то дар передать. Сам удивился, откуда у меня все эти слова нашлись, правильные. Никогда ничего про колдунов не знал, ни в какой книжке не читал, что свой дар они передают перед смертью. А тут целым докладом развернулся. Литераторше бы понравилось.

— Это ты! Ты! — опять прыгнула вперед Мара и даже ухитрилась вцепиться мне в волосы. У меня искры из глаз посыпались — до того стало больно. Сзади завозились — двоюродный решил вступиться. А я схватился за голову, потому что решил, что с меня содрали скальп. Не содрали. И даже кровь не текла.

— Ехали, ехали — и приехали, — протянул Сумерник. — Навигатор при чем?

— Я думаю, случайно под раздачу попали. Видимо, когда близко к ее владениям подъезжаешь, она начинает технику заговаривать, вот он и крутит на одном месте.

— Какое «случайно»! — взвизгнула Мара, но Чернов придавил ее локтем. Жаль, машина трехдверная, можно было бы выкинуть девчонку. А так — только через голову Сумерника: упрется, не пролезет.

— Случайно. — Сумерник побарабанил пальцами по рулю.

— Помнишь, навигатор поначалу нас все на трассу выводил, а ты огородами ехал, говорил, что так быстрее, что на трассе пробки.

— А-а-а! — задохнулись на заднем сиденье.

Страшно так. Мы с Сумерником решили, что Чернов сестру придушил. Нет. Мара сидела, вжавшись в угол, и с ужасом смотрела на нас.

— Это тыыыыиии, — провыла она.

Я с облегчением подумал, что теперь она смотрит не на меня, а на Кирилла.

— Ты предложил ехать в эту глушь! Из-за тебя мы сюда попали! Ты виноват!

Ее даже Чернов отпустил и теперь тоже с осуждением смотрел на Сумерника.

— Выйти? — тихо спросил я.

— Зачем? — покосился на меня Кирилл.

Я пожал плечами. Мне кажется, все было очевидно.

— Выкинем их, дальше поедем.

— Я вам выкину! — Мара задрала ноги, уперлась в сиденье Сумерника. Его немного пригнуло к рулю.

— Спокойно! — двинул он локтем сложившееся кресло. — Сели ровно и заткнулись! Я сейчас вас всех высажу и машиной в дорогу вкатаю! Чего вы такие кривые?

Я прикрыл голову. Почему-то показалось, что Сумерник сейчас начнет кидать в нас тяжелые предметы. Не стал. Посидел, схватившись за руль, поизучал пейзаж за лобовым стеклом. Спросил спокойно:

— Ведьма есть?

— Нет ее больше! — взвыла Мара.

— Есть, — прошептал я, глядя себе на колени. Не мог я сейчас смотреть на Сумерника.

— Есть… — Сумерник почесал затылок. — И она нас вертит на одном месте?

— Получается, что да. — Я тоже почесал затылок и вдруг вспомнил птичку. — Но не всегда. Нас из дома вывела птица. А из леса — мышь.

— Зоопарк какой-то! — простонал Сумерник.

— Мышь — проводник между мирами! — встряла Мара.

Плохо Чернов родственницу бьет, надо больше, чтобы сил на разговоры не было.

— Как-то эту ведьму победить можно? Святая вода, крест?

Тут даже Мара не нашла что сказать. Я пожал плечами. Чтобы все объяснить, пришлось бы рассказывать о случившемся около дома, от начала до конца. Обо всех наших нелепых попытках «что-то сделать». И как на все это ведьма смотрела, наверное, и ухохатывалась.