Смертельный хоровод - Андреас Грубер

– У меня только один вопрос.

Катарина проигнорировала его просьбу и достала из-за спины руку, в которой держала телефон. Она уже набирала номер.

«Черт!»

Тогда Харди вытащил пистолет и одним прыжком преодолел последние ступени. Он направил пистолет на Катарину, а другой рукой выхватил у нее из пальцев телефон. Она с визгом отпрянула.

– Тихо! – шикнул он. – У меня всего один вопрос. – Он целился в нее из пистолета, и она отступила на шаг к стене. Женщина не знала, что в целях безопасности пистолет даже не заряжен, чтобы избежать смертельных случайностей этой ночью.

– Что вы хотите знать? – истерично воскликнула Катарина.

– Где мне найти вашу сестру? Это все.

– Что вам от нее нужно?

– Я хочу знать, где она живет и как с ней связаться!

Катарина молчала.

Харди приставил ей пистолет к груди, на что она снова вскрикнула.

– У нее засекреченный номер. Я не могу вам его дать.

– Тогда позвоните ей, пусть она сама назначит место встречи. Давайте! – Харди сунул ей телефон в руку.

– Я… я не помню ее номер наизусть, – замямлила Катарина. – Мы уже много лет не общаемся, и ее номер не сохранен в телефоне.

– Что за дерьмо? – заорал Харди, схватил Катарину за руку и потащил по коридору к открытой двери, за которой находился освещенный кабинет. Видимо, Катарина работала, потому что на столе лежали раскрытые папки. Рядом стояла чашка с какао и современный стационарный телефонный аппарат. Кондиционер под потолком монотонно жужжал.

– Найдите ее номер и позвоните ей! – приказал Харди.

Катарина села за стол, дрожащими руками открыла записную книжку, полистала и уже хотела набрать какой-то номер на сотовом, но Харди ее остановил.

– Позвоните со стационарного телефона, чтобы я видел, какой номер вы набираете. И включите громкую связь.

Катарина отложила сотовый в сторону и начала набирать номер сестры на стационарном телефоне, а Харди стоял рядом и следил за дисплеем. Затем она включила громкую связь.

Катарина держала трубку дрожащими пальцами и ждала. Харди слышал гудки. После седьмого сняли трубку.

– Привет, сестричка, давно не разговаривали. Чудесно, что ты тоже мне иногда звонишь. Да, я еще жива, – раздался женский голос, который Харди тут же узнал столько лет спустя. Его бывшая коллега говорила язвительно. Похоже, сестры не были лучшими подругами.

– Где ты сейчас? – спросила Катарина почти срывающимся голосом.

– В Берлине на конференции. Господи, ты вот-вот заплачешь. С каких пор ты мною интересуешься? – На заднем плане слышалась типичная для бара фортепианная музыка и говор людей. – У меня мало времени, что случилось?

Харди кивнул, чтобы она продолжала говорить.

– Рядом со мной стоит Томас Хардковски… – Катарина прочистила горло. – Он хочет с тобой встретиться. У тебя дома.

На другом конце наступило молчание.

– Ты сказала ему, где я живу?

– Нет.

– Чего он хочет?

Харди выхватил трубку у Катарины.

– Привет, Анна. Я хочу знать, куда вы дели мои деньги, после того как сожгли мой дом.

– Какие деньги, сумасшедший? Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

– Анна, меня обманывали всю жизнь, и я сыт этим по горло.

– Почему ты не идешь к другим?

– Я только что был у Рорбека.

– И что?

Он не будет ей говорить, что сын Рорбека мертв.

– Поверь, я не собираюсь церемониться с твоей сестрой, – пригрозил Харди. Вообще-то он не хотел этого делать, но все равно прижал пистолет Катарине к виску, так что она в панике закричала.

– Харди, нет! – крикнула Анна.

– Где ты живешь? Я приду к тебе, а ты пока вспомнишь, где вы спрятали деньги.

– Харди, ты сошел с ума и только глубже загоняешь себя в дерьмо!

– Думаешь, мне есть что терять? Так что лучше поговори со мной, потому что я все равно выясню твой адрес. Но тогда приду к тебе уже в совсем другом настроении. – Возможно, он слишком далеко зашел, но теперь нужно довести все до конца. – Я слышал, у тебя есть муж и маленькая дочь.

– Моя сестра живет в…

– Катарина, нет! Замолчи! – раздался крик Анны из громкоговорителя.

Но Катарина не дала сбить себя с толку.

– Я скажу вам, потому что думаю, вы не такой жестокий, каким хотите казаться, – выдавила она. – Но вы должны пообещать мне, что не причините зла Анне и ее падчерице. Что бы Анна вам ни сделала, поверьте мне, она уже сполна за это заплатила… – Катарина заплакала. – Анна любит девочку как родную. Вы можете это понять? – Всхлипывая, она принялась вытирать слезы.

На мгновение Харди ослабил нажим пистолета на висок женщины. «Господи, опять все вышло из-под контроля».

– Катарина, я прошу тебя, больше ничего не говори! – раздался голос Анны.

На мгновение Харди отвлекся, тут Катарина вскочила и выбежала из кабинета.

«Твою мать!» Харди бросил трубку и побежал за ней. В коридоре он ее нагнал, но, прежде чем успел схватить, она запнулась на верхней ступени. Пытаясь ухватиться, с мерзким звуком скребанула ногтями по стене, а затем потеряла равновесие и полетела вниз по лестнице.

На мгновение у Харди остановилось сердце. Во время падения Катарина безуспешно пыталась схватиться за перекладины перил, но скорость была настолько велика, что она дважды перекувырнулась и наконец замерла на полу нижнего этажа.

«О господи!» Харди подбежал к ней. Растрепавшиеся волосы закрывали ей лицо, а голень выглядела сломанной. Но самое важное: она еще дышала. Убрав оружие, Харди осмотрел ее. Катарина открыла глаза и сморщилась от боли.

– Не двигайтесь. Я отвезу вас в больницу.

– Убирайтесь отсюда! – прошипела она.

– Вы не сможете идти, – заявил он. На всякий случай наклонился к ней и потрогал голень. Она была абсолютно точно сломана, потому что кожа над костью уже посинела, а Катарина вздрогнула от его прикосновения. – Возможно, у вас внутренние кровотечения.

– Я сама могу вызвать скорую.

– Как хотите, но ваш мобильник наверху. Не двигайтесь, я его принесу. – Харди хотел уже развернуться, но Катарина схватила его за руку.

– Вы бы действительно меня застрелили?

Он помедлил, затем помотал головой.

– А мою сестру и ее падчерицу?

– За кого вы меня принимаете? Я не убиваю детей. Я просто хочу раскрыть преступление, за которое отсидел в тюрьме. И вернуть свою собственность.

Катарина кивнула. Потом назвала ему улицу и номер дома в Висбадене.