Сияние - Стивен Кинг

– Пропустите, – сказал Дэнни.

– Сейчас я тебя съем, малыш, – ответил человек-собака ивдруг из ухмыляющегося рта вырвался целый залп лая. Свирепого по-настоящему,хотя понятно было, что это – подражание. Костюм был тесным, и темные волосымужчины слиплись от пота. Он выдыхал смесь виски и шампанского.

Дэнни дрогнул, но не побежал.

– Пропустите.

– Только через мой труп-труп-труп, – отозвалсячеловек-собака. Маленькие красные глазки внимательно глядели в лицо Дэнни. Сгуб не сходила ухмылка. – Я тебя съем, малыш. И думаю начать с твоегомаленького пухленького члена.

Ворча, он кокетливо поскакал вперед маленькими прыжками.

У Дэнни сдали нервы. Оглядываясь через плечо, он помчалсяобратно в короткий коридорчик, который вел к их комнатам. Вслед полетелсмешанный с лаем и рыканием вой, его прерывало невнятное бормотание и смешки.

Дэнни, дрожа, стоял в коридоре.

– Поддай жару! – орал из-за угла пьяный человек-собака. –Поддай жару, Гэрри, сукин ты ублюдок! Наплевать мне, сколько у тебя казино,авиалиний и кинокомпаний! Знаю, знаю, что тебе нравится в уединениисобственного дома! Поддай жару! «Будуфффу-у… и буду пффф…» пока Гэрри Дервентак чертям собачьим не СДУУУУУет! – тирада завершилась долгим, бросающим в дрожь,воем, который, прежде чем замереть вдали, словно бы перешел в боль и ярость.

Предчувствуя дурное, Дэнни развернулся и спокойно пошел вконец коридора, к закрытой двери спальни. Открыв ее, он просунул голову внутрь.Мама спала в той же самой позе. Никто ничего не слышал, только он.

Мальчик тихонько притворил дверь и пошел обратно кпересечению их коридора с основным, надеясь, что человек-собака исчез, каккровь со стен президентского люкса. Он осторожно выглянул из-за угла.

Человек в костюме собаки все еще был там. Он снова наделмаску и сейчас скакал на четвереньках возле лестницы, гоняясь за собственнымхвостом. Иногда он спрыгивал с ковра и падал, рыча по-собачьи.

– Вау! Вау! Боу воу воуууууууу! ГРРРРР!

Из стилизованной под ворчание пасти маски вылетали глухиезвуки и среди прочих такие, которые могли быть всхлипами или смешком.

Дэнни вернулся в спальню и уселся на кроватку, закрыв глазаруками. Теперь хозяином положения стал отель. Может, первые происшествия быливсего лишь случайностями. Может быть, те вещи, которые Дэнни видел в начале,действительно не могли причинить вреда, как не могут этого страшные картинки.Но теперь ими управлял отель, и они могли обидеть и сделать больно. «Оверлук»не хотел, чтобы Дэнни шел к отцу. Это могло испортить всю забаву. Поэтому онпоставил у Дэнни на пути человека-собаку – как поставил на пути к дороге зверейживой изгороди.

Но папа может придти сюда. И рано или поздно папа придет.

Мальчик заплакал. Слезы беззвучно катились по щекам. Слишкомпоздно. Они погибнут, все трое и, когда на будущий год в конце весны «Оверлук»опять откроется, окажутся тут как тут, чтобы вместе с остальными призракамивстретить гостей. И женщина из ванны. И человек-собака. И ужасное созданиетьмы, которое было в цементном тоннеле. Они…

(перестань! перестань сейчас же!) Дэнни принялся яростнотереть глаза кулаками, прогоняя слезы. Он сделает все, что сможет, только быэто не произошло. Ни с ним, ни с папой и мамой. Он будет стараться изо всехсил.

Он закрыл глаза и пронзительным, сильным, чистым ударомгрома послал мысль (!!!ДИК ПОЖАЛУЙСТА ПРИЕЗЖАЙ ПОСКОРЕЕ НАМ ОЧЕНЬ ПЛОХО ДИК НАМНУЖНО) И вдруг во тьме позади Дэнни оказалось существо, гнавшее его в снах потемным коридорам «Оверлука» – прямо там, там, огромное создание в белом,занесшее над головой доисторическую клюшку:

– ТЫ У МЕНЯ ПЕРЕСТАНЕШЬ! ЩЕНОК ПРОКЛЯТЫЙ! Я ТЕБЯ ЗАСТАВЛЮПРЕКРАТИТЬ ЭТО, ПОТОМУ ЧТО Я – ТВОЙ ОТЕЦ!

– НЕТ! – он рывком вернулся в реальность спальни, широкораскрыв неподвижные глаза, изо рта несся визг, с которым ничего нельзя былоподелать. Мать мигом проснулась и села, прижимая к груди простыню. – НЕТ,ПАПОЧКА, НЕТ, НЕТ, НЕТ…

И оба услышали злобный свист невидимой клюшки, которая,опускаясь, рассекала воздух где-то совсем близко, а потом, когда он подбежал кматери и, дрожа, как кролик в силках, обхватил ее, свист затих и наступиломолчание.

«Оверлук» не собирался позволить Дэнни вызвать Дика. Этотоже могло испортить всю забаву.

Они были одни.

Снаружи усилился снег, отгородив их завесой от всего мира.