Исчезнувший - Джеффри Дивер

— Видела бы ты это, мама. Думаю, я поразила их. — Сидя на стуле, Кара держала в руках полуостывшую чашку кофе. — Целых сорок пять минут я полностью владела сценой.

— Ты…

Это не было воображаемым диалогом. Старая женщина пришла в сознание и произнесла это слово вполне уверенно.

Ты.

Однако Кара не знала, что именно хотела сказать ее мать.

Это могло означать: «Что ты сказала?»

Или: «Кто ты? Почему пришла в мою комнату и сидишь здесь с таким видом, будто мы давно знакомы?»

Или: «Я когда-то слышала слово „ты“, но не помню, что оно означает, а спросить стесняюсь. Я понимаю, что это важно, но не могу вспомнить. Ты, ты, ты…»

Тут мать Кары посмотрела в окно, на зеленые стебли плюща, и сказала:

— Все получилось прекрасно. Мы отлично с этим справились.

Кара знала, что, когда мать в таком состоянии, беседовать с ней бесполезно. Произнесенные фразы совершенно не связаны друг с другом. Иногда она теряет нить разговора и смущенно замолкает.

Поэтому Кара продолжала свой рассказ о только что состоявшемся представлении. А потом, с еще большим воодушевлением, поведала матери о том, как помогала полиции поймать убийцу.

На миг брови матери приподнялись; казалось, она узнала Кару, и сердце девушки учащенно забилось.

— Я нашла банку, — услышала, однако, Кара. — Я уже думала, что больше никогда не увижу ее.

И старая женщина откинулась на подушку.

Кара беспомощно сжала кулаки.

— Это я, мама! Я! Королевский отпрыск. Ты видишь меня?

— Тебя?

«Черт побери! Будь проклят демон, вселившийся в несчастную и овладевший ее душой! Оставь ее в покое! Верни ее мне!»

— Привет! — послышался в дверях женский голос.

Вздрогнув, Кара осторожно, словно исполняла «французский сброс», смахнула со щеки слезы и только после этого обернулась.

— Привет! — сказала она Амелии Сакс. — Ты все-таки выследила меня.

— Но я же коп. Мы всегда так поступаем. — Держа в руках две чашки от «Старбакса», Амелия вошла в палату. — Извини. Кажется, я перестаралась. — Она посмотрела на чашку в руках Кары.

Та смяла пустую картонку и, бросив в корзину, взяла у Сакс полную.

— Кофеин для меня никогда не лишний. — Она сделала глоток. — Спасибо. Как прошел банкет?

— Великолепно. Эта женщина, Джейнин, такая смешная. Том просто влюбился в нее. А Линкольн все время смеялся.

— На Джейнин все так реагируют. Добрая душа.

— В конце представления Бальзак слишком быстро тебя увел, — заметила Амелия. — Я хотела подойти, еще раз поблагодарить и сказать, что ты должна представить нам счет. Мы хотим компенсировать затраченное тобой время.

— Никогда об этом не думала. Ты познакомила меня с кубинским кофе, этого вполне достаточно.

— Да нет же, пришли мне счет, а я позабочусь о том, чтобы город его оплатил.

— Стану изображать из себя супервумен, — засмеялась Кара. — Эту историю я когда-нибудь расскажу своим внукам… Кстати, вечером я свободна — мистер Бальзак ушел к своему другу. Я собиралась к друзьям в Сохо. Поедешь со мной?

— Конечно, мы могли бы… Здравствуйте! — взглянув через плечо Кары, вдруг сказала Амелия.

Кара увидела, что ее мать с любопытством смотрит на Сакс.

— Сейчас она, по сути дела, не с нами.

— Это было летом, — проговорила старая женщина. — В июне — я совершенно в этом уверена. — Закрыв глаза, она откинула голову на подушку.

— С ней все в порядке?

— Это временное нарушение. Скоро она вернется. Иногда ее сознание выкидывает странные фокусы. А твои родители? — погладив мать по руке, спросила Кара.

— Обычная история. Отец умер. Мать живет рядом со мной в Бруклине — пожалуй, даже чересчур близко для полного спокойствия. Но мы с ней достигли… взаимопонимания.

Зная, что взаимопонимание между матерью и дочерью так же сложно и хрупко, как иные международные договоры, Кара воздержалась от вопросов. Еще успеет.

Внезапно раздался пронзительный сигнал, и обе женщины схватили свои пейджеры.

— Я отключила мобильный перед тем, как войти сюда. В вестибюле написано, что ими пользоваться нельзя. Не возражаешь? — Амелия указала на телефон.

— Нет, конечно.

Амелия набрала номер, а Кара встала, чтобы расправить одеяло на кровати матери.

— Помнишь кровать и завтрак в Уорике? Когда мы останавливались возле замка?

Помнишь? Скажи, что помнишь!

— Райм, это я, — сказала Амелия. Кара насторожилась, услышав: — Что? Когда?

Посмотрев на Кару, Амелия покачала головой.