Сестры ночи - Дженнифер МакМахон

– Моя мама ничего не ломала, – резко перебила его Эми. Она встала и взяла пачку сигарет со столешницы. Вытряхнула одну и предложила Джейсону.

– С удовольствием, – сказал он, хотя почти не курил со старших классов – только когда сильно уставал или беспокоился.

Эми подала ему сигарету, прикурила сама и поставила пепельницу на стол.

– Тогда в чем дело?

– Она сошла с ума, – ответила Эми. – Деменция, по словам врачей.

Джейсон втянул дым и медленно выдохнул:

– А я-то думал, все хорошо. Говорили, она отлично справляется.

– Так и было! Все шло прекрасно. Понимаешь, у меня как будто… наконец появилась мама. Как у всех нормальных людей. Но пару месяцев назад она вдруг стала говорить разные странности. Нести всякий бред.

– Например?

– Ну, например, про монстров. – Эми невесело рассмеялась. – Вроде как существуют настоящие монстры с острыми когтями и зубами, и один из них обитает у нас в мотеле. Она сказала, надо действовать, иначе вскоре случится нечто ужасное.

– Ничего себе. Она выпивала?

– Сомневаюсь. По крайней мере, я не видела, и запаха не было. Она меня страшно пугала. И детей тоже. Они просыпались среди ночи, а она стояла у их кроватей и смотрела. Марк спросил, какого черта Роуз делает, и она ответила, что защищает их. Стоит на страже. Бережет нас от чудищ. – На последнем слове Эми показала в воздухе кавычки.

– Жуть какая. Мне очень жаль.

Эми кивнула.

– Мы отвезли ее к врачу. Положили в больницу, сделали кучу анализов, но нет никаких физических отклонений, ничего нельзя сделать, бла-бла-бла, и ее выписали. Марк не хотел, чтобы она возвращалась домой. Оставлять ее с детьми было небезопасно, так что мы отправили ее в лечебницу. Там о ней хорошо заботятся.

– Пожалуй, оно и к лучшему.

Эми вытащила из пачки еще одну сигарету и прикурила от предыдущей. У нее тряслись руки.

– Дело вот в чем… Я никому об этом не говорила, даже Марку. – Эми шумно вздохнула, собираясь с духом. – Мне начинает казаться, что мама вовсе не сошла с ума. Что она… возможно… права.

Джейсон затушил свою сигарету.

– В чем именно? – Он говорил тихо и спокойно, как его и учили общаться с эмоционально нестабильными людьми.

Эми потянулась к нему через стол и взяла его за руку.

– Никому не расскажешь, Джей-Джей? – В глазах у нее стояли слезы. – Может, я тоже схожу с ума, по-моему…

– Мама? – прощебетал кто-то сзади.

Эми отдернула руку и вытерла глаза.

– Лу? Ты чего так рано?

У входа в кухню стояла маленькая девочка с огромным розовым рюкзаком за спиной. На вид лет восьми или девяти. Миниатюрная копия матери, только более яркая и выразительная, в блестящей розово-сиреневой одежде и кроссовках.

– Учительское собрание, забыла? Я же приносила тебе записку на прошлой неделе, – слегка раздраженно сказала Лу, будто Эми частенько пропускала мимо ушей нечто подобное.

– Видимо, забыла, – со вздохом ответила Эми. – Прости, милая.

Лу посмотрела на Джейсона.

– А это кто?

Эми встала.

– Это мой друг Джейсон. Можешь звать его Джей-Джей. Джей-Джей, это моя дочь Лу.

– Я не знала, что у тебя есть друзья полицейские.

– А я не знал, что у твоей мамы есть такая прекрасная маленькая девочка, – улыбнулся ей Джейсон.

– Я не маленькая, – сказала Лу. – Мне уже десять. Это двузначное число.

Джейсон кивнул.

– Ты права. Десять – это много.

– С моим папой ты тоже дружишь? – спросила она.

– Конечно. – Джейсон посмотрел на часы. – Пора обратно в участок. Был рад познакомиться, Лу. Эми, спасибо за кофе. Можешь не провожать.

– Спасибо, что зашел, – сказала Эми. – Скоро поболтаем еще. Передавай привет Марго.

* * *

– Я тебя знаю, – сказала Роуз, глядя на Джейсона темными глазами. – Я знаю, зачем ты здесь.

Седые волосы заплетены в тугую косу, на фарфорово-белой коже почти нет морщин, только едва заметные гусиные лапки у глаз. Роуз сидела в кровати, по телевизору шел «Магазин на диване». В комнате пахло тальком и отбеливателем, и исподволь, словно тайком, сквозило некое зловоние, запах плесени.

Поскорее бы убраться из Фокскрофта, зря он вообще сюда приехал. Медсестра на входе сказала, что состояние у Роуз переменчивое – то лучше, то хуже. Она плохо соображала, быстро перевозбуждалась, ночами бродила по коридору, не понимая, где находится. Ради ее собственной безопасности на кровать поставили сигнализацию, а чтобы успокоить Роуз, повысили дозу лекарств.

– Зачем же я приехал? – спросил Джейсон, будто раздраженный мальчишка. Это пустая трата времени. Даже медсестра подтвердила, что у Роуз плохо с головой. Годы запоев, или что она там употребляла, нарушили работу нервных клеток, отравили мозг.

Но ведь Эми просила.

У него в голове крутились ее слова: «Мне начинает казаться, что мама вовсе не сошла с ума. Что она… возможно… права».

Роуз приподнялась в кровати, сделала вдох и, медленно выдохнув, продолжила:

– Ты хочешь узнать то, что знаю я.

– Отлично, – развел Джейсон руками. – Просветите меня. Что же вы такое знаете?

Роуз смерила его взглядом.

– Я бы с радостью рассказала тебе, Джейсон. Правда. Только я не уверена, что ты готов это услышать.

Она точно ненормальная, вон какой безумный взгляд. Может, и у Эми поехала крыша. Передалось по наследству.

– Был рад повидать вас, миссис Слейтер. – Джейсон коснулся шляпы – старики вроде как это любят – и пошел к выходу.

– Мисс, – поправила его Роуз.

– Что, простите?

– Я не выходила замуж. Отец Эми оказался ничтожеством. Пустым местом. На такого один день жалко потратить, не то что целую жизнь. Слейтер – моя девичья фамилия. Так что я мисс Слейтер.

– Прошу прощения, мэм.

– Тебе известно, где моя внучка, Джейсон?

– С ней все хорошо, – ответил он. – Она в безопасности.

– В безопасности! – с недоверием повторила Роуз.

– Я просто заглянул повидать вас, – сказал Джейсон. – Пора на работу. Всего доброго.

– Джейсон, – окликнула Роуз, когда он уже готов был выскользнуть в коридор и, пройдя мимо медсестры, выбраться на свежий воздух. Можно было бы сделать вид, что не услышал ее, и целенаправленно выйти из комнаты, только вот походка выдаст его желание поскорее умотать отсюда.

– Да?

Он обернулся. Мама учила его уважать старших, всегда быть вежливым, проявлять сочувствие к тем, кому плохо. К тому же это не просто какая-то старуха, а мать Эми. Какой бы сумасшедшей Роуз ни была, она заслуживает его внимания.