Бестиарий. Книга странных существ - Александра Давыдова

– А какой он?

– Шиш-то? Да кто его…

Матвей в лесниках уже шестой год. Бороденка у него редкая, под глазом синяк, на пальце кольцо от пивной банки. Коля, практикант из районной газеты, мнется, но спрашивает: зачем кольцо?

– От шиша, – отвечает Матвей. – Шиш железа не переносит. Нет кольца – лупи из всех стволов. Главное, чтобы он не засмеялся.

– А если засмеется? – Коля фотографирует кольцо.

– Все, – ежится Матвей. – Сквасит он тебя.

– Как это? – не понимает Коля.

– По-разному, – ощупывает приманку в котомке лесник.

– Он опасный? – беспокоится Коля.

– Не боись, практикант.

Дорожка ныряет под низкие еловые лапы. Коля гнет голову, но все одно, паутина залепляет лицо. Вот ведь угораздило. Чего ему не сиделось в Москве? Аж живот скрутило. Романтика, мать ее…

– Старший лесничий лес держал, – бормочет Матвей. – При нем шиш не выбирался. Десять лет! А вот как лесничий овдовел да запропал… Тут и…

– Не сходится что-то! – кричит Коля. Матвей оборачивается и видит, что тот выбирается из кустов, застегивая штаны. – Все его боятся, но никто не видел. Что это за напасть-то? Может, морок?

– Морок? – не понимает Матвей. – Вот как сквашиваться начнешь, сразу поймешь, что не морок это. Ты не отходи больше. Впрочем, может, оно и к лучшему. Все приятней в чужака пулять, чем в самого себя.

– Пулять? – пугается Коля.

– А как иначе? – нехорошо смеется Матвей. – Ладно. Не боись особо. Солью пулять. Дюже шиш соль не любит.

– А я тут причем? – беспокоится Коля.

– При том, – хмурится Матвей. – Пришли, однако.

Лесник долго смотрит в траву, кивает, расстилает газетку, сыплет мелочь и ставит начатую поллитровку. Отходит к орешнику, ложится пузом в траву, прикладывает к плечу берданку. За его спиной укладывается и сопит Коля. Минут через пять в лесном сумраке раздается топот и на поляне показывается еще один Коля.

– Быстро, – цедит сквозь зубы Матвей.

– Ёшкин кот, – охает вполголоса практикант.

– А ты как думал, – кривит губы Матвей. – Жуть и есть. Хорошо, что тебя шиш играет, в себя трудно пальнуть. Ну, давай, погань, повернись задницей!

Второй Коля словно слышит. Останавливается у газетки, наклоняется и, озираясь, начинает собирать мелочь.

– Точно шиш, – хихикает Матвей. – На поллитровку и не смотрит. Блестящее тырит.

– Может, он не пьет? – шепчет практикант.

– А вот сейчас мы его и спросим, – отвечает Матвей и нажимает на спусковой крючок. Раздается выстрел и второй Коля взвивается, хватается за зад и с воплями ломится в чащу через кусты.

– Дело сделано, – поднимается Матвей. – Пускай теперь в соседнем лесничестве охоту ставят. Ты там не шибко обиделся?

– Да ладно, – отвечает за его спиной первый Коля и начинает мерзко хихикать.

Спина Матвея деревенеет. Руки не слушаются. Он пытается обернуться, но не может. Тело застывает и одновременно расплывается студнем.

– Ничего-ничего, – раздается из-за спины сквозь хихиканье. – И не такие сквашивались.

– У меня ж жена… – хрипит Матвей.

– А у лесничего разве ее не было? – удивляется голос. – И что? Десять лет, душа в душу… Я ж не пью.

Шиш