Смертельный хоровод - Андреас Грубер

– Возможно, Хесс кого-то шантажировал.

– Хесс? – Тину эта теория не очень убедила. – Или… – Она подняла голову. – Не Дитрих Хесс, а Диана Хесс сохранила эти документы.

– Но как она их заполучила? И к тому же: зачем ей это делать? Чтобы защитить своего мужа? – предположила Сабина. – Возможно, ее столкнули на рельсы, потому что она отказывалась отдать документы, а ее убийца хотел выяснить, где они находятся. Так могло быть.

– Все это лишь предположения, – вздохнула Тина. – В любом случае речь с большой долей вероятности идет о «Группе-6». Что мы о ней знаем? – Она вытащила из рюкзака ноутбук, включила его и открыла пустой документ. В следующий момент начала печатать. – Двадцать лет назад отдел состоял из двух десятков человек, и шестерых из них допрашивали по подозрению в коррупции. А конкретно этих… – бормотала она, печатая, и через несколько минут презентовала Сабине результат.

Геральд Рорбек

Ночью 31 мая его пятилетний сын был застрелен дома в Висбадене предполагаемым взломщиком. Почему Рорбек выжил? Почему бежал? На следующий день, рано утром, он кончает с собой, выехав против направления движения на А5.

Эсэмэс Снейдеру: «Ты был прав. Прошлое настигает нас. 1 июня всех нас погубит. Прощай!»

Анна Хагена

Ночью 31 мая разговаривает по телефону со своей старшей сестрой, адвокатом Катариной Хагеной. Вскоре после этого сестру сталкивают с лестницы в ее доме в Майнце, и она умирает. На следующий день Анна звонит Снейдеру, а после разговора также кончает с собой в машине на железнодорожных путях.

Дитрих Хесс

Ночью 1 июня его жену сталкивают с железнодорожного моста на рельсы под поезд / или она кончает с собой.

2 июня Хесс стреляет себе в голову в собственной ванне / или становится жертвой покушения на убийство.

Перед этим Хесс или его убийца пытаются уничтожить документы о «Группе-6».

Клаус Тимбольдт

2 июня его жена становится жертвой убийцы / или кончает с собой в машине в гараже.

Харальд Ломан

Много лет руководит службой внутренней безопасности и оперативной группой БКА. Какие у него есть родственники?

Франк Айзнер

?

Под последней фамилией стоял большой вопросительный знак. Сабина долго смотрела на список.

– А если ни в одном из этих случаев речь не идет о самоубийстве?

– Такого изощренного убийцы не существует.

– Я имею в виду, что, если их довели до смерти?

Тина взяла документ в руку.

– Из-за этого листка бумаги? Этих шестерых человек допрашивали по обстоятельствам какого-то дела двадцать лет назад. Почему смерти начались именно сейчас?

– Правильно, этому документу уже двадцать лет, – размышляла Сабина. – Я не могла найти ничего в архиве по этому делу, потому что в своих поисках продвинулась лишь на девятнадцать лет назад.

– Твое чутье с самого начала тебя не подвело, – призналась Тина. – Мы должны искать дальше, потому что, кроме пары дат допросов, у нас ничего нет. К тому же нужно выяснить что-нибудь об этом Франке Айзнере.

Сабина кусала губы.

– Если мы начнем его искать, то оставим очевидные для любого сотрудника БКА следы. Наверное, это не очень хорошо.

Тина усмехнулась.

– Понимаю, ты деградировала до училки академии и офисной работы. Но я буду искать.

– Тебя тоже отстранили от дела Рорбека, – напомнила ей Сабина.

– Возможно, но вот эта малышка… – сказала она и похлопала по ноутбуку, – мой личный компьютер, и через беспроводную сеть этого кафе мы выясним в Интернете что-нибудь о Франке Айзнере.

Тина начала быстро печатать, но чем дольше она искала, тем сильнее вытягивалось ее лицо.

– Ни одного поста в Фейсбуке, ни одного результата в Гугле, но вот здесь… – Внезапно ее настроение улучшилось.

Сабина придвинулась ближе и посмотрела на монитор.

– Вот ссылка на веб-страницу одного частного охранного агентства.

– А именно «Айзнер секьюрити электроникс». – Тина кликнула на веб-страницу и открыла раздел контактов. – Здесь стоит – Франк Айзнер. Фирма расположена в Висбадене. А вот и его биография.

Они уставились на фотографию. Франку Айзнеру было пятьдесят два года: костюм, короткая стрижка, узкое лицо, серо-голубые глаза и трехдневная щетина с проседью. Но все-равно на горле виднелся длинный и некрасиво заживший шрам от трахеотомии.

– Хорошо выглядит, – заметила Тина. – Загорелый крутой менеджер. И здесь указано, что десять лет назад он еще работал в БКА. Это наш товарищ.

Сабина пробежала глазами по биографии, но, кроме работы Айзнера в полиции, уголовной полиции и БКА, никакой личной информации о нем не было. В его компании работало пять сотрудников, а в разделе «Рекомендации» были указаны клиенты, которых консультировал по вопросам безопасности.

– Банки, страховые агентства, автосалоны, музеи и концерны… – бормотала она. – Похоже, дела у него идут неплохо. К тому же он единственный из «Группы-6», кто больше не служит в БКА и, вероятно, не поддерживает контактов со своими бывшими коллегами.

– Это означает?.. – спросила Тина.

– От него я надеюсь получить больше информации.

– Хорошо, тогда я займусь актами с пометкой «конфиденциально». Возможно, в архиве есть что-то еще по этому делу. А затем попытаюсь выяснить о прошлом Ломана и о его родственниках.

Сабина кивнула.

– А я займусь Айзнером.

– Будь осторожна, смотри снова не окажись на месте преступления.