Луна-парк - Ричард Лаймон

– Слабый желудок, Герцог?

– Да ты же его просто выпотрошил.

– Раскромсал выродка, а четвертака не дал.

– Я уж думал, вы покойники, – сказал Самсон.

– Все в порядке? – спросила Таня у Джереми за спиной.

– Ванна бы мне не помешала, – сказал Ковбой.

Лиз рассмеялась и хлопнула его по груди. От рубашки полетели кровавые брызги.

– Ладно, – сказала Таня. – Движемся дальше. Всем быть настороже. Бог знает, на что мы еще можем наткнуться.

Они пошли дальше. Джереми ступил на решетку без колебаний. Они все пошли по решеткам. Словно после того, как Ковбоя атаковал подвешенный, такие мелочи, как тролли под ногами, совершенно их не беспокоили.

Продвигаясь вперед, они посматривали на потолок. Вглядывались в стены.

И наконец добрались до конца коридора.

По правую сторону находилась закрытая дверь. По левую зиял чернотой открытый проем.

Таня сняла со стены свечу, опустилась перед проемом на колени и подалась вперед. На мгновение ее голова вместе со свечой исчезли в темноте.

– Ну не знаю, – сказала она, выбравшись обратно.

– Что там?

– Горка.

– Горка? – переспросил Самсон.

– Это же, мать его, «Веселый домик», – напомнила Лиз.

– И куда она ведет?

– Вниз, – сказала Таня. – Больше мне ничего не удалось разглядеть. Но эта горка должна вывести нас на первый этаж.

– Да, – сказал Самсон. – И к тому, что нас там поджидает.

– Все лучше, чем торчать здесь.

– Почему бы нам не попробовать ту дверь? – спросила Светлячок.

– Хорошая мысль, – сказала Лиз. – Попробуй.

– Нет, не надо, – заволновался Джереми.

– Я иду на горку, – сказала Таня.

– Не надо, – повторил Джереми.

– И что же нам теперь делать? Оставаться здесь? Одолжи мне свой тесак, Ковбой.

Тот протянул ей тесак, но Самсон вытянул руку и перехватил его.

– Я пойду первым, – сказал он. – А вы подождите здесь, пока не услышите моего ответа.

Таня поцеловала его в губы.

Джереми ожидал укола ревности, но нет. Парень заслужил поцелуя, подумал он. Куда как больше чем я.

– Ты молодец, – сказала Таня. – Теперь я у тебя в долгу.

Самсон выдавил подобие улыбки, отвернулся, присел и начал продвигаться к отверстию. Таня дала ему свечу.

– Наверняка потухнет, – сказал Самсон, но свечу все равно взял. Наклонившись вперед и прижимая тесак к груди, он залез в проем и скрылся из виду.

Таня опустилась на колени и заглянула туда.

– Будьте готовы прыгать как можно скорее, – сказала она. – Возможно, придется действовать быстро.

И тут из отверстия вырвался крик. Не крик испуга, нет – то был истошный, душераздирающий вопль страдания.

– Самсон! – закричала Таня.

– О, милосердный Боже!!! – выл Самсон. – О, мать ва… А-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а!!!

– Что там? – спросила Таня.

– Я… я… Боже, как больно!!!

– Нам спуститься?

– Нет!!! Нет!!! Ради Бога!!!

– Может, все-таки попробуем дверь, – предложила Светлячок. Сжав руку Джереми, она бросилась к противоположной стороне коридора.

– Подожди! – закричал он.

Но она распахнула дверь… и отпрянула.

Ахнув, она круто развернулась, и тут же из комнаты, точно чертик из табакерки, выскочил тролль. Неуклюжий мужик с грязно-серым лицом и длинной черной бородой. Ухватив Светлячка сзади за блузку, тролль рванул ее на себя, сбив с ног. Джереми бросился ей на помощь. Вытаращив глаза, она ускользала в темноту дверного проема, протягивая Джереми руки. Тесак, вероятно пущенный Лиз, кувыркаясь пролетел на волоске от головы бродяги, едва не задев его, и исчез во тьме. Пальцы Джереми коснулись пальцев Светлячка. Но она ускользала.

– Нет! – закричал он, когда она исчезла в комнате. Дверь захлопнулась, ударив его по плечу и отбросив в сторону.

Вновь ринувшись к двери, Джереми услышал лязг засова. Он вцепился в ручку, дергая и выкручивая ее.

– Нет! – кричал он. – Отпусти! Отпусти ее, скотина!

Он колотил по двери, таранил ее плечом, бил ногой.

Дверь не открывалась.

Рыдая, он повалился на колени.