Лорд Теней - Кассандра Клэр

Гипатия медленно моргнула – словно звезды исчезли за облаком и вновь показались.

– Если ты настаиваешь…

Она повернулась, чтобы уйти, но затем помедлила, оглянувшись через плечо на Тая и Ливви.

– Если вам жаль тех созданий, фэйри, которые умирают в клетках, – сказала она, – подумайте вот о чем: если бы не Холодный мир, на котором настоял ваш народ, их бы здесь не было. Кровь на ваших руках, Сумеречные охотники.

Она исчезла между палатками. Тай выглядел совершенно убитым.

– Но у меня на руках нет…

– Это просто так говорится, – Ливви обняла близнеца и крепко прижала к себе. – Это не твоя вина, Тай. Она просто хочет тебя помучить.

– Нужно торопиться, – сказал Кит колдуну в капюшоне и мантии, и тот кивнул.

– Идите за мной, – велел он и скользнул в свою палатку. Остальные последовали за ним.

Внутри палатка оказалась на удивление чистой и аскетичной: деревянный пол, простая кровать с бортиками и несколько полок с книгами, картами, бутылями с порошком, разноцветными свечами и банками, в которых плескались жидкости неприятных цветов. Тай выдохнул, прислонившись к одному из шестов палатки. На его лице, пока он наслаждался относительными спокойствием и тишиной, отчетливо отразилось облегчение. Кит хотел было подойти к Таю и спросить, все ли с ним в порядке, но Ливви его опередила и отбросила со лба брата влажные от пота волосы. Тай кивнул и сказал ей что-то, чего Кит не расслышал.

– Подойдите, – произнес колдун, – присядьте со мной.

Он указал на столик в центре комнаты, окруженный стульями. Сумеречные охотники сели, и колдун в капюшоне занял место напротив. В дрожащем освещении палатки Кит заметил, как под капюшоном мелькнула маска, скрывавшая лицо колдуна.

– Можете называть меня Шейд, – сказал он. – Это не настоящее имя, но вполне пойдет.

– Почему вы солгали, чтобы нас защитить? – спросила Ливви. – Там, снаружи. У вас же нет никаких договоренностей с Барнабасом Хейлом.

– О, ну, несколько найдется, – произнес Шейд. – Не насчет вас, конечно. Но я Барнабаса знаю. И заинтригован тем, что его знаете вы. Не многие Сумеречные охотники даже слышали его имя.

– Я не Сумеречный охотник, – сказал Кит.

– Охотник, да еще какой, – возразил Шейд. – Ты тот новый Эрондейл.

– А вы откуда знаете? – резко спросила Ливви. – Выкладывайте сейчас же.

– Узнал по лицу, – сказал Шейд Киту. – По твоему миленькому личику. Ты не первый Эрондейл, с которым я общаюсь, и даже не первый с такими глазами… Похожими на разбавленные сумерки. Не знаю, почему у тебя только одна метка, но могу попытаться угадать. – Он сложил пальцы домиком, оперся на них подбородком, и Киту показалось, что на запястье колдуна, за краем перчатки, блеснула зеленая кожа. – Должен признаться, я и не думал, что когда-нибудь буду иметь удовольствие развлекать Потерянного Эрондейла.

– Вообще-то тут не так уж весело, – сказал Кит. – Вот если бы мы снимали кино…

Ливви подалась вперед.

– Простите, – сказала она. – Он всегда такой… когда ему не по себе.

– Кто бы знал, что это передается по наследству. – Шейд протянул затянутую в перчатку руку. – Ну, показывайте, что вы там принесли. Это, я полагаю, была не выдумка?

Тай сунул руку в карман куртки и вытащил кристалл алетейи. В отблесках свечей тот сверкал сильнее прежнего.

Шейд усмехнулся.

– Памятехранилище, – сказал он. – Кажется, кино вы все-таки получите.

Он протянул руку, и после секундного колебания Тай позволил ему взять кристалл.

Шейд осторожно установил кристалл в центре стола. Провел над ним рукой, нахмурился и снял перчатку. Кожа у него действительно оказалась зеленой. Интересно, подумал Кит, зачем Шейд так старается скрыть это тут, на Сумеречном базаре, где колдуны – обычное дело.

Шейд провел рукой над кристаллом и что-то пробормотал. Язычки свечей задрожали. Шейд заговорил громче. Кит узнал латынь, которую три месяца учил в школе, пока не решил, что ему не пригодится язык, на котором можно поговорить разве что с папой Римским, а с ним Кит вряд ли встретится.

Сейчас он вынужден был признать, что латынь звучит внушительно, словно каждое слово имеет глубокое значение. Свечи погасли, но комната не погрузилась в темноту: кристалл сиял все ярче и ярче.

Наконец, из него появился луч света, и Кит понял, что имел в виду Шейд, когда говорил о кино. Луч волшебного света, словно луч проектора, отбрасывал на темную стену палатки движущиеся картины.

В круглом зале с множеством скамей, похожем на университетскую аудиторию, сидела привязанная к стулу девушка. За окнами зала Кит увидел заснеженные горы. Скорее всего, стояла зима, но на девушке была только длинная белая сорочка; ее ноги были босы, а длинные темные волосы спутались.

Она была очень похожа на Ливви – настолько, что, когда это лицо исказилось от муки и ужаса, Киту стало не по себе.

– Аннабель Блэкторн! – В кадре появился небольшой сутулый мужчина. Он был в черном и носил на плече значок, очень похожий на булавку Диего. На голову его был наброшен капюшон; из-за этого, а еще из-за угла, под которым кристалл показывал происходящее, как следует разглядеть его лицо и фигуру было невозможно.

– Инквизитор, – пробормотал Шейд. – Тогда он был Центурионом.

– Ты предстала перед нами, – продолжал мужчина, – по обвинению в общени с обитателями Нижнего мира. Твоя семья приняла у себя колдуна Малкольма Фейда и растила как твоего брата. Он же отплатил за добро самым гнусным предательством. Он выкрал из корнуолльского Института Черную книгу мертвых, а ты ему помогала.

– Где Малкольм? – Голос Аннабель дрожал, но при этом был чист и решителен. – Почему его здесь нет? Без него я отказываюсь отвечать на вопросы.

– До чего ты привязана к своему колдуну-совратителю! – презрительно бросил Инквизитор. Ливви ахнула. Аннабель пришла в ярость; она упрямо выпятила челюсть – точь-в-точь как Ливви, подумал Кит. В ней было что-то и от Тая (сосредоточенное выражение лица), и от остальных тоже – надменность Джулиана, ранимость Дрю. – В таком случае ты, наверное, будешь разочарована, узнав, что он сбежал?

– Сбежал? – повторила Аннабель.

– Исчез ночью из камеры в Безмолвном Городе. Оставил тебя в наших руках.

Аннабель стиснула лежавшие на коленях руки.

– Это не может быть правдой, – отрезала она. – Где он? Что вы с ним сделали?

– Ничего. С удовольствием повторю это под Мечом Смерти, – произнес Инквизитор. – А от тебя нам нужно только одно, и, узнав это, мы сразу тебя отпустим – местонахождение Фейда. Подумай, зачем нам этим интересоваться, если он и вправду не сбежал?

Аннабель отчаянно мотала головой, темные волосы хлестали ее по лицу.