Нижний уровень - Андрей Круз

Распечатать надо. А заодно координаты дома скинуть себе в телефон, потом дальше перешлю.

Что еще? Грасиэла Рохас. Нашел карточку с ее почтой, отправил письмо:

«Да пребудет душа вашего внука с праведниками, без забот и горя».

Она поймет. Хоть и не уверен в том, что Грасиэла сама читает почту. Кто-то ее известит, наверняка. Пусть знает, что за ребенка отомстили. Пусть не она сама, но то, что это сделал отец убийцы, – в этом есть что-то бесконечно справедливое. Все сделано правильно, я думаю.

Что еще забыл? Да уже ничего, пожалуй, можно идти.

Выбрался, оглядываясь, из дома, дошел до «Юрвэна», вставшего прямо у подъезда на аварийке, влез внутрь, задвинув за собой дверь. Кике покуривал в окошко, но дыма и в салон натянуло, ветер был как раз с той стороны.

– Едем к дому Гонсалеса, – сказал я, усаживаясь. – Выкидываешь меня за квартал до него, я покажу, сам будь наготове. Винтовка здесь?

Кике молча похлопал по черному чехлу, лежащему на соседнем сиденье.

– Хорошо. То есть вот так будь готов, ко всему, вплоть до стрельбы. В случае чего твоя задача – прикрыть отход.

– Vale.

Автобус этот мы тоже почти никогда и нигде не светили, но все же надо быть осторожней, мало ли? Правда, о нем даже Паломарес не знает, сдать не мог. И зарегистрирован он не пойми на кого, по базе данных не найдешь. Нет, пожалуй, что он пока безопасен, если… если вот прямо сейчас за моим подъездом никто не наблюдал.

Так, видеокамера, она понадобится… заряжена, все нормально. Ее в сумку, к запасным магазинам и запасному пистолету. Магазинов двенадцать штук, на всякий случай. Вдруг придется просто смываться? Тогда огонь на подавление придется вести, почти наверняка, ни один патрон лишним не будет.

Черт, спать хочется. Вроде и на адреналине, аж потряхивает, но все, бензин заканчивается, вместе с нервами, баиньки надо, а не с Паломаресом тут…

Сначала проехали мимо дома Гонсалеса, я глянул за забор, подсознательно ожидая увидеть стоящую цистерну с дизельным топливом, но, естественно, не увидел. Цистерна осталась внизу, равно как и машины в гараже. Здесь должен только «Лексус» покойной Джоанн стоять. Стоял, по крайней мере.

«Юрвэн» проехал дальше, развернулся вокруг квартала, потом прижался к тротуару, по обыкновению на границе участков, чтобы никто не докопался. С гулом откатилась на роликах боковая дверь, выпуская меня из прохлады салона в предливенную духоту панамского дня. Да, дело к вечеру, сейчас польет, пора уже.

Пусто на улице, в этом месте всегда пусто, разве что в объективы камер попадаю чуть не с каждым шагом. Я ведь верхом иду, не низом, весь на виду.

Во дворе пусто, хоть газон стрижен безукоризненно. Садовники счета выставляют, им платят, и газон будет стрижен всегда, пока банк не отказывает. И бассейн чист, правда, я его отсюда не вижу, он с противоположной стороны дома. Отпер дверь, вошел, принюхавшись к уже привычно спертому воздуху, включил кондиционер. Над головой еле слышно загудело, потянуло прохладой.

Огляделся, прислушался – никого вроде. Спуск закрыт, в подвале даже двери с петель сняли. Мне уже смотреть не надо, я только эхо его снизу ощущаю.

Прошел быстро весь дом, заглядывая в каждую дверь и не выпуская «глока» из рук, но никого не нашел. Да и не должен был, нет сейчас никому из них смысла сюда переть, разве что спуск активировать, но думаю, что им сейчас не до этого. Вот купят дом, и все сделают как надо. А Мануэль им поможет.

Вышел в холл, встал у входной двери, огляделся. Так, вот мы вошли… Где хозяин должен быть? Да в кабинете, где же еще.

Пошел в кабинет, на ходу доставая из сумки планшет. Нашел канал с музыкой, запустил негромко, заодно, на всякий случай, воткнул зарядник в розетку. А вдруг аккумулятор в самый неподходящий момент сдохнет? Нет, этого не надо.

Прикрыл дверь, снова отошел ко входу. Нормально, на подсознательном уровне кажется, что в кабинете кто-то есть, музыку с такой громкостью кто-то для себя только включить может. Сгодится.

Вышел на крыльцо, вдыхая глубоко пахнущий морем и надвигающейся грозой воздух. Похоже, что сейчас сильно влупит, мало не покажется.

Ага, а вон и Джефф, причем все правильно, приехал на «Сабёрбене», как раз сейчас маскировка не нужна. Правда, потом Витька надо будет попросить этот «Сабёрбен» проверить на предмет всяких жучков и маячков.

Джефф переоделся, выглядит не «тактически», а «культурно», тоже рубашка легкая, вроде моей, легкомысленные штаны и даже сандалеты какие-то на ногах. Пляжник. Опытный человек, старый, ему объяснять не надо, что делать, он сам что хочешь объяснит. Доверие сейчас надо вызывать, доверие.

Паломарес минут на десять опоздал. Причем приехал на новом сине-перламутровом «Бумере Х6», да еще в какой-то навороченной комплектации, если к этой машине вообще такой термин может быть применим. Удача улыбнулась? Похоже. Еще пару недель назад у него колеса поскромней были.

Остановился рядом с «Сабёрбеном», вышел, улыбаясь во все тридцать два белоснежно, протянул нам руку по очереди.

– Гонсалес здесь?

– В доме, бумаги какие-то собирает, – кивнул я в сторону крыльца. – Дарко в магазин услал, в доме даже воды минеральной нет. Проходи, в общем.

Вдохновенный вид у него, удачу чувствует. Все же заработок или что-то еще? Заработок, о чем я вообще… У него все возможные схемы в этой истории могут обернуться только заработком. Если мы не вмешаемся.

Джефф вошел в дом первым, придержал дверь, следом за ним вошел Мануэль, оглядываясь, последним я, захлопнув входную дверь.

– В кабинете, – сказал я негромко, показав на прикрытую дверь, из-за которой слышна была музыка.

Мануэль, все так же улыбаясь, кивнул и пошел вперед – и вдруг упал как подкошенный, когда две иглы из моего тазера воткнулись ему в спину. И в следующую секунду Джефф навалился на него, залепляя рот широкой серой лентой, а я коленом придавил ему ноги и накинул пластиковый хомут на щиколотки. А Джефф уже стягивал ему руки за спиной.

– Взяли!

Подхватили его под мышки, испуганного до истерики, мычащего, пытающегося дергаться, и поволокли к подвалу, вниз, закрывая за собой двери. Заволокли в винный погреб, кинули на пол. Джефф с треском рванул у Мануэля с лица пластырь, вызвав крик боли, тут же оборвавшийся под моей оплеухой. Потом я ему еще пару отвесил, просто ладонью, не кулаком даже, пусть испугается, он не из шпаны, не уличный, он хороший мальчик из частной школы, для него такое непривычно.

Джефф между тем включил камеру, направил ему в лицо.

– Кому ты сказал о Росите, Ману?

– Я никому…

Еще оплеуха, еще.

– Кому ты сказал о Росите, Ману?

Подзатыльник, с треском, так что ладонь заболела. Потом нож ему к глазу, открыв со щелчком: